Энергия, исходящая от его тела, была невероятной, и если вспомнить то, что Рю почувствовал пару дней назад, то человек проявлял лишь часть своей силы. Даже его обычное присутствие ослабляло. Он был настолько ярким, что ослеплял разум. Рю понял, что даже неподготовленные люди замечали силу перед ними.

Рю расслабился, как его научил Шигеру, когда они впервые вошли в город. Это был тот же урок. Если чувство вот-вот будет переполнено, лучше отпустить его. Это был лишь инструмент. Если он не работает, его бросают и сосредотачиваются на других тренировках.

Расслабившись, подавив чувство, Рю удивился, заметив, что настоятель больше не оказывал на него сильного влияния. Остальные его чувства были ясными. Он молча поблагодарил Шигеру за хорошее обучение.

Настоятель не взглянул на Рю, словно незнакомец с мечом в приемной комнате был обычным делом, как восход солнца. Он только был разочарован, что Рю еще не убил Морико.

— Прошу, не останавливайся. Я просто хотел увидеть конец ее жизни, как и посмотреть на тебя, друг мой. Полагаю, ты тот, кого хочет видеть мертвым лорд Акира.

Рю не ответил, пока обдумывал новую информацию. Лорд Акира хотел его смерти. Это было логично, ведь он убил сына Акиры. Орочи был просто наемником, хоть и с личными счетами.

Настоятель продолжил:

— Прошу, продолжай. Если убьешь ее, окажешь мне услугу. Она будет мертва, а ты будешь моим подарком лорду Акире.

Самоуверенность настоятеля злила Рю. Он зашел слишком далеко в обучении, сражался со многими сильными противниками, потому не боялся мужчины, который знал лишь один трюк. Его не поймают тут. Рю повернулся к настоятелю.

Настоятель рассмеялся.

— Серьезно? Попробуй. Мне интересно, что так встревожило лорда Акиру и Орочи.

Рю сделал шаг для нападения. Он ощущал вспышку энергии настоятеля так же, как когда почувствовал ее в первый раз. Но его чувство было подавлено, и он лишь на миг ощутил, как все внутри сжалось, и все.

Рю нанес удар. Настоятель отвлекся на свою гордость и медленно вытащил свой меч, чтобы блокировать атаку. Меч Рю пролетел без проблем. Вся энергия настоятеля пропала в бездне, и настоятель умер раньше, чем успел удивиться, что произошло.

Рю повернулся к Морико и открыл чувство. Она тоже была удивлена, но управляла своей реакцией. Она спокойно смотрела, как он повернулся к ней. Он знал, что вскоре весь монастырь набросится на него, но ему нужно было узнать больше об Орочи.

— Кто для тебя Орочи? Где он?

Морико разглядывала его. Он видел, что она взвешивала варианты, решала, как поступить. К его облегчению, ее плечи расслабились. Он знал, что она скажет правду.

— Орочи был моим наставником. Он научил меня быть клинком ночи, но потом ушел охотиться на тебя и твоих друзей. Я не знаю, куда он ушел.

Рю взвешивал ее слова. Хоть у нее не было нужной информации, она говорила правду.

— Почему ты связана?

— Я убила монаха.

Рю приподнял бровь, чтобы она раскрыла больше.

— У него не было чести. Он мучил новую девочку.

Рю невольно нравилась Морико. Она была сильной и честной, его влекло к этим качествам.

— Кто Орочи для тебя? — ему нужно было знать больше.

— Мой выход.

Рю ощущал, как монастырь просыпался. Они годами жили в присутствии силы настоятеля, и проснуться без этого ощущения было странно, как проснуться и обнаружить, что твоя правая рука пропала, пока ты спал. Они не сразу поймут, что случилось, и решать, как действовать, но и не будут медлить долго.

Он пристально смотрел на Морико. Ее сильно побили, она была на грани смерти, но лежала там, открытая тому, что произойдет дальше. Несмотря на его мнение об Орочи, он хорошо обучил ее. Рю решил довериться ей. Он надеялся, что это было не из-за ее красоты.

— Что мне делать?

Вопрос удивил ее. Она точно ожидала смерть.

— Можно начать, разрезав путы.

— Ты продолжишь миссию своего наставника, чтобы убить меня и тех, кто близок мне?

Она пылко посмотрела на него.

— Орочи меня учил, но я — это я. Я не его собачка.

Рю пожал плечами. Это его устраивало. Он быстрым движением разрезал ее путы. Она потерла запястья и лодыжки, медленно встала на ноги. Она была сильной, но и была ранена. Рю не знал, как она справится сама.

— Идем со мной. Я могу отвести тебя в свое укрытие. Там ты оправишься и решишь, что хочешь сделать.

Морико не собиралась отказываться от подарка.

— Спасибо.

Едва слово сорвалось с ее губ, вбежали первые монахи. Морико, казалось, удивила их, но Рю напомнил себе, что они тоже не могли ее почувствовать.

Когда Рю шагнул к ним, он удивился, увидев, что к нему присоединилась Морико. Она схватила меч настоятеля и встала рядом с ним. Он ошеломленно взглянул на нее, но ее ответный взгляд заглушил любые предупреждения, которые он мог дать.

Монахи были сильны. Они были быстрыми и хорошо обученными, но не были клинками ночи. Чувство давало ему шанс быть быстрее и сильнее. Они проиграли нелегко, но упали от его клинка или меча Морико.

Рю снова взглянул на Морико. Многие из ее порезов открылись, из старых ран сочилась кровь, но новых ран не было видно. Однако она была измотана, шаталась на ногах, пытаясь не упасть. Рю почувствовал волну восхищения девушкой, которая сражалась, несмотря на пережитые ею страдания.

Пришла вторая волна монахов, эта группа была менее опытной, чем предыдущая. Они остановились, когда увидели своих товарищей на полу. Затем они увидели Морико, покрытую кровью, похожую на демона, прошедшего в монастырь. Они были готовы бежать.

Рю остановил их.

— Я не хочу всех вас убивать. Я хочу лишь уйти с миром.

Один из младших монахов указал на Морико.

— С ней?

— Да.

— Она убила одного из наших лидеров! Она должна заплатить жизнью.

Рю пытался придумать дипломатичное решение, но не смог. Он устал от пути и боя.

— Она под моей защитой. Если хотите убить ее, придется сначала одолеть меня, — он повернул клинок, чтобы было видно кровь на нем.

Монахи отпрянули на пару шагов, озираясь, увидели тела старших на полу. Они посмотрели на Рю, который не был ранен, и никто не шагнул с вызовом. Но они и не ушли.

Рю решил дальше двигаться вперед. Он не сможет уговорить их. Он наблюдал за монахами. Никто из них не шагнул вперед, чтобы бросить ему вызов, и почти все отступили в ответ на его движение. Он сосредоточил свое чувство на них, но хотя один или двое колебались, никто не собирался двигаться и нанести им удар.

Рю и Морико вышли из покоев настоятеля. Он волновался за нее. Со стороны можно было подумать, что она в порядке, но он видел, что ее шаги были неуверенными. Она не протянет долго, вскоре потеряет сознание от полученных травм. Он посмотрел на конюшни.

Приняв решение, он привел их туда и начал седлать двух лошадей. У него не было опыта, и это заняло у него больше времени, чем он хотел бы, и пока он оседлал их, весь монастырь вышел посмотреть. Он не чувствовал нападения ни от одного из них. Их эмоции варьировались от злых до смущенных, расстроенных и грустных.

Они забрались в седла в тишине и поехали прочь, но, несмотря на неуверенность толпы насчет атаки, казалось, они договорились не пропускать их. Рю вытащил свой меч и заговорил низким голосом, который разнесся в зимней ночи:

— Я пришел сюда из-за силы вашего настоятеля. Но когда я прибыл, я обнаружил позор и угрозы. Я не горжусь жестокостью, которую учинил тут сегодня, но и не сожалею. Те, кто хотят вредить, получат по заслугам. Ваш настоятель был убит одним ударом, а клинки старших даже не задели мою кожу. Несмотря на ваше обучение, тот, кто направит на меня меч, умрет.

Монах почти в конце толпы сказал:

— Но ты — клинок ночи. Мы должны тебя остановить.

Рю покачал головой.

— Я — клинок ночи. Вы — клинки дня. Знайте, братья и сестры, мы идем по одному пути. Вы можете приходить ко мне в любое время.

Рю дал им впитать его слова. Ощущалось правильным сообщить миру, что он был клинком ночи. Он долго скрывался. Его жизнь была жизнью теней и обмана. Честность была чем-то новым, словно он впустил свет солнца в ту часть души, где давно не вытирал пыль.

Рю не ждал, пока монахи начнут спорить. Он направил лошадей вперед, и толпа расступилась. Один раз он почувствовал, как монах почти выхватил свой клинок, но в последний момент его охватил страх, и он дрогнул.

Когда они выехали за ворота монастыря, Рю глубоко вдохнул, даже не осознавая, что задерживал дыхание. Он посмотрел на Морико, которая изо всех сил пыталась удержаться в седле. Рю покачал головой. Их ждало долгое путешествие.

Они уехали на лошадях как можно дальше, но Рю заставил их слезть с лошадей на изрядном расстоянии от опушки леса. Он не хотел оставлять следы.

Рю пару раз пытался заставить Морико открыться, но она была глубоко внутри себя, пыталась справиться с болью и усталостью. Рю заметил, что, пока Морико все больше уставала, он мог чувствовать ее. Даже ее присутствие было прекрасным. Она излучала чувство так же, как и он, нити сознания трепетали вокруг нее. Это был красивый замысловатый узор, невидимый для всех, кроме него в этом мире.

Когда она слишком устала, чтобы идти сама, он поддержал ее. Когда она не могла стоять на ногах, он понес ее. Рю правильно понял, путь был долгим. Только благодаря лошадям они добрались до лагеря Рю и Такако к уговоренному времени встречи.

Когда они добрались до лагеря, Такако была недовольна ситуацией. Рю не знал, что сказать, поэтому говорил мало. Он сказал, что спас девушку. Он опустил потерявшую сознание Морико в их дерево, а потом сел на свое место и уснул, едва перестал двигаться.