Глава 20

Арания

После серии вопросов я объяснила Яне структуру «Полотна греха», включая короткий телефонный разговор с Луизой. Позже я сказала Луизе правду: я доверяла Яне как члену нашей команды.

Как бы мне ни не нравилось вмешательство Патрика в это дело, у меня было хорошее предчувствие. Она мне понравилась в самолете еще до того, как я о ней узнала. У нее были отличные навыки работы с клавиатурой, и она легко справилась с несколькими заданиями, которые я попросила ее выполнить при вводе данных.

– Яна, работа твоя, если ты уверена, что хочешь ее получить.

– Хочу, – ответила она, и ее улыбка стала шире.

– Ты можешь начать немедленно, или, если это не сработает, мы посмотрим на календарь.

– Нет, если хотите, я начну сегодня же.

– Тогда поехали. Здесь, в офисе, я Кеннеди Хокинс. – Яна кивнула. – С мистером Спарроу я Арания МакКри.

– Я слышала это имя в самолете. Я была немного смущена, но спрашивать не стала. – Она пожала плечами. – Я все еще в замешательстве, но, по крайней мере, теперь я знаю, что оба имени ваши.

– Не волнуйся. Я тоже в замешательстве. Никто, кроме мистера Спарроу, Патрика или Рида Мюррея, – добавила я, – не должен звать меня МакКри. Если кто-то еще спросит, пожалуйста, сообщи им, что здесь нет никого с таким именем.

– Мисс Тони?

Я покачала головой.

– Нет, для Луизы и Винни Дуглас я Кеннеди Хокинс.

Яна кивнула, как будто это было обычной практикой, что женщина, которая летела на самолете Стерлинга Спарроу, будет иметь два совершенно разных имени.

– У нас сегодня поставка шелка. Груз не привезут на местный склад. Его доставят прямо из порта в Боулдер. Позвони Винни в офис в Боулдере и получи документы. Затем свяжись с портом. Я хочу, чтобы заказ был подтвержден по прибытии и проверен груз, который направляется в Боулдер.

Ее глаза расширились.

– Я позвоню ей.

– Она поможет. Она будет здесь на следующей неделе. Я бы хотела, чтобы она знала, что ты готова стать частью нашей команды.

Улыбка Яны стала еще шире.

– Спасибо. Я сделаю все, что в моих силах.

– Патрик, давай нанесем наш неожиданный визит.

Он посмотрел на Яну.

– Если мы не вернемся к обеду, на первом этаже есть магазин сэндвичей и кафе. Не забудь запереть кабинет, если выйдешь.

От восторга у нее чуть не закружилась голова.

– Я не подведу.

– Мисс Хокинс.

Он указал на дверь.

По дороге на склад я вспомнила, как впервые увидела Стерлинга.

– Почему он был на моем складе, когда ты впервые привез меня сюда? – спросила я.

– Он?

– Не надо мне тут. Всемогущий он.

Глаза Патрика встретились с моими в зеркале.

– Все имущество «Полотно греха» в районе Большого Чикаго, склад и распределительный центр, арендуются через «Спарроу Энтерпрайзис».

У меня скрутило живот.

– Нет. Я бы знала это, узнала бы имя.

– Мэм, сделку заключила мисс Тони.

– Почему? А она знает?

Я даже не знала, что спросить, если она знает.

– Никто не знает.

– Тогда почему? В этом нет никакого смысла.

– Она никогда не встречалась со Спарроу, – сказал Патрик. – У него есть подрядчики. Работа непосредственно с мелкими клиентами – это не то место, где лучше тратить рабочее время Спарроу. «Спарроу Энтерпрайзис» заключила с мисс Тони выгодную сделку.

Мелкие клиенты.

Для Стерлинга «Полотно греха» было мелким клиентом.

Почему это так больно?

Мой измученный мозг занимался математикой.

– Это было много лет назад, больше четырех лет.

– Да, мэм.

О, боже. Как далеко все зашло?

– Не только в Чикаго, – сказал Патрик, продолжая вести машину к району склада. – Я говорю тебе это, чтобы ты не испугалась, когда начнешь копать, а я уверен, что так и будет.

Слишком поздно.

– Что ты имеешь в виду?

– Большая часть вашей собственности была куплена или приобретена по контракту через «Спарроу Энтерпрайзис». Компания базируется в Чикаго, но занимается недвижимостью по всему миру.

– Я сама заключала многие из этих сделок. Я не помню имени Спарроу.

– Ты заключала сделки с дочерними компаниями «Спарроу». Он не был готов рисковать тем, что у тебя появятся связи.

– Как, черт возьми, я могла? – Мой тон показал, что раздражение берет верх. – И зачем он это сделал?

– «Полотно греха» важно для тебя.

Я стряхнула с себя зловещее ощущение, прежде чем мой разум взорвался от этих откровений. Стерлинг наблюдал за мной уже много лет. В каком-то смысле он мне так и сказал. Просто мне показалось более реальным услышать это от Патрика.

Как и прежде, колеса подпрыгнули, когда Патрик въехал на парковку склада «Полотно греха». На этот раз не было никакого внедорожника с темноволосым, темноглазым, невероятно красивым и очень раздражающим мужчиной. Эта мысль заставила меня улыбнуться так, как не должна была.

Остановив машину, Патрик открыл мне дверь.

– Поскольку у тебя был мой телефон, я предполагаю, что ты знаешь о вспышке на записи с камер наблюдения.

Патрик кивнул.

– Рид над этим работает. И твой человек Джейсон тоже. Я не думаю, что он понимает, что его ведет Рид.

– Почему мы не можем просто сказать ему?

– Потому что, Спарроу...

Я подняла руку.

– Моя компания.

– Рид – это часть клана Спарроу, как ты это объяснишь?

Я покачала головой. Я даже сама себе не могла этого объяснить.

– Неважно. Давай посмотрим, что мы здесь найдем.

Патрик последовал за мной, как и в первый раз, когда я была здесь.

Через двадцать пять минут мы уже были в пути. Хотя мне было до боли ясно, что Патрик знает все, что происходит с «Полотном греха», я оценила, что, пока я была на складе и разговаривала с сотрудниками, он отступил на шаг и просто наблюдал. Это было мое шоу.

Теперь, когда мы вышли, мне стало любопытно его наблюдение.

Когда мы оба сели в салон авто, я спросила:

– Что тебе подсказывает интуиция?

– Во-первых, Франческе лучше научиться держать свои наблюдения за твоей внешностью при себе или Спарроу может...

– Может что? – спросила я, желая услышать конец его фразы.

– Этот человек свинья.

Я усмехнулась.

– Ну, это само собой разумеется. Луиза наняла его. Он ей всегда нравился. Я думаю, он был одним из ее первых крупных сотрудников, нанятых за пределами Боулдера. Может, в этом и проблема. Он ей нравится, а когда тебе кто-то нравится, ты не замечаешь его недостатков. Я встречалась с ним всего несколько раз в Боулдере и не была впечатлена. Теперь у меня от него мурашки по коже. Именно он рассказал Луизе о несоответствии, но со мной он ведет себя так, будто это пустяк – техническая неисправность.

– Если ты не возражаешь, Рид мог бы еще немного покопаться.

– Ты спрашиваешь меня?

Брови Патрика, прикрытые солнцезащитными очками, поднялись вверх. Его ухмылка отразилась в зеркале заднего вида.

– Это ваша компания, мисс Хокинс.

Мои щеки вспыхнули.

– Ты мог бы научить своего босса кое-чему в дипломатии.

Патрик не ответил.

Взяв обед на вынос, мы вернулись в офис. Когда мы вошли, Яна была занята, переводя взгляд с одного монитора на другой.

– Как дела? – спросила я.

– Порядок. Винни сказала, что перезвонит завтра. Сегодня она хотела, чтобы я сконцентрировалась только на том, что она прислала.

Я кивнула, поставив пакет с едой на ее стол.

– Мы не знали наверняка, что ты ешь. Тут есть салаты, суп и роллы.

– Я ем абсолютно всё, – усмехнулась Яна. – Я слишком нервничала утром, чтобы нормально поесть. Спасибо. Умираю с голоду.

– Я отнесу всё в конференц-зал, – вызвался Патрик.

Пока мы сидели, я оглядела стол для совещаний. Картина на стене была типичной для офиса. В комнате не было окна, но пока мы ели и болтали о материалах, присланных Винни, я поняла, что моя новая ситуация может работать. Может, я готова расширить «Полотно греха».

Разделяя и властвуя, мы будем расти.

Наши платья «Полотно греха» уже были хитом. Производственная команда в Боулдере хотела нанять вторую смену для выполнения заказов. Мы с Луизой обсудили, не лучше ли ограничить производство. Чем больше товаров, тем меньше спрос. Если ограничим количество товара, то сможем поднять цену и сохранить спрос.

Я еще не говорила Луизе о своей идее выпуска постельного белья под маркой «Полотно греха», но это было в моем списке будущих тем для обсуждения. Возможно, вместо увеличения производства по одной позиции нам следует продолжать увеличивать количество позиций.

К половине шестого вечера я была совершенно измотана.

– Яна, пора заканчивать.

Продолжая улыбаться, она кивнула и выключила компьютер.

– Тебе понравилось? – спросила я.

– Я не могу выразить словами, как много значит для меня остаться в Чикаго и каждый вечер возвращаться домой к семье.

– Почему ты не выскажешь свои опасения мистеру Спарроу?

Она покачала головой.

– Я не могу, он так много для меня сделал.

– Что же он сделал?

Словно по команде рабочего сцены, в кабинет вошел Патрик. Большую часть дня он провел в конференц-зале с ноутбуком. Может, он и нянчится со мной, но я была уверена, что он не упускает случая, когда речь заходит о делах Спарроу.

– Больше, чем я когда-либо смогу рассказать, – ответила Яна, потянувшись за сумочкой.

В машине по дороге домой – странно было так думать о квартире Стерлинга, но я так и думала – я спросила Патрика об ответе Яны на мой вопрос.

– Я уверена, что ты слышал наш разговор. Что Стерлинг сделал для Яны?

– Не больше, чем он сделал для других.

– Она произнесла это так, будто это нечто большее.

Патрик пожал плечами.

– Больше для одного человека – ничто для другого. Количество субъективно.

– Нет, количество измеряется в цифрах. Цифры не субъективны.

– Мэм, я решусь не согласиться.

– Тогда объясни, – сказала я.

– Если бы ты шла по тротуару и увидела двадцатидолларовую купюру, ты бы наклонилась и подняла ее?

Я подумала.

– Да.

– А что, если она окажется в канализационном стоке?

Я не колебалась.

– Нет.

– Почему?

– Двадцати долларов мне не хватит, чтобы залезть в канализацию. Я не уверена насчет Чикаго, но в Нью-Йорке я бы, наверное, нашла крысу.

– Когда я был ребенком, я бы спустился в эту канализацию за один доллар. Числа двадцать и один не являются субъективными. Субъективно то, что эти цифры представляют для каждого человека. Доллар означал бы пакет чипсов и, возможно, кока-колу. Я бы с удовольствием поужинал.