Глава 12 Пейдж

«Вчера вечером я была такой идиоткой. Я была так повернута на сексе».

«Все с тобой было в порядке. Не переживай об этом».

Это была крайняя точка в нашей последней смс переписке с Илайджей. Все воскресенье, целый день напролет я провела, борясь с самым ужасным похмельем в истории человечества. Я проснулась поздно после полудня, и бодрствовала достаточно долго, чтобы выпить немного воды и отправить ему сообщение с извинениями.

После этого я вновь погрузилась в дремоту, чтобы избежать страданий.

К тому времени, когда я уже окончательно проснулась, наступила глубокая ночь, и мне нужно было сосредоточиться на том, чтобы найти что‒нибудь из еды. Также я боялась показаться назойливой и не стала писать ему в такой поздний час. Что если он был занят или уже спал?

Из‒за воскресного затяжного марафона сна, мои биологические часы сбиваются, что приводит к тому, что в понедельник я просыпаюсь позже, чем следует, и на пять минут опаздываю на работу.

Неслыханно.

Это научит меня больше столько не пить.

Илайджа уже в своем кабинете, сидит за столом, сосредоточив свое внимание на компьютере.

Он даже не смотрит в мою сторону.

Странно.

Мне стало любопытно, что его так увлекло и связано ли это как‒то с дизайном планшета.

Но когда я запускаю компьютер, то нахожу, что он выслал мне на сетевой диск обновленную версию файла. В примечаниях говорится только, что он считает необходимым добавить больше кривых в угол планшета, выгнув их сильнее, чем в предыдущей версии дизайна планшета.

Он даже хвалит меня за отлично проделанную неделей ранее работу над дополнениями.

Улыбаясь, я сразу приступаю к той работе, о которой он просил. Спустя полтора часа я слышу, как у меня урчит в желудке, и вспоминаю, что еще не завтракала.

Даже кофе не пила.

Этим утром на моем столе не оказалось кофе, которое разносит служба доставки.

Позвонив в ближайшую доставку и сделав заказ, я выхожу из кабинета.

Кабинет Илайджи пуст.

Я иду прямиком в комнату отдыха в поисках того, что мне сейчас более всего нужно: кофеина.

В дверях комнаты отдыха я сталкиваюсь с выходящим из нее Илаем, в одной руке у него чашка с кофе, во второй ‒ телефон.

Он проходит мимо меня, не поднимая головы, не отрывая глаз от телефона.

Словно не замечает моего присутствия.

И именно в этом момент я понимаю, что происходит.

Потеря контроля ‒ вот как можно описать мое поведение в тот субботний вечер. Глубоко внутри я понимаю, что со стороны выгляжу как отчаявшаяся. Озабоченная. Кто‒то может подумать, будто я навязываюсь.

Или еще хуже, что я запала на него.

Ясно, Илайджа считает, что я начинаю испытывать к нему чувства и что нам лучше закончить с этим.

Разорвать нашу договоренность.

Меня накрывает волна разочарования. Чувство оказывается тяжелым до такой степени, что мне требуется некоторое время, дабы правильно сформулировать свои мысли и понять, почему оно столь сильное.

Ну, разумеется. Я, наконец, открыла для себя источник удовольствия: узнала его истинный вкус, ‒ и потеряла шанс полностью изучить его, потому что была не в состоянии контролировать свое поведение.

Я оказалась не способной скрыть, насколько сильно этого хочу.

К разочарованию добавляется унижение, которое еще сильнее давит мне на грудь.

Боже, сколько времени еще потребуется, прежде чем я вновь смогу пережить такую же страсть, которая бывает между мужчиной и женщиной? Я не могу просто щелкнуть пальцами, чтобы передо мной тут же появился другой желанный, понимающий кандидат.

Мне придется встретиться с Илайджей лицом к лицу, я знаю это, но сейчас я понятия не имею, как это выдержу.

Я выставила себя такой дурой.

Как в тумане, я разворачиваюсь и возвращаюсь в свой кабинет, не утруждая себя приготовлением кофе. Я отвожу взгляд в сторону, когда прохожу мимо кабинета Илайджи.

Чувство разочарования не оставляет меня и совсем не важно как много времени проходит.

Теперь мне нужно будет найти кого‒то еще. Признаться ему, что я все еще девственница. Попытаться объяснить, почему у меня сейчас такой период в жизни, что я не могу ни с кем встречаться.

Или доверять другому мужчине.

Да уж, а вначале нашей договоренности, все казалось так обыденно и просто.

Ух. Я думала, что ненавижу Илайджу.

Но в большей степени ненавижу себя.

Почему я вела себя с ним, как идиотка?

***

В понедельник я до семи вечера торчу на работе, впрочем, как обычно. Утром, во вторник, приезжаю на работу на час раньше, что тоже является для меня нормой.

Заглядывая в шкаф в это утро, я останавливаю выбор на новой дизайнерской шелковой блузе синего цвета на пуговицах с красивыми короткими рукавами. Воротничок блузы высокий и переходит в V‒образный вырез, который заканчивается как раз у ложбинки.

Поддавшись внезапному импульсу, я решаю одеть в дополнение к ней узкую юбку белого цвета с высокой талией и длиной по колено, которая также была новой. Сзади на юбке от верха до низа проходит золотая молния.

Я прикупила эту одежду во время шопинга в те выходные, когда призналась Лане о своей сделке с Илаем.

Которая теперь была окончена.

Похоронив эту мысль где‒то глубоко, я одеваюсь и дополняю свой комплект туфлями бежевого цвета на высоком каблуке.

И в придачу собираю волосы в высокий хвост.

Облюбовав то, что данный наряд позволяет мне выглядеть смело, я решаю навести стрелки... яркий кошачий взгляд позволит моим глазам казаться еще более голубыми.

Заканчиваю макияж красной помадой, а весь образ ‒ золотыми серьгами‒кольцами.

Однозначно, этот лук отличается от всех тех, которые я позволяла себе носить на работу ранее, но он все еще в рамках профессионального.

Решаю отказаться от блейзера и отправляюсь на работу, готовая встретить новый день.

Выхожу из лифта с высоко поднятой головой и по какой‒то странной причине чувствую себя до абсурдности хорошо.

Илайджа стоит в своем кабинете возле стола. Резко поворачивается, когда я вхожу в офис.

Сбивает рукой чашку кофе на своем столе, разливая содержимое на столешницу.

От этого я поднимаю голову еще чуть выше.

Продолжая игнорировать его, я направляюсь в свой кабинет.

Зак ждет меня внутри.

‒ Пейдж. ‒ Он поднимается во весь рост, разглядывая меня своими зелëными глазами от макушки до пят. ‒ Вау. ‒ Он нервно сглатывает, зарывается рукой в свои каштановые волосы и протягивает мне чашку кофе. ‒ Принес тебе это.

Я осознаю две вещи, когда улыбаюсь Заку, и протягиваю руку, чтобы принять то, что он мне предлагает.

Первое: Зак хочет со мной переспать. Раньше я этого не замечала, но теперь чертовски уверена.

И второе: взгляд Илайджи прикован к моей спине. Я это чувствую.

‒ Спасибо. ‒ Польстила я ему как могла, поскольку не уверена, что хочу поощрять внимание Зака. Во‒первых, несмотря на то, что он симпатичен, меня это никак не трогает. Ни жара. Ни искры. Даже ни малейшего покалывания.

Также, я уже пыталась заключить соглашение лишь сексуального характера с тем, кто является моим коллегой. Неужели я хочу попробовать подобное еще раз?

Однозначно, нет.

И, в конце концов... и мне грустно в этом признаваться... кофе ‒ это фишка Илайджи. Было бы неплохо, если бы Зак подобрал что‒то оригинальное.

‒ Пейдж, я бы хотел пригласить тебя сегодня на обед, если ты свободна.

С моей стороны нет ни капли колебания.

‒ Извини, Зак, но я буду обедать в офисе. Слишком много работы.

Он улыбается, так грациозно принимая мой отказ, что мне сразу становится его жалко.

‒ Тогда может в другой раз?

‒ Может, ‒ отвечаю я, хотя все еще считаю, что это плохая идея.

Зак лучезарно улыбается мне, а я чувствую себя еще большей сучкой.

Почему я такая избирательная, когда дело касается мужчин? Им почти нереально зацепить меня.

Ну, не совсем нереально, один уже доказал это.

Эту мысль я не осмеливаюсь анализировать более глубоко.

Ближе к обеденному времени интерком на моем столе оживает:

‒ Пейдж, ‒ говорит Джиллиан, ‒ зайди, пожалуйста, в мой кабинет.

‒ Сейчас буду.

Взяв планшет и блокнот, я направляюсь в кабинет Джиллиан. И первое, что я слышу, открыв дверь ‒ возбужденные возгласы.

А потом... игривое рычание.

Я замираю, зайдя в кабинет от картины, что предстает передо мной.

Илайджа прижимает маленькую дочку Джиллиан к дивану и беспощадно щекочет ее.

Джойс отбивается ногами и кричит, пытаясь вырваться, не смотря на то, что ее улыбка и смех подтверждают, что ей все это нравится.

‒ Прекрати. Пожалуйста, Илай.

Он поднимает ее в воздух, еще больше щекоча.

‒ Для тебя дядя Илай. Повтори. Скажи «дядя».

Джиллиан смеется, тепло им улыбаясь.

‒ С каких это пор ты стал моим братом, Илай?

‒ Дядяяяя! ‒ Выкрикивает Джойс, ее милые пурпурные туфельки мелькают в воздухе.

Илайджа опускает пятилетнюю девчушку на пол и щедро целует в пухлую щечку.

В ответ Джойс обнимает руками его за шею, цепляясь не на жизнь, а на смерть.

Джиллиан вздыхает:

‒ Честно, я не понимаю, почему она так тебя любит.

Выражение его лица говорит «Тоже мне, новость».

‒ Ммм... возможно, потому что меня любят все дамы?

Этот ответ тот же час напоминает мне, что без сомнения он уже нашел себе кого-то мне на замену в своей постели.

Не то чтобы у меня был шанс туда попасть.

И меня это полностью устраивает. Да... полностью устраивает.

‒ Прекрати пороть чушь перед моим ребенком.

И словно в противоречие маме, Джойс еще крепче прижимается к Илайдже.

И расплывшись в злорадной усмешке, он опять нападает на нее, щекоча ей живот.

Я хмурюсь. Почему у меня в горле пересохло?

‒ О, Пейдж. Входи. Пожалуйста, не обращай внимания на это сумасшествие. Никогда не могла заставить этих двоих вести себя прилично.

Выжимая улыбку для начальницы, я закрываю дверь и направляюсь к одному из кресел перед столом Джиллиан.

Боковым зрением я замечаю, что Илайджа замирает, и его глаза блуждают по моему телу.

Дважды.

Нет, погодите, трижды.