ГЛАВА 15

ОЛИВ

— Проснись! Проснись! Проснись! Проснись!

— Уйди, — простонала я, бросая подушку туда, откуда доносился звук.

— Вставай же, Олив. Интернет пестрит твоими фотографиями.

Естественно, только Люси могла будить меня. Чуткая и внимательная Шар никогда бы так не сделала. Почему, спросите вы? Потому что Шар не бессердечная. Не то что Люси. Для Люси проблема, если рядом спокойно спит человек. Она сама по себе сущая проблема.

— Это потрясающе. Спокойной ночи, — пробормотала я, поворачиваясь к ней спиной.

Кровать прогнулась, когда она села рядом.

— Кажется, ты не понимаешь, Олив, — она схватила меня за плечо, и, поднатужившись, перевернула на спину. Вдобавок ко всему еще и сильна, как Халк, хотя росту в ней не больше ста шестидесяти сантиметров.

— И не хочу понимать. У меня болит голова, Люси, — умоляла я, щурясь и медленно натягивая одеяло на лицо. — Возвращайся через несколько часов, и я выслушаю тебя. Даже кивать буду.

— Ладно. Полагаю, тебе наплевать на то, что фотографии, на которых ты в обнимку… с Джейсоном Торном… повсюду в интернете.

— Что? — выкрикнула я, моментально садясь в кровати — слишком резко для моей бедной головы. — Ааааайййй.

— Вот, — она поставила свой ноутбук мне на колени и с раздражающим нескрываемым выражением предвкушения на лице ждала, пока я все посмотрю.

Чем больше фотографий я пролистывала, тем шире распахивались мои глаза.

— Охренеть, — пробормотала я, начав читать статью.

— А я о чем? У тебя родятся малыши с ямочками на щеках, как у Джейсона Торна. А из меня получится крутая тетя. Я буду приезжать с ними нянчиться, а заодно и поглазеть на твоего полуголого мужа.

Я рассмеялась — правда, получилось немного натянуто, но все равно это считается смехом.

— Ты под кайфом? — я взглянула на фото снова. Просто не могу перестать смотреть. — О чем ты вообще говоришь?

Она посмотрела на меня, как на идиотку, а потом с тяжелым вздохом устроилась поудобнее на моей кровати, снова укладываясь рядом.

— Прекрати залезать в мою постель, — пробормотала я, пытаясь спихнуть ее с кровати.

— Он влюблен в тебя, ты влюблена в него. Это наконец-то случилось, — она сложила ладони вместе и потерла их. — Мои мечты сбываются!

— Твои мечты? Пожалуйста, расскажи мне, о чем ты, чтобы я смогла поставить себе цель когда-нибудь присоединиться к тебе в твоем мире грез и фантазий.

— Ой, заткнись, — небольшой отвлекающий маневр, и вот она уже под моим одеялом на моей подушке. Я лягнула ее и встала с кровати.

— Что же мне делать?

— Что ты имеешь в виду?

— На этих фотографиях не Джейсон выглядит влюбленным, Люси, а я! Разве ты не видишь?

— И?..

— И он больше никогда не заговорит со мной. А Дилан сойдет с ума, когда увидит.

— Очевидно, ты ослепла от постоянной работы за ноутбуком, — она закатила глаза и устроилась в моей кровати поудобнее. — Вы оба выглядите по уши влюбленными друг в друга.

— Детка? — послышался голос дверью. Глаза мои чуть не вылезли из орбит.

— Джеймсон? Снова? — беззвучно спросила я Люси.

Затем в комнате показалась голова Джеймсона.

— А, вот ты где, — он даже не соизволил постучаться, — мне показалось, что я услышал твой голос, — дверь открылась, и моему взору открылся вид на его голую грудь, а затем и на то, что ниже…

— О, боже! Джеймсон, твой пенис! — закричала я, и глаза мои полезли на лоб, — оденься, черт возьми! — простонала я, закрывая лицо руками.

— Ой, привет, Олив. Не заметил тебя за дверью, — рассмеялся он. — Я подумал, Люси спряталась в твоей комнате, чтобы немного поспать.

Я посмотрела сквозь пальцы. Люси по-прежнему валялась на кровати, наслаждаясь видом с удовлетворенной ухмылкой на лице. Взглянув на Джеймсона, я старалась не смотреть вниз, но разве всегда можно удержаться? Ну, по крайней мере, он прикрыл свое мужское достоинство рукой, хотя у него не очень-то получалось.

Я застонала громче.

— Детка, у меня с утра занятие. Если ты в порядке, я ухожу.

Она пожала плечами, и Джеймсон подмигнул ей.

— Поздравляю с книгой, Олив. Горю нетерпением посмотреть фильм.

— Спасибо, — пробормотала я, глядя ему за плечо, а не в глаза. Когда Джеймсон наконец ушел, чему свидетельствовал звук закрывшейся двери, я повернулась и взглянула на Люси: волосы ее взъерошены, а на лице играет озорная ухмылка.

Она пошевелила бровями.

— У него неплохой размер, да? Вот почему мы не называем его «пенис», как только что сделала ты. Это почти оскорбление.

Я покачала головой. Она невыносима… но да, у него на самом деле неплохой размер. Неплохой для нее.

— Поэтому ты и сделала его своим любовником-игрушкой?

— А ты бы не сделала? Разве ты не видела его монстра минуту назад? А эти татуировки? Черт… даже при одной мысли…

— Если ты закончишь эту фразу, я врежу тебе, Люси.

Она рассмеялась и развела руками.

— Валяй, таинственная красотка.

Я застонала и на всякий случай прислонилась спиной к двери — не хочу еще раз лицезреть достоинства Джеймсона.

— Что же мне теперь делать?

— Ничего.

— Что значит ничего?

Она пожала плечами и похлопала по кровати. Я подошла и села, стараясь не паниковать еще сильнее, чем уже есть.

— Ты, моя дражайшая подруга, подождешь звонка Джейсона.

— Почему ты думаешь, что он позвонит?

— Его команда, скорее всего, уже все видела. Поверь мне, он позвонит сразу, как только фото попадутся ему на глаза.

Прошло часа три. Я лежала на диване перед ноутбуком, пальцы замерли на клавиатуре.

Кто-то открыл дверь, и я вскинула голову. Увидев, что это всего лишь Шар, я поздоровалась с ней.

— Привет. Ты рано.

— Да, у профессора Киндли возникли непредвиденные обстоятельства, и занятие закончилось раньше, — бросив сумочку и тетради в своей комнате, она пришла и села рядом со мной. — Чем занимаешься?

— Тупо пялюсь в экран.

— Ничего нового, да?

— Неа. Напишу несколько страниц, а потом возвращаюсь в начало и удаляю все, что написала. Наверное, я писатель-однодневка. Такое чувство, словно весь мой творческий потенциал иссяк. Или, может быть, я никогда и не была творческой личностью, а мое единственное произведение получилось по счастливой случайности.

— Я уверена, что это не так, Олив, — сказала Шар, массируя себе виски.

— Голова болит?

— Да. Плохо себя чувствую с тех пор, как утром открыла глаза.

— Хочешь, приготовлю тебе куриный бульон?

— Нет, я в порядке. Но спасибо за предложение. У тебя есть какие-нибудь идеи относительно того, что ты хочешь написать, или просто не знаешь, с чего начать?

— С началом все хорошо, но развить сюжет не получается, и в итоге я просто перескакиваю с одного на другое.

Она посмотрела на меня своими ярко-голубыми глазами.

— Тогда это не твоя история. Ты поймешь, когда будешь на правильном пути.

— Я не настолько уверена в этом. Мои пальцы жаждут писать, но у меня абсолютно ничего нет. Ничего.

— Дай мне знать, если я смогу тебе чем-нибудь помочь. Составить план или что-то еще.

Я положила ноутбук на пол и встала.

— Приготовлю тебе чай, — бросила я через плечо, — у тебя голос начинает хрипеть.

Она застонала и потянулась к моему ноутбуку.

— Джейсон уже звонил по поводу фотографий?

— Нет, — я налила чайник и пока ждала, чтобы он закипел, открыла шкафчик и выбирала чай. — Тебе травяной или обычный черный?

— Травяной, пожалуйста, — она тихо присвистнула. — Ты должна взглянуть на комментарии к этим фотографиям.

Я увидела, что Шар снова просматривала их. Достав две кружки, я положила в них чайные пакетики.

— Пишут разные пакости?

— Нет, — ответила она, взглянув на меня через плечо, — вообще-то, все считают, что вы, ребята, чудесно смотритесь вместе. Некоторые пишут, что ты его новая девушка, новая актриса и все в таком духе.

Я фыркнула.

— Кладу тебе в чай мед и не желаю слышать никаких возражений, — Шар безумно ненавидела мед. Каждый раз нам приходилось практически силой запихивать его ей в горло, когда она заболевала. Я подошла к чайнику и налила воду в кружки.

— Спасибо, мамочка Олив.

— Всегда пожалуйста, мое прелестное дитя, — взяв кружки, я вернулась к дивану и подала ей травяной чай.

Держа на коленях ноутбук, она вытянула шею и нос в сторону моей чашки.

— Что у тебя? Пахнет лучше, чем мой.

— Просто черный чай, «Эрл Грей», — сев рядом, я взглянула на экран.

— Вот эта мне нравится больше всех, — сказала Шар, прокрутив вниз к той фотографии, где рука Джейсона была скрыта под моей футболкой. — Вы словно растворились друг в друге.

— Ну, мы совсем не растворялись, просто на меня пролили странный горячий смузи, и он всего лишь хотел убедиться, что я в порядке. Не знаю, какой придурок нас сфотографировал, но ему каким-то образом удалось запечатлеть то, чего там даже близко не было. Но сталкер из него отличный, это уж точно.

— Думаю, в этот раз я соглашусь с Люси, — призналась она, и я так резко повернулась в ее сторону, что чуть не пролила на себя горячий чай. — Ладно, только не убивай меня, — сказала она, подняв руки в защитном жесте. — Я просто считаю, что не удалось бы запечатлеть ничего подобного, если бы между вами абсолютно ничего не было. Я о том, что не похоже, будто ты все еще любишь Маркуса, да?

— Конечно, нет. И мы уже знаем, что я все еще люблю Джейсона, потому что тебе и Люси так кажется.

— Олив, — она закрыла ноутбук и положила его рядом с собой, — ты, вероятно, не хочешь тешить себя ложными надеждами, но…

— Но?.. Но, что?

— Джейсон смотрит на тебя совсем не так, как на младшую сестренку своего лучшего друга. По крайней мере, не на этих фотографиях, — она указала на ноутбук. — Конечно, я понятия не имею, как он ведет себя, когда вы, ребята, рядом.

Я отмахнулась от нее и отхлебнула из чашки.

— Он просто…

Мой телефон зазвонил, и я в панике посмотрела на Шар, но она лишь приподняла бровь и спросила:

— Где твой телефон?

— Не знаю, в моей комнате?

Телефон продолжал звонить.

Она наклонила голову.

—Ты не собираешься ответить?

Я отчаянно затрясла головой.

— Я боюсь.

— Чего?

Гребаный телефон перестал звонить, а потом снова начал.