Глава 22

Ава

Боже, я такая чистая. Это кайф.

Вернувшись в относительную цивилизацию, есть так много вещей, которые я никогда больше не буду принимать, как должное. Такие вещи, как мыло, и пресная вода. Находиться под крышей над головой, где сотни жуков не смогут приземлиться на вас. Еда, которая не прошла мимо тебя, три минуты назад.

На самом деле, только еда полностью останавливает. Кажется, не могу перестать есть. Даже сейчас я так набита лагерной едой, что меня тошнит, но когда роюсь в мешке в поисках бинтов и вижу несколько батончиков с шоколадным вкусом, борюсь с желанием запихнуть их в рот.

Но друг Рафа и так ненавидит меня.

Я замечаю, как он весь день бросает на меня несчастные взгляды. Не имеет значения, что я побита и покрыта укусами насекомых на каждом дюйме моей кожи. Можно подумать, я здесь дьявол во плоти, чтобы создавать проблемы. Догадываюсь, почему. Раф меняет свои планы на меня. Вместо того чтобы «бросить Аву» сейчас «работать с Авой».

И хотя это не было моим первоначальным планом, я рада, что сейчас план поменялся. Могу ли я получить горячего парня и спасти мою лучшую подругу? Может ли этот дерьмовый шторм превратиться в лучший сценарий?

Остается только надеяться.

Даже моя опухшая рука чувствует себя лучше. Мизинец выглядит плохо, но я могу согнуть его без особой боли, и опухоль спадает вокруг запястья. Схватив бинты, я возвращаюсь в спальню, где Раф лежит поперек кровати, а его приятель Гарсия работает над ним. Когда вхожу, они поднимают глаза, и чувствую себя неловко за свою одежду. На мне надета футболка, которая на несколько размеров больше меня, и пара трусов-боксеров из хлопка, так как это были единственные чистые вещи из всего, что у них было в наличии. Мой лифчик и трусики мокнут в раковине, полной мыла, и кто-то пообещал мне утром принести «настоящую» одежду.

Нахмурившись, Гарсия качает головой и снова перебирает раны Рафа, но Раф протягивает мне руку с тем напряженным взглядом, который он приберегает только для меня. Передав Гарсие бинты, я сажусь на стул рядом с кроватью и снова беру Рафа за руку.

Я первая признаю, что немного обидчива со своим парнем. Он – мой якорь, и единственное, что удерживает меня от паники по поводу ситуации. Он сдерживает мою тревогу за Розу, отвлекая от того факта, что его друг ненавидит меня, и мы все еще в чужой стране с опасной информацией, где не так много друзей. Потому что когда его рука касается моей? Все в порядке. Знаю, Раф меня получил.

Снова сажусь на стул, скрещивая ноги. Они чистые и свежевыбритые, но покрыты рубцами, порезами и синяками. Это не сексуально, но Раф протягивает руку и проводит ладонью вниз по икре, задумчиво и почти благоговейно глядя на меня.

Я дрожу, и желание скользит по мне, вот так. У меня сжимаются бедра, и я бросаю еще один взгляд на Гарсию. К несчастью, у него поджимаются губы при виде, как Раф прикасается ко мне.

– Ты закончил? – снова спрашивает он Гарсию, но по-прежнему смотрит на меня, всегда на меня.

– Почти, – говорит Гарсия, и его тон более чем немного раздраженный. – Теперь можешь сесть.

В последний раз Раф ласкает мою ногу и садится. У него спереди торчит член, и я облизываю губы при виде него. Он бросает на меня еще один голодный взгляд, обещающий то, что его поцелуй хотел доставить тогда на берегу реки.

– Ты можешь сам себя проводить? – спрашивает Раф, поднимая руку и двигая плечом, чтобы размять мышцы, и при виде этого у меня пересыхает во рту.

Гарсия опускает брови.

– Сначала нам нужно поговорить.

Я указываю на дверь в спальню.

– Почему бы мне просто не пойти выпить?

Раф кивает, но его взгляд пожирает мое лицо, грудь и ноги. Он проводит рукой по губам, и я знаю, он не думает ни о чем, что собирается сказать Гарсия. Он думает обо мне. Я под ним. Я на нем сверху. Я с моим ртом на нем. Его рот на мне.

А-а-а-а-а, теперь и я тоже об этом думаю. Заставив себя встать и выйти из комнаты, я закрываю за собой дверь. Сразу же слышу, как Гарсия начинает говорить низким голосом, а Раф спорит с ним. Часть меня хочет остаться и подглядывать, но у меня есть идеи получше.

Я направляюсь в ванную комнату маленького бунгало, роясь в ящиках и шкафчиках в поисках двух очень специфических вещей: презервативов и смазки. Если я собираюсь лишить Рафа девственности сегодня вечером – а так оно и есть – нам нужно и то, и другое.

В ванной нет ничего, кроме шампуня и кондиционера. Есть мочалка и ведерко для льда, что дает мне идеи, но я больше заинтересована в поиске презервативов. Возвращаюсь в гостиную и роюсь в сумке Гарсии. Успех. Один презерватив. Один. Я смотрю на пакет, но он не читается как «очень большой».

– Ну, черт побери. Мы что-нибудь придумаем.

Я кладу его на стойку, оставляя на потом.

Вернувшись в ванную, беру ведерко и мочалку и открываю кран, пока вода не станет теплой и приятной. Добавляю немного мыла и наполняю ведро.

Сегодня будет первая ночь, когда мы будем чистыми, сытыми и не будем бояться, что жук укусит что-то неприличное. Я планирую наслаждаться каждым моментом, и мне хочется касаться Рафа повсюду.

И мы начнем с губки, которую я обещала.

Спор обостряется, и я выключаю воду, прислушиваясь. Мгновение спустя слышу, как кто-то бормочет «к черту», и дверь дома захлопывается.

Я выглядываю, а Раф стоит в гостиной без рубашки. Он потирает рот, глядя на дверь, и качает головой.

– Твой друг ушел? – спрашиваю я Рафа, открыв дверь в ванную пошире.

Он кивает.

– Он не большой мой поклонник, – замечаю я.

Раф смотрит на меня.

– Он думает, что ты отвлекаешь меня, когда мне это меньше всего нужно.

Ах. Что ж, возможно, он не ошибается. Но я не изменю своих планов. Независимо от того, что чувствую к Рафу, мне нужна его помощь, чтобы спасти Розу. Это просто дополнительный бонус (так много бонусов), что я тоже схожу с ума по парню. Я засовываю ведро под забинтованную руку и бросаю в него мочалку.

– Если он думает, что ты до этого отвлекался, то он еще ничего не видел.

Это привлекает внимание Рафа. Как и покачивание моих бедер, когда я двигаюсь вперед. Рядом с этим человеком чувствую себя прекрасно, несмотря на укусы насекомых и синяки.

– Что это за ведро? – спрашивает меня Раф, и в его взгляде снова появляется голодное выражение, что меня возбуждает.

Закусив губу, я опускаю руку в мыльную воду, поднимаю полотенце и сжимаю его.

– Время обтираться губкой, как я и обещала.

У него брови взлетают вверх.

– Ты будешь для меня медсестрой, Ава?

Он приближается ко мне, и я могу сказать, что он взволнован этой мыслью. Все в Рафе меняется, когда он думает обо мне. Даже его движения становятся более хищными и голодными.

И Боже, мне это чертовски нравится.

– Верно, – отвечаю я, стараясь говорить непринужденно. – Я хочу лично осмотреть твои раны и убедиться, что ты абсолютно чист перед сном. Так что возвращайся в постель.

Его взгляд вспыхивает от желания, и он подходит ко мне, чтобы поцеловать.

Аккуратно отхожу в сторону, потому что теперь я в игривом режиме. Если мы собираемся заняться сексом, сначала у нас будет много прелюдий.

– Нехорошо, нехорошо, – поддразниваю я. – Если ты хочешь принять ванну, тебе лучше лечь в постель.

Обещание обтирания заставляет его снова вернуться к постели, морщась от ран. Раф садится на край кровати, глядя на меня в нетерпении, и жаждущий прикосновений.

Но я девушка, и мы – опытные дразнилки. Я ставлю ведро с мыльной водой на тумбочку и беру подушку.

– Здесь. Давай я помогу тебе устроиться поудобнее. Откинься на спинку кровати, и я тебя приведу в порядок, – Раф делает, как я прошу, и я направляю его еще раз. – Наклонись вперед, и я дам тебе подушку.

Он послушно наклоняется вперед, и я кладу подушку ему за спину. Моя цель, конечно, двоякая. Я остро ощущаю ссадины и свежие раны на его спине, какими бы залатанными они ни были. Подушка поможет.

Кроме того, это дает мне шанс ткнуть грудью ему в лицо.

Я так и делаю, стараясь потереться своей грудью о его грудь и челюсть, и притворяюсь, что взбиваю подушку. У меня грудь свободно болтается под рубашкой, а мужчина стонет и тянется, чтобы схватить ее.

Я задыхаюсь, потому что в тот момент, когда он прикасается большим пальцем моего соска, по моему телу разливается жар. Зарывшись лицом мне в грудь, Раф снова издает глубокий стон.

– Ава. Черт возьми, милая Ава.

– Ты очень непослушный пациент, – упрекаю я его, отстраняясь, хотя мне хочется прижаться грудью к его лицу и посмотреть, будет ли он ласкать языком мои соски.

Взволнованная, я поправляю рубашку и поворачиваюсь к ведру с водой. У меня грудь болит под рубашкой, поэтому мне хочется сорвать ненужную ткань и забраться на Рафа. Терпение, Ава.

– Ты палач, – хрипит он.

Я подмигиваю ему.

– Пытка – это часть удовольствия, детка.

Сжав здоровой рукой полотенце, я наклоняюсь вперед.

– Могу я теперь намылить тебя?

Вероятно, V-образный вырез футболки дает ему хороший обзор на мое декольте, и когда его взгляд падает туда, я знаю, что нашла еще один способ свести его с ума.

– Если ты прикоснешься ко мне, – предупреждает он, – я могу порвать штаны.

– Тогда я приведу тебя в порядок.

Я сажусь на край кровати, осторожно проводя мочалкой по его ключице. Дело в том, что он девственник. Секс «на пол шишечки» не считается – по крайней мере, не в этом случае. Думаю что он из «скорострелов». В первый раз так точно! Вряд ли я сорву голос из-за накатывающих один за другим оргазмов. По-моему, этот раз будет о нем и для него. А я получу удовольствие от того, как он сходит сума от страсти.

Секс не должен быть таким, что кто-то тр**ает тебя до тех пор, пока ты не сможешь стоять. Речь может идти о мягких сексуальных прикосновениях и игривых словах, и мне хочется показать Рафу это. Хочу показать ему, что меня не волнуют его шрамы, или тот факт, что у него абсурдно большой (и довольно болезненный) пенис. Секс может быть просто наслаждением друг другом, и наслаждением тем, что предлагает другой человек.