Глава 11

Над Сатуорком вставало утреннее солнце, окрашивавшее румяным свечением опалённые кирпичные стены клуба Гренделя. Благие разрушили его не полностью, но почти.

Роан стоял возле меня, крепко стискивая челюсти. Он поднял карманное зеркальце.

— Ладно. Он там?

Я позволила своему разуму связаться с первым отражением — что-то на полу тускло освещённой комнаты. Я сканировала одно изображение за другим — образы разрушения, запятнанных кровью стен и почерневших коридоров. Наконец, отражение показало мне лицо Гренделя, исказившееся от злости. Бледное освещение мерцало на его зеленовато-серой коже, скользкой от воды.

Мой живот скрутило при виде него.

— Он там.

— Хорошо, — Роан мягко убрал прядку волос с моих глаз. — Помни. Как только ты почувствуешь, что что-то пошло хоть чуточку не так, сразу прыгай назад. Я буду ждать здесь с зеркалом.

Я кивнула, хотя всё не так просто. Если я сбегу, это уничтожит иллюзию, будто я никого не боялась. Это выдаст всю нашу игру, и Грендель никогда не образует с нами союз. Бегство было последним средством спасения, вариантом, которым я воспользуюсь лишь в том случае, если мне будет грозить смерть. Мне надо сделать это правильно.

Я посмотрела на краснеющее небо, на розовые оттенки у горизонта. Я почерпнула немного храбрости у тёплого света и сделала глубокий вдох. Я не могла спешить и определённо не могла демонстрировать страх. Даже один проблеск нервозности выдаст всё.

Закрыв глаза, я расслабила пальчики на ногах, ступни, лодыжки, голени. Медленно и глубоко дыша, я представила, как каждая мышца в моём теле расслабляется и успокаивается. Моё дыхание сделалось более тяжёлым, и меня как будто даже начало клонить в сон.

Я снова открыла глаза, сканируя своё тело с макушки до пят и обратно. Затем я посмотрела на Роана и лениво улыбнулась при виде того, как он уставился на меня, явно пребывая под впечатлением. Я задавалась вопросом, чувствует ли он исходившее от меня спокойствие. Я испытывала лишь лёгкое желание прилечь.

Я сонно глянула в зеркало в руках Роана и позволила себе связаться с отражением. Затем я снова поискала Гренделя, думая об его сгорбленном жабьем теле. Он всё ещё сидел там в подрагивающем свете свечей, сердито глядя во мрак. Я позволила себе провалиться в отражение, чувствуя его ледяные объятия на своей коже.

Вырвавшись на другую сторону, я оказалась в закоптелом клубе Гренделя... во всяком случае, в том, что от него осталось. Драгоценные камни сорвали со стен, оставив лишь зияющие дыры. Мебель превратилась в руины, поломанные стулья валялись на полу, ковёр был порван. В комнате стояло несколько охранников с мечами на бёдрах.

В дальнем углу комнаты Грендель сидел за единственным уцелевшим столиком, и его рука покоилась на худой девушке, одетой в мерцающее платье с блёстками. На её коже в нескольких местах виднелись синяки, и я мгновенно подумала, что Грендель использовал её как боксёрскую грушу, чтобы выпустить раздражение из-за потери своего клуба. Что касается самого Гренделя, он смотрел в основном перед собой и кривил губы от злости.

Я ощутила проблеск гнева и позволила этому чувству задержаться. Гнев — это замечательно.

Он повернул голову, посмотрев на меня, и тёмные глаза расширились от удивления.

Я прислонилась к стене, скрестив руки. Небрежно.

— Здравствуй, Грендель. Давненько не виделись.

Его охранники двинулись в мою сторону.

Я предостерегающе подняла руки.

— Оставайтесь на месте.

Некоторые охранники поколебались со страхом в глазах. Это те, что знали, кто я такая. Остальные просто выглядели озадаченными.

«Позвольте прояснить непонимание».

— Я Кассандра Уила Брок, Владычица Ужаса, — я позволила словам наполнить меня, поверила в них. Как эти люди могли допустить хоть мысль о том, чтобы напасть на меня, богиню ужаса? Бл*дские нахалы. Моя злость усилилась. — Я здесь, чтобы поговорить, и я очень надеюсь, что мне не придётся карать вас ужасом.

Грендель потянулся, и его лицо не выражало ничего после того изначального удивления. Он зевнул и лениво моргнул.

— Когда мы встречались в последний раз, ты была просто Кассандрой Лидделл, малявкой-пикси.

— Когда мы встречались в последний раз, ты был владельцем клуба. Теперь ты владеешь кучкой обгоревших камней. Времена меняются.

— Определённо. Ну, я не в настроении болтать, — он махнул в мою сторону руками. — Так что беги отсюда к своему хозяину и скажи ему, что твои попытки напугать меня провалились.

— Я здесь не для того, чтобы пугать тебя.

— Нет? А что тогда?

— Я здесь, чтобы предложить тебе союз.

Грендель издал лающий смешок.

— И зачем он мне понадобился?

— Мы планируем напасть на Благих. Ну, на тех самых, которые разрушили всё, что у тебя было?

— Ммм. Мне нужно нечто большее, чем союз, если ты хочешь, чтобы я тебе помог.

— И что же именно?

Грендель высунул длинный язык, облизывая губы.

— То же, чего я хотел при нашей последней встрече. Чтобы ты широко раздвинула свои бёдра, пикси, — он потеребил тазовую кость, привязанную к его горлу, и один его палец демонстративно то проникал в неё, то выскальзывал обратно. Как-то раз я украла у него эту кость, но он, видимо, вернул её себе.

Гнев — это хорошо. Отвращение тоже сгодится. Но чтобы по-настоящему задеть Гренделя, надо оспорить его мужественность.

— То есть, тебя устраивает быть королём этой сгоревшей дыры, я так понимаю. Ты позволишь Благим задирать тебя, и тебе это нравится. Ты теперь их сучка, да?

На его лице промелькнула злость.

— Они получат то, на что напрашиваются.

Я сделала шаг вперёд, прочь от зеркала на стене, ощущая успокаивающее отражение на моём браслете. «Всегда имей путь к отступлению».

— Да. Но только если мы объединимся.

— Оставайся на прежнем месте, — он поднял руки, и в его голосе я услышала нотку чего-то неожиданного. Страх?

Я сделала ещё один шаг вперёд, и мои губы изогнулись в улыбке.

— Беспокоишься о чём-то, Грендель?

Он вздрогнул.

— В прошлый раз ты пришла с железом.

— Теперь у меня при себе ничего нет.

— Уж прости, но я не верю твоему слову, — он глянул на одного из своих охранников. — Обыщи её.

Мужчина поколебался и сделал шаг вперёд.

— Если прикоснёшься ко мне, то умрёшь, вопя от ужаса, — я обнажила зубы, затем повернулась к Гренделю. — Ни один из твоих мужчин и пальцем ко мне не притронется. Ясно?

— Ладно, — Грендель пожал плечами, затем вытащил девушку из-за стола за волосы и швырнул её на пол. — Ты. Обыщи её.

Девушка посмотрела на меня, и её лицо выражало ужас. Я коротко кивнула ей. Она встала и настороженно приблизилась ко мне, затем аккуратно похлопала по моему свитеру, потом по джинсам.

— Обыскивай хорошо, — прошипел Грендель. — Она та ещё змея.

Когда девушка закончила, я выгнула бровь, посмотрев на Гренделя.

— Не припоминаю, чтобы ты был таким перепуганным.

— Не я один, — он широко улыбнулся. — Я заметил, что ты поглядываешь на это миленькое зеркальце на своём запястье. Не терпится уйти?

Наши глаза на мгновение встретились, затем я небрежно сняла браслет с запястья и швырнула к его ногам. Он поднял его, нахмурившись. Я снова улыбнулась, гадая, знал ли он, сколько выходов для меня имелось вокруг. Пайетки на платье девушки. Пыльное зеркало позади меня. Сверкающие мечи его охранников.

Я больше никогда не позволю себе опять оказаться в ловушке. «Всегда имей путь к отступлению».

Отойдя от меня, девушка посмотрела мне в глаза. Её радужки меняли цвет — красные, пурпурные, зелёные — и все они безмолвно молили о помощи.

Я отвернулась от неё. Как бы мне ни хотелось ей помочь, я пришла сюда заключать союз, а не освобождать рабов Гренделя.

Но я невольно задавалась вопросом, не боялся ли он меня. Он повёлся на мой блеф?

Я знала, как это выяснить.

Шагнув поближе к нему, я призвала свои силы ужаса, чувствуя, как они проносятся рябью по моей коже.

Время замедлилось. Я видела серые завитки страха Гренделя, которые медленно пульсировали и извивались в разные стороны от его тела. Я не могла прикоснуться к ним, не могла их использовать, но я их видела. Я сделала ещё один шаг вперёд, мрачно улыбаясь, и его страх сделался темнее, а завитки ужаса уплотнились. Он действительно боялся меня и отчаянно не показывал этого. Одно лишь это знание укрепило мою уверенность. Я контролировала ситуацию.

Я сократила остававшееся между нами расстояние, положив руки на бёдра и встав перед ним. Я связалась с тремя разными зеркалами в комнате. Если кто-то совершит подозрительное движение, у меня есть возможность уйти.

Комната застыла, страх телохранителей Гренделя вторил ужасу их господина.

Я пристально посмотрела на Гренделя.

— Благие напали два дня назад, и их орда продвигается за пределы Крепости Сингето. Силы Триновантума не имеют лидера и едва ли в состоянии защитить королевство.

— У меня есть шпионы, смейри. Не говори мне того, что я и так знаю.

— Благие атаковали не только этот клуб. Они грабили и убивали во многих местах, принадлежавших Неблагим. Они также пытались убить всех в особняке Тараниса. Но это им не удалось. Знаешь, почему?

— Потому что не вынесли тамошней вони? — попытался процедить он, но его голос надломился.

— Остроумно, — сухо отозвалась я. — Но нет. Потому что там была я.

Я позволила молчанию затянуться. Я дала ему почувствовать мою уверенность. Я видела, как его люди настороженно переглянулись.

— Думай масштабно, Грендель. Сейчас ты живёшь... — я осмотрелась по сторонам и презрительно фыркнула. — В тлеющей хибаре. У тебя нет сокровищ, и лишь часть армии Триновантума подчинится твоим приказам.

— Я полноправный король Триновантума, — возразил он. — Я унаследовал трон, — его костлявые пальцы сжались в кулаки. — Ты правда думаешь, что я от него откажусь?

Я показала на его склизкое лицо.

— Мы с тобой оба знаем, что ты никогда не будешь королем Неблагих. Генерал Борво противится тебе, и армия Триновантума поддерживает Республику. Как и Роан, как и я. Ты погибнешь прежде, чем ступишь хоть одной ногой на земли Триновантума. Лучшее, на что ты можешь надеяться — это сохранение своей шаткой власти над Двором Ужаса, и то при поддержке других дворов. Ты будешь править вместе с пятью другими дворами. Мы вернём Республику, вернём старинные обычаи, хоть на нашей ты стороне, хоть нет. Не будет больше никакого короля Неблагих.