В девятом классе Зоя вновь обратила внимание на Влада, когда он поддержал молоденькую учительницу, дочь маминой подруги. Зоя всегда переживала за Надежду Николаевну: а вдруг мальчишки будут смеяться над худенькой Надеждой Николаевной. Девчонка хоть и съехидничала, окрестила Владьку положительным отцом, но после его слов повернулась и стала внимательно смотреть на парнишку.

— Да Владька самый красивый в классе. На папку моего похож, — подумала Зоя. — Недаром по нему до сих пор Милка страдает.

Мила сидела за одной партой с Зоей и делилась секретами, как добьется Влада, как заставит стать ей мужем. Подружка даже и предположить не могла, откровенничая с Зоей, какой ураган бушует в душе красивой одноклассницы.

Зоя никогда никому ни разу не обмолвилась, что она, начиная с девятого класса, сама влюбилась во Влада. Это было новое для неё чувство. Мама догадывалась и почему-то грустно вздыхала, отчим улыбался, но ничего не говорил. А тетя Галя, мать Владьки, просто ненавидела Зою. Зоя пыталась объяснить её ненависть тем далеким случаем, когда утонула маленькая дочь тети Гали, ведь Зоя сидела с братом Андрюшкой, к которому пришла Ларисочка, и не заметила, что маленькая подружка брата ушла на речку. Папа всегда говорил Зое, что она не виновата, никто не виноват, он тоже был дома. «Понимаешь, Заюшка, — без конца повторял папа, — в тете Гале не ненависть бушует, а обида. Обидно ей, что наш Андрюшка жив, а Лариса умерла. Она и сама не рада этим мыслям. Но ничего не может с собой сделать. Понимаешь, дочка?» Зоя кивала, соглашалась и ничего не понимала. Девочка боялась матери Владьки. Зоя при встрече с ней сжималась, опускала голову, пугалась её недоброго взгляда, старалась стать незаметной. Тетя Галя работала в магазине. Зоя боялась покупать у неё продукты. Мама тоже не любила ходить в магазин. И папа избегал этого. Поэтому старались все покупать в палатке, что была в середине деревни. А вот хлеб был только в магазине. Хочешь, не хочешь, а идти надо. Выручал Андрюшка. Он ходил за хлебом и совсем не боялся злую тетю Галю. И та к нему относилась хорошо, не сверлила злым недобрым взглядом. Почему так?

Ребята окончили школу, разошлись, разъехались в разные стороны. Не видели друг друга по несколько месяцев, а то и лет. Зоя стала забывать свою школьную любовь. Девушка уже училась в институте, когда ей показалось, что она влюбилась по-настоящему в одного из студентов. Зоя готова была выйти замуж за однокурсника Ромку Сутормина, но жить с парнем, как жили все подруги по общежитию, не соглашалась. Когда они расстались на лето, то писали письма друг другу каждый день. И в результате Ромка после их необыкновенной и огромной любви женился на другой. Зоя тогда удивилась себе. Она даже и не плакала. Только спросила, почему так. Роман ответил:

— Ты очень красивая и не любишь меня. Невозможно понять, что у тебя в душе. С Элей мне проще будет. Она реальная, земная.

Почему-то во время того разговора перед глазами Зои всплыл образ Владислава Елизарова. «Неужели я его не забыла до сих пор?» — удивилась сама себе девушка. Зоя спокойно рассталась с Ромкой, сожгла его письма и фотографии. Приехала домой, взяла пакет с перепиской, ушла на берег речки и сожгла. Хороший был костерок, жаркий. Надо же было именно там встретиться с Владом.

— Жжешь? — спросил он.

— Жгу, — ответила Зоя.

— Любовную переписку?

— Любовную, — Зоя бросила очередное письмо в костерок.

— Давай бензинчика плеснем, — предложил Владька. — До неба полыхнет.

— И так хорошо горит, — ответила Зоя.

На душе стало легко. Они вместе сожгли письма и протрепались часа два. Зоя поняла, почему она не расстроена женитьбой Ромки. Она его не любит и никогда не любила. Ей по сердцу больше все тот же Влад. С ним легко и интересно. Может, чего у них и вышло бы в тот раз. Но была упрямая Милка, идущая напролом к своей цели — женить Владислава на себе. Она неожиданно появилась на берегу озера. Девушки обрадовано поздоровались, обнялись. А Влад вернулся к прерванному занятию — он ловил рыбу невдалеке, а они секретничали. Милка сообщила страшную тайну, что Влад на ней скоро женится.

— Он тебе сделал предложение? — сразу поскучнев, поинтересовалась Зоя.

— Я живу с ним, — ответила подружка.

— Ну для мужиков это не причина, — проговорила Зоя. — Унас по этой причине все общежитие должно бы было пережениться.

— Куда Владька от меня денется, — уверенно ответила Милка.

Зоя посмотрела на красивую Милку. Вот всем хороша: и фигура, и рост, и внешность, и волосы светлые от природы, а не крашеные, как у Зои. А что-то в Милке не так. «Породы в ней не чувствуется, — сначала решила девушка. — Изюминки нет». А потом вдруг поняла, увидев спустившуюся на плечо неряшливо перекрученную бретельку бюстгальтера, к тому же не первой свежести:

— Да она просто замарашка. Неужели Влад её выберет? Почему Милка так в этом уверенна?

Влад женился на Милке. Из-за будущего ребенка. И с того дня начал гулять. Зоя вышла безо всякой любви замуж за Антона. И ни дня, ни минуты не жалела о своем решении. Антон был хорошим мужем, замечательным отцом. А еще он был послушным сыном!

Владислав заметил, что Ксюша расстроена. Он попытался узнать у ребенка, что случилось. Зашел вечером к девочке в комнату, присел на кровать, спросил, кто обидел его девочку. Ксюша в ответ сразу заплакала: «Завтра дядя Андрей приедет!» Владислав ничего не понял. Ему показалось, что девочка хочет заболеть. Зная, как расстраивается мать из-за её болезней, он позвал в спальню Зою и предложил заранее вызвать врача.

— Зачем? — удивилась Зоя.

— Ксеня что-то невеселая.

— Я знаю, — ответила женщина. — Но она не болеет. Она не хочет уезжать. Завтра её Андрюша заберет в деревню.

— Зачем? — удивился Владислав.

— Мне скоро рожать. Может, уже завтра. Самое большее, через неделю. Ксению не с кем оставить. Я договорилась, Римма присмотрит за ней эти дни, что я буду в роддоме. Брат завтра приедет и заберет её. Пусть в деревне побудет немного.

— Тетя Римма строгая, кричит всегда, она меня не любит, она сердится, если я что-нибудь ставлю не на свое место, — пожаловалась девочка Владиславу. — И Петька их со мной дерется!

Перед глазами мужчины всплыла Шурочка, больная, ползающая и убирающая в бреду свои игрушки.

— Ксюша, — нахмурила брови Зоя. — Ты неправа. Тетя Римма не злая, она просто порядок любит. А Петя обещал не драться с тобой. Пожалуйста, не плачь. Мне тоже не хочется тебя отправлять в деревню, но мы договорились.

— Да, я знаю, тебе пора за братиками, — рассудительно ответила дочка.

В голосе девочки опять появились нотки маленькой старушки, которые так не любила и Зоя, и Владислав. У малышки был несчастный вид, но Ксюша покорно склонила головку. Потом тихо спросила:

— А может, мама, не надо братиков? У нас теперь есть папа. Без братиков будем жить. И меня не надо оставлять с тетей Риммой.

Теперь стал несчастный вид у Зои.

— Ксюша, но мы же договорились…

— Да, — всхлипнула девочка. — А вдруг я уеду с дядей Андрюшей, а папа тоже от нас уедет. И мы опять будем жить без папы. Я не хочу…

— Я ни за что не уеду, — поспешил успокоить девочку мужчина.

— Все равно я не хочу в деревню.

— Зоя, но ты же пока дома, пусть Ксюша с тобой будет, — предложил Владислав.

— Владик, это все так. Но начнутся схватки. Что делать? Скажи, куда мне Ксюшу девать?

— Я же здесь.

— А вдруг ты будешь на работе?

— Я сразу приеду. Ксюша немного побудет у соседей.

— У бабы Клавы посижу, — поддакнула девочка.

Баба Клава, так звали соседку, живущую с ними на одной лестничной клетке. Это была суровая, малоразговорчивая женщина, но очень надежная. Она дружила с покойной Аделаидой Семеновной. Обе мечтали когда-то сосватать Зою и племянника бабы Клавы, у которого в квартире та жила. Но до сватовства так и не дошло дело. Зоя даже ни разу не видела племянника Клавдии Ивановны. А вот Ксюшу иногда с ней оставляла.