Всего лишь один раз до своей женитьбы Владислав проводил Зою. К ней у него было совсем особое отношение. Было уже темно. Он шли вместе с дискотеки и разговаривали. Никак не мог осмелиться Владислав эту девушку обнять, а уж цапнуть за грудь или, как Милку, увести в кусты. Даже и мысли не допускал. Зоя была другая. Необычная. С ней было интересно поговорить, посмеяться. Её духи пахли свежестью, они не утомляли, их хотелось вдыхать без конца. «Запах молодой редьки!» — так назвала их в шутку Зоя. Сколько впоследствии не вдыхал ароматов мужчина, ни одни так не пахли — не пахли они молодой редькой.

В тот единственный вечер Владислав провожал Зою. Он не думал о Милке, которая днем заявила, что пришло время жениться, потому что она беременна, не думал о матери, к которой приходила зачем-то Милкина мать. Парень просто держал руку девушки в своей руке и наслаждался этим. Они о чем-то говорили, весело смеялись. Им было хорошо вдвоем. Влад думал, как поцелует Зою при расставании. Обязательно поцелует. Но они не успели поцеловаться. Возле дома Зои стояли мать Влада и отец Зои. И это уже было странно само по себе. Всем в деревне было известно, что семьи Корольковых и Елизаровых, мягко говоря, недолюбливали друг друга.

— Папа! — сразу встревожилась Зоя. — Что случилось? Что-нибудь с мамой?

— Заюшка, иди домой, — ласково проговорил отец Зои.

Рука девушки дрогнула в руке Владислава. Влад насторожился. Он знал, что мать не любит Зою. Порой ловил на себе непонятные взгляды отца Зои, тот словно удивлялся, глядя на красивого парня.

— Нет, — закричала мать Влада. — Пусть послушает. Тебе, Зойка, нечего ходить с Владькой. Не пара вы! А ты, сынок, готовься к свадьбе. Твоя Милка беременна…

— Перестань, Галина, — сказал отец Зои.

— Не перестану, — выкрикнула мать с угрозой.

Зоя выдернула руку у Влада:

— Это все-таки правда? — спросила она.

— Наверно, правда, — ответил Влад. — Милка так говорит. Точно не знаю.

— Наверно? — переспросила Зоя и ушла. — Не знаешь? Милка говорит? Эх, ты…

Отец Зои укоризненно сказал:

— Ты, Галина, делаешь несчастными наших детей.

— Не я, а кто-то другой виноват в их несчастьях, — сердито ответила мать. — Я, наоборот, всегда за семью держалась.

Влад не стал слушать. Он ушел, ему было понятно, что Зою в тот вечер он потерял. «Эх, ты…» — звучало постоянно в памяти. Владислав пытался с ней встретиться, но Зоя опять исчезла из их села. Вскоре по деревне поползли слухи, что Зоя выходит замуж за богатого олигарха. Мать ехидно заметила грустному сыну:

— А ты думал, что Зойке нужен. Все они, Корольковы, такие подлые…

— Галина! — оборвал мать обычно тихий отец.

Живот у Милки стал заметен. Не наврала, значит. И Влад женился. Он очень привязался к рожденной дочери Леночке. А вот Милку откровенно не любил. Ох, и погулял же он в то время. Располневшая жена вызывала одно чувство — брезгливость. Милка стала толстой, неряшливой, и в доме было также — грязно, неряшливо. Мать фырчала, что сын привел невестку-замарашку. Тот как-то не выдержал и ответил, что это мать её привела.

— Что! — взвилась мать. — Все Зойку забыть не можешь? Да плевала она на тебя! Она замуж за богатого старика вышла. Расчетливая стерва! Вся в мать.

— Галя, — опять прервал её тихий отец.

И мать, как это ни странно, опять замолчала.

Влад долго с Людмилой не разводился. Все терпел. Даже дочь вторую нечаянно родили во время короткого перемирия. Валюшку. Такая лапочка была, ласковая, все урчала, как котенок. Владислав по ней очень сильно скучает. Именно по своей лапочке Валюшке. Даже больше, чем по старшенькой — Леночке.

В это время Влад начал делать карьеру. Он заочно окончил институт, устроился на престижную работу в А-ск. Его взяли туда по рекомендации отца Зои, который работал главным инженером в энергосбыте. Платили очень прилично. Владислав подкопил денег и купил первую, небольшую квартиру. Звал жену в город. Та отказалась. Мужчина облегченно вздохнул и продолжал гулять, пока не встретилась Белла. Талантливая, многообещающая художница Белла Светлицкая, породистая высокая женщина с интересным лицом, умная, расчетливая, она подходила на роль жены уважаемого человека. К тому времени Влад был уже в разводе. Именно в эти дни зашла речь о его переводе в соседний небольшой городок в качестве главного инженера местного энергосбыта.

Обиженная Милка пригрозила при разводе, что он не увидит девочек, и сдержала свое слово. Вышла неожиданно замуж и уехала. Влад уже несколько лет не видел девочек. Но жениться не спешил, хоть и жил с Беллой. Иногда видел богатого предпринимателя Антона Наумова, мужа Зои. Пару раз видел и Зою. Недосягаемая Зоя стала еще дальше. Замужество пошло на пользу Зое, она стала еще красивее, еще интереснее. Их пути как-то пересеклись на одной вечеринке. Зоя никак не прореагировала на Влада. Она не отходила от Антона. Они выглядели счастливой парой. Хотя как сказать. У Зои по лицу мыслей не прочитаешь. Ведь была еще встреча и на даче, которая чуть, было, не изменила все. Зоя не захотела менять, она сказала, что это был сон. А может, в самом деле, та встреча приснилась Владиславу. Нет, теперь он знает точно: не снятся одинаковые сны двум людям одновременно.

Белла поймала Владислава на те же грабли, что и Милка. Она забеременела. Сделала УЗИ. Должна была родиться девочка. Вот этот листок с первой фотографией неродившейся еще Шурочки и положила она перед мужчиной. Влад вспомнил своих дочек: Леночку и ласковую лапочку Валюшку — и женился. Женился на Белке, которая была старше его на пять лет, была талантлива, умна, красива и фригидна. Жизнь Владислава осветило новое солнышко — дочка Шурочка. Мужчина очень любил детей.

Влад вспомнил, как неожиданно увидел Зою, когда он приехал в дом родителей с новой женой. В толпе любопытных стояла Зоя и с грустью смотрела на свадебный кортеж. «Поспешил, поспешил!» — неслась в голове молодого мужчины мысль. Он чувствовал, что Зоя хотела его видеть. Через месяц он узнал от Римки, что у Зои все хорошо, что она счастлива, её олигарх сдувает с неё пылинки. Зоя скоро будет мамой. После этого Владислав дал согласие на работу в соседнем небольшом городе. Только его назначили не главным инженером, а директором энергосбыта. Белла пошипела, поворчала, но поехала с ним. Там родилась Шурочка. Несколько лет Влад не встречал Зою, мать написала, что у неё умерли родители, а о смерти её мужа известия до Влада не дошли, пока случайно год назад не увидел её в нелепом наряде, сидящую на скамейке возле дома Риммы. Полгода назад Владислав пошел на очередное повышение. Его поставили во главе крупного А-ского участка энегосбыта.

Зойка-Зайка. Глупую песню спел Киркоров. Из-за неё Зоя приобрела свое прозвище. Сашка Попов первым её так назвал. Сначала неделю ходил, красноречиво смотрел на Зою и пел: «Зайка моя, я твой зайчик». А потом стал петь: «Зойка-Зайка моя, я твой Санчик!» Так и стали звать Зою. Она сердилась, но глупое прозвище прилипло. Только Владька никогда так её не называл.

Зоя перешла в пятый класс, когда её родители переехали в деревню, в Кочетовку. Она не жалеет, что попала сюда, в Кочетовскую школу, здесь ей было хорошо. Уже летом она познакомилась с девочками-соседками: Милой Голубовой и Мариной Вишняковой. Её новые одиннадцатилетние подружки все поголовно тогда были влюблены. Маринка Вишнякова рассказала, что влюблена в Сережку Ковцурова, а Милка Голубова всегда говорила, что её мужем станет Владислав Елизаров. Зоя решила, что тоже должна влюбиться. И влюбилась. Это был Сережка Вишняков, брат-близнец Маринки, обычный белобрысый мальчишка, но с пронзительными голубыми глазами. Зоя любила его до конца лета. Её любовь быстро кончилась, когда первого сентября она увидела на линейке Владьку Елизарова. Черноглазый, черноволосый мальчик с зачесанными набок волосами ей очень понравился. Но его любила Милка, поэтому Зоя решила, что ей нельзя любить Владьку. Подружки делились с ней секретами о своей любви, а она очень искусно скрывала свои чувства. Даже со временем разлюбила Владьку, так считала девчонка. В шестом классе Зоя влюбилась в рыжеволосого Олега Бударева из параллельного класса. Это тоже была безответная любовь. Олег бегал за второгодницей, черноволосой Танькой Кошкиной, у которой уже была грудь. Он зажимал её во всех углах, а на Зою обращал ноль внимания. Зоя расстраивалась. В седьмом классе Зое понравился новый, молодой учитель физкультуры, Сергей Николаевич. Она была влюблена теперь тайком в него. Но Сергей Николаевич вскоре женился на Надежде Николаевне, молодой учительнице биологии, и Зоя опять осталась без любви. А в восьмом классе девочка вновь стала все чаще останавливать взгляд на Владьке. Даже папе рассказала, какой Владька интересный. Тот внимательно выслушал, по-доброму улыбнулся. Он даже был доволен. Владька Зое еще нравился тем, что в нем было что-то общее с братом Андрюшкой, который учился во втором классе — оба серьезные, спокойные. Братишку как-то обидели сильные мальчишки из пятого класса, отобрали портфель и спрятали. Андрюшка расплакался, побежал к старшей сестре жаловаться, а той не оказалось в классе. Владька взял малыша за руку и пошел разобраться с пятиклассниками. Андрюшка с тех пор всегда бегал к нему за помощью. Но в этом же восьмом классе Зою просто атаковал Сашка Попов. И внимание девочки переключилось на него. Ох, и поносились они оба по школе. Сашка не давал ей прохода в прямом смысле слова: задевал, обнимал, цеплялся, толкал, зажимал по углам. Зое льстило такое откровенное внимание здоровяка Сашки, но порой он надоедал и даже обижал. Один раз он допек Зою, она с Сашкой подралась, со шваброй пошла на него в атаку. Успела пару раз стукнуть его. Хорошо Владька вмешался, встал между ними, а то бы плохо было Сашке, сломала бы Зоя об него швабру. После этого Сашка, наверно, в знак примирения подарил ей кулончик. Зоя вспомнила историю с подарком, растерянный вид Елизаветы Степановны, когда она ей рассказала про этот подарок, и улыбнулась. Она до сих пор хранит эту незамысловатую серебряную безделушку, лежит кулончик в шкатулке у дочери. Когда-нибудь Зоя ей расскажет, откуда это незамысловатое украшение. А ведь в тот день девочка-подросток была просто счастливой.