«Карр-карр!»

«Каркай, вороньё, сколько влезет. Я всё равно не дам косулю в обиду!»

Рокот моторов словно надломил силы грозы. В небе ещё погромыхивало, но куда слабее, чем прежде. Ветер разорвал тёмные тучи, и на небе появились просветы, которые с каждой минутой делались всё больше и больше. Дождь прекратился так же внезапно, как и начался. Молодые деревья, казалось, облегчённо вздохнули, стряхивая с себя воду. На самом деле это сделал за них ветер. Но и он скоро распрощался с лесом, стараясь не отстать от уходящей грозы. Косой солнечный луч засверкал в капели, которую роняли деревья. Косуля открыла глаза и подняла голову. Вороны снялись с сосны и снова принялись каркать. Роберт сжал своё оружие покрепче. Но теперь он совсем не боялся, а если и дрожал немножко, то, конечно, от холода. Ведь на нём не осталось ни одной сухой нитки. Но это не беда - уж теперь-то всё будет хорошо!

Ни голубое умытое небо, ни проглянувшее солнце не радовали фрау Типпольд и фрау Ковальски. Они уже обошли всех друзей Роберта и Кая, которые жили поблизости, но не нашли своих сыновей. Ещё во время грозы они сбегали на пляж, однако там не оказалось ни единой души. Возвращаясь назад, фрау Типпольд и фрау Ковальски всё время звали: «Роберт! Кай! Боссо!» Но из-за раскатов грома мальчики не могли услышать их голосов, да и звучали они далеко в стороне.

И когда гроза утихла, обе матери перепугались ещё больше. До сих пор они надеялись, что Роберт и Кай прячутся где-нибудь от дождя. Но вот и дождь кончился, а мальчиков всё нет. На корабельной верфи уже давно прогудел гудок. Для Роберта он всегда был сигналом: пора домой.

- А Кай и уроки ещё не делал, - сказала фрау Ковальски.

В это время из-за угла осторожно выползло такси. Шофёр Ковальски всегда ездил осторожно по тихим улицам, где живут отнюдь не тихие дети. К тому же асфальт после дождя был мокрым и скользким.

Ковальски очень удивился, что Кай не встречает его. Обычно остаток пути до гаража они ехали вместе. Но сегодня вместо Кая и Роберта на углу стояли жена и фрау Типпольд.

Ковальски затормозил.

- Что-то случилось? - спросил он, прежде чем женщины успели заговорить. Таксист не был ясновидцем, но фрау Типпольд и фрау Ковальски казались такими расстроенными, что возле них уже собрались соседи.

- Мальчики и собака, - дрожащим голосом сказала мама Роберта, - они. .. они не вернулись с озера!

Фрау Ковальски заплакала.

- Без паники, друзья, - спокойно сказал шофёр. - Найдём, нам это не впервой. ..

Соседи тут же выразили желание помочь в поисках. Один из них помчался к участковому Копфле, у которого в таких делах уже был опыт. Не далее как на прошлой неделе Копфле изловил волнистого попугайчика, улетевшего от хозяина, мастера Штиффа. Никто не мог сказать, каким образом участковому удалось это сделать - разыскать крохотного зелёного попугайчика в огромном зелёном лесу. Правда, злые языки болтали, будто младший лейтенант просто-напросто купил в зоомагазине другого попугая. Но мастер Штифф клялся и божился, что уж он-то всегда узнает своего старика Ханси. А это, конечно, веский довод.

Услышав о происшествии, участковый Копфле на минуту крепко задумался. Потом он сказал:

- Гм… Ну и парни! Возможно, они просто заигрались и забыли, что надо домой. Но на всякий случай примем меры.

И пока Ковальски совещались с фрау Типпольд и соседями, где искать ребят, младший лейтенант позвонил в народную полицию.

- Пропали двое мальчиков, - доложил он, - да, двое мальчиков и собака…

- Боссо! - крикнул жестянщик Штифф. - Куда?!

Но было уже поздно. Сильным прыжком Боссо вымахнул из трамвая на мостовую. Мастер Штифф только что полез в карман за деньгами, чтобы оплатить проезд, и на секунду ослабил хватку. Этим воспользовался Боссо. Увернувшись от мотоциклов и машин, он скрылся в узком переулке рядом с ратушей. Штифф недоуменно покачал головой и пробормотал:

- Странно, он всегда такой послушный, и вдруг … А может, это вовсе и не Боссо? Просто похожий ньюфаундленд? Ведь я, к примеру, до сих пор не уверен, мой у меня попугай или не мой…

Пока жестянщик разбирался в путанице своих мыслей, Боссо уже нашёл квартиру доктора. Закрытая дверь, ведущая в приёмную, не смутила пса. Боссо умел открывать любую дверь - лишь бы у неё была ручка. Встав на задние лапы, передней он нажал на ручку. Дверь отворилась.

Послеобеденный приём у ветеринара подходил к концу. В приёмной комнате ещё сидели пожилой мужчина со старым котом, молодая женщина с попугаем и две старушки, те, из трамвая, со своей крохотной таксой. Тявкая на Боссо, она заработала икоту и теперь через каждые три секунды икала. Однако это ей не помешало снова залаять на Боссо.

- Успокойся, Пусси,- сказала одна из старушек, - он же может тебя покусать!

Боссо не удостоил таксу даже взглядом. Какое ему дело до этой икающей собачонки! Он направился прямо к кабинету доктора. Все проводили его удивлёнными взглядами. Поднявшись на задние лапы, Боссо попробовал открыть и эту дверь. Но тут ещё громче залилась лаем такса, зашипел и ощетинился кот, а попугай сердито закричал:

- Ну-ну, кто там? Ну-ну, кто там?

Боссо вовремя вспомнил, что в приёмной доктора полагается ждать. Устыдившись, он протопал в самый дальний угол, улёгся и положил голову на лапы. Он так устал, что слипались глаза.

Икнув в последний раз, умолкла такса. Перестал шипеть кот. Довольный попугай похлопал крыльями и прокаркал:

- Брраво! Брраво! Поррядок!

Однако Боссо уже ничего не слышал. Он спал. Но и во сне он продолжал бежать, бежать, бежать …

- Пожалуйста, следующий, - сказал доктор Кремер, выходя в приёмную.

Но молодая женщина спросила только, можно ли давать попугаю конфеты.

- Иногда можно, - сказал доктор. - Но лучше семечки. Они полезнее.

Кот тоже не отнял много времени. Его хозяин хотел знать, почему тот перестал ловить мышей. Доктор с улыбкой посмотрел сначала на старого кота, потом на хозяина и доверительно спросил:

- Дедушка, а вы на танцы ходите?

- Да упаси бог! - воскликнул старик. И только тут до него дошли слова доктора. Поблагодарив, он откланялся.

Старушки пожаловались, что их собачку одолела икота. Но такса уже перестала икать и на своих кривых ногах покатилась к двери. Вслед за ней заторопились старушки.

- Всё, - сказал доктор, облегчённо вздохнув. Он запер входную дверь и, не замечая Боссо, направился к чёрному ходу. Он уже предвкушал ужин после напряжённого рабочего дня.

Бедный Боссо! Неужели все твои усилия пойдут прахом? Ты же завтра умрёшь со стыда!

«Гав-гав!»

Доктор Кремер остановился на полпути и прислушался.

«Гав-гав!»

Быстрым шагом доктор вернулся в приёмную. Вот тебе на: лежит в углу Боссо и лает - лает во сне!

- Боссо! - окликнул пса доктор. - Что ты здесь делаешь? И вообще, как ты сюда попал?.. Да проснись же!

Боссо открыл глаза и уставился на доктора. В первый момент он тоже удивился, потом вскочил и подбежал к двери, взволнованно лая, словно собирался рассказать всю историю на своём собачьем языке.

Но, к сожалению, даже самый умный ветеринар не понимает этого языка.

«Гав-гав! Гав-гав!»

- У тебя, по-видимому, ничего не болит, - задумчиво сказал доктор Кремер. - Но раз ты так обеспокоен, значит, должна быть причина. Но какая? И где Роберт?

У слышав имя Роберта, Боссо навострил уши и громко взвыл, извиваясь всем телом - от головы до хвоста.

- Да, - сказал доктор с лёгким вздохом, - придётся тебя доставить домой. Однако где же ты живёшь? Ах да, вспомнил: у Долгого озера. Ну, пошли, Боссо.

Когда доктор Кремер уселся за руль своего маленького автомобиля, Боссо от избытка чувств ткнулся ему в затылок своим холодным влажным носом. Поехали! Но почему доктор вдруг затормозил и прижал машину к обочине? Да потому, что он услышал сирену полицейской машины: та-ту-тата!..