Нечего делать, продал бедняк свой старый дом и все, что было в нем, и с трудом выручил горсть серебра. Отдал его попу.

На том бы дело кончилось, если бы сын бедняка Зондаби не сказал отцу:

— Не бойся, мы всегда найдем кусок ячменного чурека. Ты ведь стар стал, и работать у попа тебе не под силу. Сиди дома, а я пойду к попу в работники.

— Правда твоя, — согласился бедняк. — Постарел я, силы больше нет ни в ногах, ни в руках. Дома тоже нет у нас, хотя навес остался. Буду сидеть под навесом, а ты работай у попа.

На другое утро рано Зондаби отправился к попу.

— Нужен тебе работник?

— Нужен.

— А что дашь за работу?

— Будешь есть и пить вволю да еще дам тебе бурку, два арчи и мешок ячменя в год. Но если когда-нибудь рассердишься на меня, то целый год будешь работать даром да еще дашь мне горсть золота. А если я рассержусь на тебя, то я дам тебе горсть золота. Согласен?

— Согласен.

Стал Зондаби работать у богатого попа. И вот однажды выехал он пахать на четырех волах. Поработал немного, видит, не шлет ему поп ни еды, ни воды, распряг волов, отдохнул, одного вола продал за горсть золота и три круга ячменного чурека, другого вола зарезал, развел костер, шашлыков понаделал столько, что хватило ему самому и чужим работникам, кто в поле работал. Двух других волов пустил пастись, лег под дерево и спал до самого вечера. Вечером Зондаби проснулся, съел все остатки от обеда, запряг двух волов и с песнями вернулся в селение.

Навстречу ему поп идет, в руке держит кувшин воды, сам смеется:

— Ты сегодня целый день объедался жирным, а воды у тебя не было. Несу тебе полный кувшин.

Зондаби обрадовался, соскочил с повозки, схватил кувшин и осушил его, потом говорит попу:

— Правда твоя, жирные волы у тебя, одно сало, целый день ел, пить хочу так, что сказать не могу. Хорошо догадался принести кувшин воды.

Поп не может слова сказать, ни рукой, ни ногой шевельнуть, будто окаменел. Насилу спрашивает работника:

— Где другие два вола? Ты их съел? — и задрожал от злости.

— Не дождался, пока ты принесешь еду, ну, думаю, хозяин решил, что я сам догадаюсь и зарежу вола. Вот я и зарезал. Очень уж жирное мясо было. Даже сейчас пить охота. Принеси еще кувшин воды.

— А другой вол где?

— Другой вол, говоришь? Да я продал его, нельзя же есть мясо без чурека!

Услыхал это поп и рассвирепел, как бешеный пес, бить работника хочет, да боится, зато ругает его на все лады.

Засмеялся Зондаби:

— Уговор, уговор помни! Рассердился на меня — плати горсть золота.

Уплатил поп работнику своему, Зондаби, горсть золота, как же иначе! Уговор. Но говорит ему:

— За то, что ты зарезал моего вола, а другого продал, будешь работать у меня даром до самой своей смерти.

Зондаби стал опять работать на попа, работал день и ночь, не зная отдыха.

Как-то поп с попадьей решили ехать в гости.

И наказывает поп Зондаби:

— Мы вернемся ночью. А ты смотри за домом, приготовь нам поесть, освети мост, чтобы в темноте не упасть нам в реку.

Сказал так, сел с попадьей в повозку и уехал.

Зондаби стал готовить: зарезал вола, сварил целый котел мяса, шашлыков немало зажарил, потом все, что нашел в сундуках попа, — серебро, золото и другие сокровища, — все связал в большой узел и вытащил во двор, что связать не смог, тоже во двор вытащил. И закричал на все селение:

— Добрые люди, обманутые попом, приходите на поповский двор, берите, что хотите!

А потом поджег поповский дом и сказал:

— Пусть светло будет попу и попадье, а то в темноте в реку упасть могут, сам ведь просил. — Взвалил на плечи узел с серебром, золотом и другими сокровищами и отправился под свой навес, к бедному отцу.

А что осталось на поповском дворе, то другие унесли.

Поп вернулся, посмотрел на горящий дом и повалился замертво на дорогу. А что стало с его попадьей, того не знаю.

Услышал горец, сын бедняка, что на равнине есть у алдара дочь, такая красавица, что другой такой нет на свете.

Никому не сказав ни слова, сын бедняка оседлал своего коня и отправился ее искать.

Когда сын бедняка выехал на равнину, он встретил отца той красавицы девушки. Алдар спрашивает его:

— Куда держишь путь, добрый молодец?

— Слышал я, что есть у одного алдара дочь такая красавица, что другой такой нет на свете. Хочу посмотреть на нее.

Алдар предлагает:

— Едем тогда вместе.

Вот и отправились они. Едут, едут и доехали до болота.

— Подожди, уважаемый, — говорит сын бедняка, — я мост тебе перекину через болото.

— В уме ли ты, добрый молодец? — спрашивает алдар. — Есть у меня время ждать, пока ты будешь мост перекидывать.

Алдар, не говоря больше ни слова, въехал в болото и по уши увяз в нем. Юноша пробрался к алдару, вытащил его из грязи, почистил и посадил на коня. И пустились дальше.

Доехали они до алдарского селения. А навстречу им покойника несут. Сын бедняка спрашивает алдара.

— Не обессудь, алдар, но скажи, чей был покойник: одного хадзара или всего селения?

Алдар рассердился:

— Чтобы сгорел твой хадзар! Еще не довелось мне видеть такого глупца, как ты. Покойник одного хадзара, а не всего селения.

Ничего больше не сказал сын бедняка на слова алдара. И так они въехали в селение. Алдар повел своего гостя в гостевую комнату, а сам зашел в дом и говорит:

— В гостевой комнате сидит гость. Чуреком-солью накормите его.

Жена алдара приготовила гостю пирог с сыром, налила полный рог вина, сварила яиц и послала все это гостю. Сын бедняка поел пирог и яйца, потом говорит работнику алдара:

— Убери рог и скажи хозяйке: «Было полнолуние, но одна из звезд исчезла».

Работник отнес рог и все сказал, как велел гость.

Услышал алдар эти слова и рассмеялся:

— Никогда не доводилось мне видеть такого глупого малого, как этот. И по дороге он говорил такие же глупые слова. — И рассказал, как было.

Дочь алдара слушала, слушала, молча взяла кувшин ронга и маленький рог и вышла в гостевую комнату.

Сын бедняка удивился ее красоте. Встал и приветствует ее. А красавица, дочь алдара, ни слова не сказав, налила полный рог ронга и подала его гостю. Гость выпил и вернул его девушке. Она налила второй рог, выпила сама, после чего налила третий рог и подала его юноше. Юноша взял полный рог и кинул его на землю. Девушка подняла рог, вытерла его начисто, вновь наполнила ронгом, выпила сама, а потом опять налила ронгом и подала гостю. Гость осушил его и пустой рог вернул девушке.

За это время никто из них ни слова не сказал.

Наконец юноша показал девушке десять пальцев и попрощался: «Счастье вашему дому», — сел на коня и ускакал.

Дочь алдара посмотрела ему вслед, улыбнулась, как солнце после дождя, и вошла в комнату Вошла она в комнату и говорит своему отцу:

— Отец, ты сказал, что наш гость самый глупый юноша на свете. Неправда это. Умнее его нет ни одного человека в нашей стране. Послушай, что я скажу. Когда ты и гость подъехали к болоту, ты думаешь, он настоящий мост хотел построить? Нет! Он хотел первым въехать в болото и узнать, где можно проехать. Если бы ты застрял, то это позор для младшего. Если бы он застрял, то выбрался бы сам, потому, что он молодой, да и увязать в болоте ему не было бы стыдно. Он спросил тебя про покойника. Ты стал насмехаться. А ведь он так спрашивал потому, что если покойник был хорошим человеком, значит он хорошим был для всех людей селения. А если он был плохим, то это покойник только для своего хадзара. Когда мать послала с работником в гостевую комнату угощение, работник по дороге съел одно яйцо, поэтому он и сказал; «Было полнолуние, но одна из звезд исчезла».

После этого я налила полный рог ронга и подала его юноше. Он осушил рог и подумал, глядя на меня: «Вот как я тебя люблю, избранницу моего сердца», Я и себе налила полный рог, выпила его и подумала: «Я тебя тоже сильно буду любить, мое солнце». Опять наполнила рог и подала его гостю. Он взял рог и бросил его на землю, подумав: «Если будешь недостойная, вот так отброшу тебя». Я подняла рог, вытерла его, наполнила ронгом и выпила, сама подумав: «Этого ты не думай, мой свет! И бояться тебе нечего, что я буду недостойна; буду тебя любить, и ты не бросишь меня».