Глава 8

ДЕНТОН

Папа всегда умел идеально выбрать время. Он позвонил как раз в тот момент, когда мы с Хлоей собирались вместе пойти в ресторан пообедать. Еще пять секунд, и я бы отключил свой телефон и наслаждался хорошим обедом с новой помощницей.

Возможно, перерыв был к лучшему. Кроме Кары, я никогда не приглашал никого из своих сотрудников на ланч, если только большим составом.

Приглашение Хлои на уединенную трапезу в мой любимый ресторан может считаться несколько неподобающим поведением для босса.

По правде говоря, мне просто хотелось проводить с ней больше времени, не думая о работе. За то короткое время, что мы провели вместе в ночном клубе, нам было очень весело, и я увидел настоящую Хлою. На работе она была прилежной помощницей, заботилась обо всех моих нуждах и желаниях, а в тот вечер слегка расслабилась. Я хотел увидеть побольше той Хлои.

Но тут позвонил папа.

Он узнал о местонахождении обоих братьев Бартон, но ему также было известно, что они пробудут там не более часа.

Хлоя хотела поехать со мной, что мне льстило, но я никак не мог этого допустить. Я уже потерял дорогую сердцу женщину из-за своей испорченной жизни, и не собирался терять еще одну. Не то чтобы я заботился о Хлое так сильно, как о Каре. Мы ведь только недавно познакомились.

У нас быстро установилась связь, но это были лишь рабочие отношения. Ничего больше. Я молил Бога, чтобы большего и не случилось, потому что не мог позволить себе снова сблизиться с кем-либо.

Времени было мало, поэтому я побежал трусцой и не останавливался, пока не завернул за угол и не увидел старую фабрику. Цепь и висячий замок вокруг ворот были уже сломаны, поэтому я огляделся, чтобы убедиться, что горизонт чист, а затем зашел внутрь.

Инстинкт подсказывал мне направиться прямо к главному входу и застигнуть их врасплох, но что-то во всей этой ситуации было не так. Не было слышно ни звука, ни писка. Склад был пуст, и я предположил, что братья использовали его для допросов конкурентов или надирания чьей-то задницы, но в таком случае, должен был быть хоть какой-то шум.

Машины на улице тоже отсутствовали. Бартоны владели целым парком дорогих авто, и их редко видели без них. Обычно они никогда не отличались скрытностью, поэтому не колеблясь парковали автомобили стоимостью в шестизначные суммы за пределами завода. Надо быть идиотом, чтобы украсть машину, принадлежащую Бартонам.

Тут что-то было не так. Бартонов здесь не было. Удивительно, но я почувствовал облегчение. Я смирился с мыслью, что их убийство — часть моего плана отомстить за смерть Кары, но знал, что не получу от этого никакого удовольствия. И понимал, что по ночам меня будут преследовать их мертвые лица, как и тех двоих, которых я убил.

Какой человек может убить, не будучи эмоционально разрушенным? Я знал ответ на этот вопрос: мой отец. Смерть для него была такой... постоянной. В этом мире существовало не так уж много людей, которые действительно ее заслуживали, но Бартоны могли причислить себя к этому числу.

Братья, должно быть, уже уехали, но я не мог вернуться к отцу, не проверив все помещение.

Толкнул оставленную приоткрытой дверь. Быстро осмотрел первый этаж, но здесь уже давно никто не ходил. Пол был покрыт пылью, и не было никаких следов.

В дальнем конце стоял верстак, и я прихватил молоток — достаточно легкий для сильного удара, но достаточно тяжелый, чтобы нанести увечья. На работе я никогда не носил оружия, к большому неудовольствию папы, поэтому его последний звонок застал меня врасплох.

Я направился вверх по лестнице, двигаясь медленно, чтобы не шуметь. Если Бартоны были здесь, то хотелось бы сохранить эффект неожиданности.

Верхний этаж раньше использовался под складские и офисные помещения, поэтому здесь было много узких коридоров и мест, где можно было спрятаться. Это могло бы сработать в мою пользу, если бы я был осторожен.

Я держался поближе к стене и направился по коридору к фасаду здания. Я шел так медленно и осторожно, что почти не двигался, но все равно мои шаги производили гораздо больше шума, чем хотелось бы. Каждый крошечный звук эхом отдавался от стен, и для моих чересчур параноидальных ушей он звучал так же громко, как пожарная тревога.

И тут я кое-что услышал. Кашель.

Он доносился из кабинета прямо в конце коридора. Я остановился и прислушался. На этот раз я услышал, как кто-то заерзал на стуле. По крайней мере, один из них был там.

Я пригнулся, чтобы меня не заметили, если вдруг выглянут в окно, а затем поспешил в кабинет так быстро, как только мог, сжимая молоток так сильно, что чуть не сломал деревянную ручку пополам.

Я был так сосредоточен на том, чтобы подкрасться к тому, кто находился в этой комнате, что не услышал второго брата, пока тот не выскочил из-за угла и не бросился на меня с ножом. Что происходит с людьми, почему все пытаются пырнуть меня ножом на этой неделе?

Я держал молоток не в той руке, но мне удалось ударить Бартона по запястью. Этого было достаточно, и нож безвредно пролетел мимо меня. Выглядело неуклюже, но сработало.

Братья Бартоны были похожи, но я узнал в том, что с ножом, Кевина, младшего из них.

Другой брат, Илай, выскочил из кабинета и вытащил собственный нож, держа его перед собой, будто вызывая меня подойти к нему.

Бартоны славились тем, что предпочитали ножи пистолетам. В Чикаго было почти столько же оружия, сколько людей, и Бартоны считали, что они крутые, раз не пользовались им. Судя по тому, что я слышал, у них была огромная коллекция таких вот ножей, которые они использовали, чтобы медленно пытать жертв, прежде чем избавить их от страданий.

К счастью для меня, Бартоны привыкли использовать ножи только в контролируемых пытках; у них не было большого опыта использования тех в бою. Они стояли, выставив перед собой ножи, будто научились драться по фильмам.

В фильмах не очень хорошо показывали настоящее уличное насилие. На экране красиво смотрелись хорошо поставленные сцены, но на улицах люди дрались грязно и делали то, что им было нужно, чтобы выжить.

Я был хорошим бойцом. Это будет нелегко, так как я был один против двоих, и у них есть оружие, но я определенно смогу справиться с этим.

Кевин встал передо мной, а Илай обошел сзади. Я все время мотал головой туда-сюда, стоя между ними двумя. Кевин выглядел немного менее уверенным в себе после своей предыдущей неудачной попытки, но на лице Илая все еще была злая усмешка.

Они все это спланировали. Они знали, что я приду, и устроили ловушку. Хорошо, что Бартоны не были такими уж умными.

Я мог бы попытаться ускользнуть, но коридор был узким, и мне пришлось бы протиснуться мимо Илая, чтобы прорваться. Он легко мог воткнуть в меня нож, когда бы я проходил мимо него.

Вместо этого я решил устроить им свою ловушку. Я начал поворачиваться по кругу, чтобы держать их обоих в поле зрения, а затем сделал крошечный шаг в сторону, как будто обдумывал попытку проскочить мимо них.

Я притворился, что спотыкаюсь, как будто вот-вот упаду. Братья заглотили наживку. Они оба бросились на меня, думая, что я нападаю. Илай добрался до меня первым, поэтому я схватил его, позволил себе упасть на пол и воспользовался моментом, чтобы бросить его в направлении его брата.

Они рухнули друг на друга, и Кевин получил порез на лице. Не смертельно, но было приятно видеть, как они истекают кровью.

Я быстро встал, пока они все еще валялись на полу, а затем ударил молотком по запястью Илая. К моему удивлению, он не выронил нож, но я сломал достаточно костей, чтобы он легко отпустил его, когда я вытащил его из его руки.

Теперь бой был почти честным.

Илай первым поднялся на ноги, но теперь он был безоружен. Я мог бы его вырубить, но не хотел рисковать, оставляя себя открытым для нападения Кевина.

Илай принял решение за меня. Он убежал, оставив своего запыхавшегося младшего брата, пытавшегося подняться на ноги. Вот тебе и братская любовь.

У Кевина был нож. У меня были нож и молоток. И я был зол.

У него не было ни единого шанса, и он это понимал.

Как только я сделал шаг в его сторону, он побежал за своим братом по коридору к выходу. У меня раньше были сомнения насчет убийства этих двоих, но эти сомнения давно испарились.

Я погнался за ними. Они проводили много времени в тренажерном зале, но работали только над наращиванием мышц, пренебрегая кардиотренировками. Братья были громоздкими и медлительными, как физически, так и эмоционально, так что я знал, что догоню их.

Расстояние сократилось до десяти футов, когда я вдруг закричал и согнулся пополам от боли. У меня разошлись несколько швов, которые доктор наложил на рану. Я прижал руку к боку, пытаясь остановить кровотечение, но от этого боль только усилилась.

Если бы Бартоны обернулись и увидели меня, согнувшегося на полу, они могли бы вернуться и прикончить меня. К счастью, они были слишком озабочены тем, чтобы сбежать, и, должно быть, истолковали мой крик как проявление агрессии, а не умопомрачительной боли.

Бартоны выбежали через парадную дверь. Я упустил свой шанс. Им не удалось убить меня, но отец вполне мог им в этом помочь.

Я прислонился спиной к стене и продолжал давить на бок, пока кровотечение, наконец, не прекратилось.

Бартоны ждали меня. Но как? Очевидным ответом было то, что в окружении отца была крыса, но это казалось маловероятным. Отец регулярно показывал примеры наказаний тех, кого подозревали в двойном обмане, и заставлял своих головорезов смотреть на это. Этого было достаточно, чтобы любого вернуть на путь истинный.

Я оттолкнулся ногами, поднимаясь вверх по стене, пока не оказался в чем-то отдаленно напоминающем положение стоя. Хлоя устроит мне ад за все это.

Я рассмеялся про себя, когда понял, что, вероятно, больше боюсь того, что она собирается сказать, чем своего отца. Отец рассердится. От него можно было ожидать что угодно, но я боялся Хлои. Ну, я боялся разочаровать ее.