Она улыбнулась, палатку озарял рассвет. Это был ее подарок будущему. Новое начало.

Снаружи прозвучал крик, другой.

Селена села, хмурясь, слушая суету. Она потерла лоб, убрала волосы с лица. Она помнила, что спала рядом с Дамиеном, успокаивала солдат в пейзаже сна. А потом появились ее мать и Темная леди, и она спрятала солдат, сказала им последние слова и…

Ее глаза расширились, и она отбросила одеяло. Дамиена видно не было. Когда он ушел? Империя прибыла? Хоть Темная леди и ее мать поймали солдат альянса в сон, она успела их освободить для боя?

Селена встала и быстро оделась, не стала заплетать волосы, лишь пригладила их пальцами.

А лагерь уже гудел.

Она проверила мечи, убрала их в ножны и вышла из палатки, готовая ко всему, что приготовил реальный мир.

Лучи золотого и розового света заливали небо, теплый ветер дул на лагерь. Несколько человек пробежали мимо нее с криками и смехом.

Смехом?

Селена посмотрела на восток. Что это значило?

— Миледи! — Карл стоял у палатки с радостным видом. — Вы проснулись.

— Карл? Почему ты тут?

— Лорд оставил меня сторожить вас, — он поклонился и поднял голову. — Вам нужен целитель? Вы проспали три дня.

Селена моргнула. Три дня?

— Нет, я в порядке, — более чем в порядке. — Что случилось, пока я спала?

— Прибыла империя, и альянс пошел сражаться.

Она выдохнула.

— Значит, они смогли.

Он растерянно посмотрел на нее.

Она потерла двумя пальцами висок и рассмеялась.

— Многое случилось за последние три дня, о чем я не могу говорить.

— Я слышал ваш голос в пейзаже сна. Лорд Дамиен сказал, что вы отпустили нас из мертвого сна, — в его голосе была нотка восторга.

— Да. Но это была не только я. Меня направлял Свет.

— Свет, — прошептал он. — Я много думал о Свете, — он посмотрел на нее. — Спасибо, леди Селена, от всех Северных берегов. Нам повезло, что вы — наша леди.

Наша леди. Она нежно улыбнулась.

— Спасибо, Карл.

Селена посмотрела на восток, где стала собираться толпа.

Дамиен.

Он был с ними? Или он…?

Она повернулась и побежала, плащ хлопал за ней, мечи стучали по бедрам. Одно имя, одно лицо заполняло ее разум. Ей нужно было знать, был ли он жив. Ей нужно было знать, вернется ли он к ней.

Она миновала край лагеря, Карл не отставал. Впереди под восходящим солнцем тысячи солдат альянса маршировали по траве долины. Были смех и крики, но и те, кто держался за товарищей. Селена смотрела на солдат, искала воина в синем с темными волосами и яркими глазами.

Первый ряд людей двигался вокруг нее рекой. Воздух наполнили запах пота и крови. Похоже, возвращались только раненые. Многие были с бинтами на руках и ногах, у некоторых повязки были и на головах. Темно-зеленые одеяния дома Рафель виднелись среди солдат, некоторые тащили носилки.

Дом Рафель? Когда они прибыли?

Селена сжала кулаки. Не возвращались те, кто мог сражаться, или…?

Нет, она не будет так думать. Сначала она убедится…

Дыхание вырвалось из легких, когда ее взгляд встретился с глазами цвета сапфира.

Дамиен.

Она сделала шаг, другой, а потом побежала против толпы, глядя на своего мужа.

Он был жив.

Через миг он заметил ее. Его глаза расширились, улыбка озарила его потрепанное лицо, он пошел к ней. Она обошла носилки, заметила, что его рука была перевязана, на щеке был порез, а на форме высохла кровь.

Ей было все равно. Он был жив, это было важнее всего.

Как только он оказался достаточно близко, она обвила его руками — стараясь не задеть перевязь руки — и поцеловала его в губы. И не было важно, смотрел ли кто. А люди смотрели, судя по воплям и смеху вокруг них.

— Ты жив, — она отодвинулась и посмотрела на него со слезами на глазах.

Слезы блестели и в его глазах.

— И ты жива. Когда я оставил тебя, я не знал… — он поднял здоровую руку и прижал ладонь к ее щеке. — Но мы это сделали, Селена. Мы победили. Империя убегает. Дом Люцерас, дом Фриер и виверны прогоняют оставшихся…

— Дом Фриер?

Дамиен рассмеялся, морщинки появились возле уголков глаз.

— Да. Лорд Рауль все-таки пришел на помощь. И дом Рафель, когда мы больше всего в них нуждались.

— Там были все семь домов?

— Да. И мы поэтому победили. Мы работали вместе и победили. Свет и хотел, чтобы мы были едины.

Они повернулись и пошли к лагерю. Здоровая рука Дамиена обвивала ее плечи, а ее рука лежала на его поясе.

— Ты не представляешь, как твои слова повлияли на наши отряды.

Она нахмурилась и крепче обвила его рукой.

— Помните, за что мы боремся. Это был наш клич. Ты сделала то, что делали твои предки: вдохновила другие дома, пока мы спали, дала нам силы сражаться, — он склонился и поцеловал ее в щеку. — Было непросто покидать тебя, зная, что ты ведешь бой в пейзаже сна, далеко от меня. Но я знал, что ничем не мог там помочь тебе. Я мог действовать в реальности, и я повел наш народ.

Селена выдохнула.

— Темная леди и моя мать были в пейзаже сна, — она тряхнула головой. — Долгая история. Но Свет оказался там. И мы вместе покончили с темным наследием моей семьи.

— А Темная леди?

— Ее больше нет. Дом Рейвенвуд свободен. Мои — наши — будущие дети свободны.

— Дети?

Селена покраснела.

— Да.

Он рассмеялся, а через миг спросил серьезным тоном:

— Если Темной леди нет, то что случилось с твоей матерью?

Она посерьезнела.

— Она уже не опасна. Но ей нужна наша помощь, Дамиен, — он напрягся рядом с ней. — Я знаю твои мысли. Она ранила многих людей, нас больше всего. Но Свет не просто так оставил ее в живых. Так что прощу, помоги ее отыскать. Я надеюсь показать ей, что на самом деле означает наш дар.

Он молчал, пока они шли к лагерю с остальными солдатами. Было сложно думать о помощи ее матери после войны, и ей было сложно. Ее мать многих убила, помогла начать эту войну. Но…

— Если это важно для тебя, я это сделаю.

Селена посмотрела на него.

— Моей целью — и целью моего отца — всегда было объединить великие дома. Твоя мать — часть этого.

Волна тепла и гордости растеклась по Селене, и она сморгнула новые слезы. Ни один человек из всех, кого она знала, не дал бы ее матери второй шанс. Но Дамиен давал, его сердце было сильным и сопереживающим.

— Спасибо. Я знаю, что она не заслуживает этого, но я хочу сделать, что смогу.

Он сжал ее плечо.

— Знаю.

49

Следующие несколько дней прошли в смешанных чувствах. Была радость, но было и горе. Исцеление и боль. Страх и надежда. Под управлением леди Аяки целители из дома Рафель работали день и ночь с теми, кто выжил в бою. Больше отрядов альянса приходили в лагерь, похоронив мертвых.

Дошел слух, что империя разбежалась. Дом Фриер и те, кто остался от дома Люцерас и дома Вивек, гнали империю к бреши в стене, а всадники на вивернах не дали империи собраться в Шаналоне.

Селена ночами приглядывала за спящими, облегчала боль и отгоняя кошмары. Чуть больше недели спустя прибыла леди Брирен. Ее медная виверна и несколько других опустились у лагеря в облаке пыли, поднявшейся к синему небу.

— Лорд Дамиен, леди Селена, леди Аяка, рада вас видеть! — крикнула леди Брирен, спешившись. Ничто не изменилось в хозяйке виверн, кроме нескольких порезов и синяков, что еще заживали. — Мы вернули Шаналону, и империя направляется к другой стороне стены.

— А командир Орион?

— Мы его схватили.

— А его генералы?

— Тоже у нас в плену.

— А моя мать?

Леди Брирен помрачнела.

— Мы нашли вашу мать в палатке, одну в заброшенном лагере империи, — она посмотрела на Селену. — Она… больше не будет сражаться.

— Я знаю, что с ней случилось. Видела в пейзаже сна.

Леди Брирен с уважением кивнула ей и огляделась.

— Где ваш отец, леди Аяка?

— Его тут нет. Но я рада, что он послал наш народ помочь в нужное время, — тихо сказала она.

Леди Брирен рассмеялась.

— Упрямый старик. Я рада, что он увидел свет в конце, — она кивнула Дамиену. — Я прибыла, чтобы отнести вас к стене. Мы надеемся, что с вашей силой и силой лорда Рауля мы сможем восстановить границу.

Дамиен поднял здоровую руку и посмотрел на свою ладонь.

— Одной рукой будет не так просто, но я попробую.

Леди Брирен фыркнула.

— Я видела, что вы умеете делать. Такой пустяк, как перелом руки, вас не остановит.

Селена шагнула вперед.

— Я тоже хочу отправиться туда.

— Мы хотели бы, чтобы отправились все вы. Лорд Ренлар и лорд Лео попросили, чтобы все семь домов присутствовали при поднятии стены, чтобы хранить соглашение и подтвердить альянс наших домов.

— Думаю, я смогу присутствовать вместо своего отца, — тихо сказала леди Аяка.

Леди Брирен просияла.

— Конечно, можете. Вы же его наследница. И я знаю, что некий лорд хочет вас увидеть, — она подмигнула.

Щеки леди Аяки покраснели от смелых слов хозяйки виверн.

Селена скрыла свою улыбку. Это была правда. Что-то было между лордом Лео и леди Аякой. От этой мысли ее сердце согрелось.

— Мне с моими всадниками нужно день отдохнуть, и мы сможем отправиться.

Дамиен кивнул.

— Тогда мы подготовимся.

* * *

Следующим утром Селена была высоко в небе, ветер бил по лицу, пока она летела на виверне. Внизу лежали те, кто умер в бою, упокоенные в земле. От множества горок земли ее сердце стало тяжелым. Столько умерло. И не только тут, но и в Шаналоне, вдоль реки Гир и в лесу Сурао. Столько горя. Столько слез. Все ради власти, жадности и ненависти.

Она посмотрела на синее небо и перистые облака впереди, ее пальцы сжали седло. Больше никогда. Что бы ни случилось, великим домам нужно было работать вместе, чтобы не допустить повторения в будущем. Они могли помогать и защищать свой народ, приносить мир, а не войну своим землям. Об этом они договорятся.

После пяти дней полета маленькая группа приблизилась к стене, что разделяла их земли и империю Доминия. Земля цвета глины была пустой, только камни валялись тут и там. За этим пейзажем от земли до неба поднималась стена.

Селена ее еще не видела, и от этого вида она ощущала потрясение. Она была в пару сотен футов высотой, изогнутая, как волна, поднявшаяся в море. Наверху были острые каменные зубья, чтобы никто не мог перелезть сверху — если они могли добраться до верха.