112. Вот что он говорит в упомянутом выше месте: "И мы поэтому обнаруживаем, что бог сказал Каину о его брате Авеле: "Он влечет тебя к себе, но ты господствуй над ним""38. На это я отвечу:
1. Эти слова бога к Каину многими толкователями понимаются с очень большим основанием в смысле, совершенно отличном от того, в каком использует их наш автор.
2. Что бы они ни означали, их нельзя понять таким образом, будто Каин, как старший, имел естественную власть над Авелем, ибо выдвигалось условие: "Если делаешь доброе", и, таким образом, слова относились лично к Каину, и, что бы под этим ни подразумевалось, оно зависело от его поступков и не вытекало из его права первородства и, следовательно, никоим образом не могло быть утверждением владычества перворожденного вообще. Ведь уже до этого Авель владел своими "отдельными территориями по праву частного владения", как признает сам наш автор (3., с. 210), которые он не мог бы получить в ущерб праву наследника, если бы по божественному велению Каин как наследник был должен получить все владение своего отца.
3. Если бы эти слова должны были по воле бога стать хартией первородства и пожалования владения старшим братьям вообще как таковым по праву наследования, мы могли бы ожидать, что они должны были включать всех его братьев. Ибо мы вполне можем предположить, что у Адама, который населил мир своими наследниками, к тому времени, когда они выросли и стали взрослыми [c.222] мужчинами, было больше сыновей, чем упомянутые два, тогда как сам Авель едва назван; и слова в оригинале вряд ли могут, при любом правильном толковании, относиться к нему.
4. Слишком большая натяжка - строить доктрину, имеющую столь огромное значение, на таком неопределенном и неясном месте Писания, которое может быть так же - нет, даже лучше - понято в совершенно ином смысле и поэтому может служить лишь плохим доказательством, столь же сомнительным, как и то, что оно должно доказать, особенно когда ни в Писании, ни в разуме нельзя найти больше ничего в пользу или поддержку её.
113. Далее следует (с. 19): "Соответственно, когда Иаков купил у брата его первородство, Исаак благословил его следующим образом: "Будь господином над братьями твоими, и да поклонятся тебе сыны матери твоей""39, - как я понимаю, ещё один пример, привлеченный нашим автором, чтобы показать власть, основанную на первородстве, и к тому же замечательный. Ибо человек, обосновывающий естественную власть монархов и выступающий против любого договора, должен мыслить совершенно необычно, чтобы привести в качестве доказательства пример, где его собственный рассказ об этом основывает все право на договоре и передает империю младшему брату, если только куплю-продажу не считать договором, ведь он говорит нам: "Когда Иаков купил у брата его первородство". Но оставим это, давайте рассмотрим саму историю, как её использует наш автор, и мы обнаружим следующие ошибки, допущенные им:
1. Наш автор рассказывает её таким образом, будто Исаак дал свое благословение Иакову сразу же после того, как тот купил первородство, ибо он говорит: "Когда Иаков купил... Исаак благословил его", тогда как в Писании это изложено совсем по-другому. Ибо, оказывается, между двумя событиями прошло какое то время, и, если мы возьмем историю в том порядке, как она происходила, это время было далеко не малое; между ними находится все пребывание Исаака в Гераре и сделки с Авимелехом (Быт. 26), Ревекка тогда была красивой и, следовательно, молодой, Исаак же, когда он благословлял Иакова, был стар и дряхл. И Исав тоже жалуется на Иакова (Быт. 27, 36), что тот "два раза" хитростью занял его место. "Он взял первородство мое, - говорит он, - и вот теперь взял благословение мое"; слова эти, я думаю, относятся и к разному времени, и к разным действиям. [c.223]
2. Другая ошибка нашего автора состоит в том, что, по его предположению, Исаак дал благословение Иакову и поставил его господином над братьями своими, потому что у того было право первородства: ибо наш автор приводит этот пример для доказательства того, что тот, кто обладает правом первородства, тем самым имеет право быть господином над своими братьями. Но из текста также совершенно ясно видно, что Исаак вообще не знал, что Иаков купил право первородства, ибо когда он благословлял его, то считал не Иаковом, а принял его за Исава. И Исав тоже не понимал никакой связи между первородством и благословением, ибо он говорит: "Он запнул меня уже два раза; он взял первородство мое и вот теперь взял благословение мое"40; в то время как, если бы благословение, состоявшее в том, чтобы быть господином над своими братьями, относилось к первородству, Исав не мог бы жаловаться на это как на второй обман, ибо, когда Исав продал Иакову свое первородство, тот получил только то, что Исав ему продал, и ничего больше; следовательно, это понималось таким образом, что власть, если эти слова её обозначают, явно не относилась к первородству.
114. А то, что во времена патриархов правом наследника считалась не власть, а только большая доля имущества, очевидно из Быт. 21, 10, ибо Сара, считая Исаака наследником, говорит: "Выгони эту рабыню и сына её, ибо не наследует сын рабыни сей с сыном моим Исааком", а это могло означать только то, что тот не должен претендовать на равную часть имущества своего отца после его смерти, а должен сразу получить свою долю и уйти. Соответственно мы читаем (Быт. 25, 5, 6): "И отдал Авраам все, что было у него, Исааку (сыну своему), а сынам наложниц, которые были у Авраама, дал Авраам подарки и отослал их от Исаака, сына своего, ещё при жизни своей". То есть Авраам раздал часть имущества всем своим другим сыновьям и отослал их, а то, что он сохранил, большую часть его состояния, Исаак, как наследник, получил после его смерти; но хотя он и был наследником, он не имел права быть господином над своими братьями, ибо, если бы он имел, зачем было Саре желать лишить его одного из его подданных или уменьшить число его рабов, приказав отослать Измаила?
115. Таким образом, по закону привилегия первородства состояла лишь в получении двойной доли наследства, так что мы видим, что до Моисея, во времена патриархов, откуда наш автор якобы берет свой образец, и не знали [c.224] и не думали, что первородство дает кому-либо правление или империю, отцовскую или королевскую власть над братьями. И если это не достаточно ясно из истории Исаака и Измаила, посмотрите в I Пар. 5. 1, 2 - там можно прочесть следующие слова: "Рувим - первенец; но, когда осквернил он постель отца своего, первенство его отдано сыновьям Иосифа, сына Израилева, с тем, однако же, чтобы не писаться им первородными; потому что Иуда был сильнейшим из братьев своих и вождь от него, но первенство перенесено на Иосифа"; а в чем состояло это первенство. нам рассказывает Иаков, благословляя Иосифа (Быт. 48, 22), в следующих словах: "Я даю тебе, преимущественно перед братьями твоими, один участок, который я взял из рук Амореев мечом моим и луком моим". Отсюда не только становится абсолютно ясно, что первенство было не чем иным, как двойной долей наследства, но и сам текст книги Паралиноменон определенно выступает против утверждения нашего автора и показывает, что власть не была частью первородства. Ведь он говорит нам о том, что у Иосифа было первородство, но власть принадлежала Иуде. Можно подумать, что наш автор очень любит само слово первородство, когда он приводит этот пример Иакова и Исава для доказательства того, что власть над братьями принадлежит наследнику.
116. 1. Потому что доказывать, что власть по велению бога принадлежала старшему сыну, на основе того, что в данном случае она принадлежала самому младшему, Иакову, каким бы путем он её ни получил, значит приводить неудачный пример. Ведь если он и доказывает что-то, то лишь только то, что вопреки мнению нашего автора "предназначение власти старшему осуществляется не благодаря божественному установлению", и тогда изменить это положение уже будет нельзя. Ибо, если по закону бога или природы абсолютная власть и империя принадлежат старшему сыну и его наследникам, так что они являются верховными монархами, а все остальные их братья рабами, тогда наш автор дает нам основание сомневаться, имеет ли старший сын полномочия расстаться с чей в ущерб своим потомкам, ибо он говорит нам (3., с. 158), что "в отношении даров и пожалований, источником которых являются бог или природа, никакая низшая власть человека не может ни ограничить их, ни устанавливать какой-либо запретительный закон, направленный против них". [c.225]