– Так мозги же тоже не твои, – напомнил Василий.

Женя на несколько секунд онемела.

– Что же тогда мое?

– Наверное, ничего…Изображение и звук.

– Ну да…Все арендовано…А где же я?

Не выдержав, Василий поднялся, отошел к окну и уже оттуда, жестким голосом произнес фразу, которая прекратила истерику жены и все поставила на свои места.

– Перестань убиваться, я все понимал. Не надо было ничего говорить.

Женя тотчас потеряла нить темы, которую плела и долго, заворожено, смотрела ему в спину.

– Откуда? – наконец удалось ей вспомнить подходящее вопросительное слово.

– Звука не было, но было изображение, - хмыкнул Василий.

– И что, можно ждать результатов? – внезапно пересохшим ртом выдохнула Женя.

– Наверное можно, – сказал он и вышел из дома.

В первые секунды Женя хотела убить потаскушку, но, потом подумала о том, что все, что услышала, это неправда, что Василий (а уж она-то его знает!) просто решил ее проучить. Она выскочила во двор, но мужа там не было. Прислушавшись, она услышала жужжание станка. .Перешагнув порог, она увидела Василия склонившегося с доской в руках над станком, которую он перемещал по вращающимся ножам. Василий стоял к ней боком и не мог не заметить ее появления, но даже не повернул головы. Женя, найдя взглядом выключатель станка, нажала на кнопку. Когда в бане установилась тишина, муж продолжал стоять в той же позе. Евгения подождала с минуту какой-нибудь реакции мужа, не дождалась, вновь включила станок и вышла наружу. Спрашивать было не о чем. И незачем.

Еще совсем недавно она без особого надрыва предполагала, что Василий посещает какой-нибудь бордель. И ничего! Даже, когда он возвращался под утро, она не металась в припадках ревности и засыпала без особых проблем. Ну, гульнул и гульнул! Значит, в предстательной железе давление приведено в норму… На здоровье! Конечно, в тот период, когда она принимала решение подставить вместо себя другую женщину, сама была в депрессии, потеряла интерес к сексу, как бесплодному генератору удовольствий, и мысли о том, что муж «отрывается» с путанами, были, по сути, горьким, но лекарством против угрызений совести … И тогда она решила, что сможет все. Казалось, что она спокойно, со стороны, будет наблюдать за процессом и даже управлять им. Может, при необходимости, подержит свечку, чтобы родимый не промахнулся… И обломилась.

Теперь-то она понимает, что погорячилась. Вместо того чтобы обсудить все с мужем, получить его согласие она придумала дурацкий подготовительный период. Чтобы у него не произошло осечки. Да и Симу нечего было сбивать с толку какой-то таинственностью. Потому она как поняла задачу, так ее и выполнила. Никто из них не стал ждать, когда Женя придет со свечкой и даст отмашку…

И что теперь будет? Вдруг эта сучка некоторое время спустя поманит Василия детской ручонкой? И что тогда взыграет в ее отважном капитане? Может быть, уже сейчас нельзя упускать эту тварь? Вернуть обратно? Оставить с Василием, а самой улететь в Питер. Пусть рожает…Кого? Такое же безжалостное чудовище как она сама? С ее то генами. Мало ли что ее мать из интеллигентов. Разве интеллигентность дает какие-то гарантии. История знает немало примеров, когда зло исходило именно от этой публики. То, что появится, никогда не станет для Жени родным…

А если генетически Василий все-таки ее отец? Значит, она будет воспитывать своего сводного братишку. Да, но еще и сына этой змеи, которая вполне, к ее возвращению, может свить гнездо в их доме. Сима-кукушка… И кукушонок, когда подрастет сможет отвернуть не только болты на колесах, но и головы самим родителям. На генетическом уровне… Женя вдруг вспомнила намеки Валерии на криминальное прошлое Симы. Тогда, в суете эта тема как-то ускользнула из разговора…

Хонда, словно по собственной инициативе, взвизгнув колесами, понесла ее в знакомый квартал. Мобильник Валерии упрямо не отвечал, и надежды на то, что она окажется дома практически не было, потому Женя прямиком отправилась в припортовой кабак, к знакомому сокурснику. Осведомитель оказался при делах, хотя на сбивчивые вопросы Жени долго чесал затылок.

В итоге он предположил, что, вероятнее всего подруга зависла в Лондоне. Женя от такой новости обмякла, но неожиданно выяснилось, что под этим названием подразумевается один из ресторанов, который предпочитали англичане. Везение на этом не кончилось, Адам тут же позвонил своему приятелю из этого ресторана, тоже официанту, который сообщил, что Валерия только что отъехала. Одна. Скорее всего, домой, так как поскандалила со своим клиентом. Состояние ее удовлетворительное, то есть может узнавать своих.

Валерия, в самом деле оказалась дома и не дожидаясь объяснений втащила Женю в квартиру. Уже с порога она заявила, что общаться с ней не будет, пока та не опрокинет стаканчик-другой классного шотландского виски. Если боится садиться за руль, она сама отвезет ее, куда та скажет.

На втором часу застолья Валерия в деталях рассказала гостье, какое чудовищное дело числится за Симой. Сногсшибательный рассказ мгновенно отрезвил Женю, хотя она и сделала поправку. Даже с поправкой на невменяемое состояние Валерии поверить в историю, которую поведала ей сокурсница, можно было только в состоянии алкогольного опьянения. Такие бредни, иногда посещают и ее, но, все же…

Перекрестившись, она села за руль и на предельной скорости унеслась. Машину она бросила не доезжая до своих ворот. Вышла на полутемную улицу и принялась курсировать до конца квартала и обратно. Первое решение удушить мерзавку, стало расплываться в осознание той опасности, которую создала сама же. Самобичевание закончилось тем, что волна истерики спала до полного штиля и Женя просто почувствовала чудовищную усталость.

Часом позже она вернулась в дом. Обернулась на шум на лестнице, ведущей на второй этаж. Вниз спускалась горничная, со своей желтой дорожной сумкой. Женя, отложив справочник, который зачем-то схватила со стола, молча ждала ее приближения. Сима с каждым шагом сбавляла скорость и остановилась, когда до хозяйки осталось рукой подать. Она даже предпочла немного отступить из опасения, что рукой могут подать и в самом деле.

– Я, как понимаю, могу отваливать? – спросила Симона, в то же время опасливо поглядывая на Женю.

Та пожала плечами.

– Мне на истеричек везет. Подсовывают кобелей, чтобы я поиграла с ними, а те, чуть оклемаются, не больно-то спрашивают, на каких условиях тут играют. А эти старухи, нет, чтобы возместить ущерб за насилие, меня же выбрасывают на улицу…

– Я тебе все возмещу, – устало пробормотала Женя и кивнула на кресло, никак не отреагировав на намек на незаслуженную возрастную категорию.

– Сядь.

Горничная, немного посомневавшись, села.

- Зачем?

– Кое-что надо прояснить. Дело не в тебе… Я решила оставить эту затею. Пока не дошло…

– До чего?

Женя усмехнулась.

– Изначально я хотела чтобы ты родила нам ребенка… И исчезла.

Симона от неожиданности привстала.

– Интересно. Суррогатной матерью? Но я же могла не согласиться.

– Тогда я сдала бы тебя в полицию.

– За что?! – подскочила Симона.

– За убийство новорожденного.

Сима побледнела и сползла обратно в свое кресло.

– Какого? – пролепетала она.

– Своего.

У бывшей горничной затряслись губы.

Евгения протянула Симе фотографию.

– Помнишь эту подружку? Валерией зовут…

Сима, взглянув на снимок, бессильно сжала кулаки.

– Сучка, достала меня…Кровопийца…

– Она-то, почему кровопийца? – устало спросила Женя.

– Все время вымогала с меня деньги, за то, что меня не выдаст…Мы же были почти подруги там, дома. Она постарше, поопытнее. Сама же посоветовала мне не делать аборт, родить… Тогда, в Одессе можно было продать за хорошие деньги… А он…оказался уродом. Наверное, кобель был наркоманом, или еще каким хроником, не родным же папашей…Отчего еще бывают…

Женя побледнела.

– А сама-то, наверное, не просыхала от пьянки?! Или наркоту. принимала. Причем тут отец, или еще кто!

– Нет. Не пила. Дело же задумали… Вынашивала в квартире, которую сняли в городе. Рожала…, думала, сдохну… А уж как увидела… Та, сучка, сразу валенком прикинулась и на меня же поперла, что у меня мозгов нету…Вместе же все придумали. Потом слиняли на пароходе, а здесь стала меня пристраивать и качать проценты…

– Но все же это правда?

– Что, правда?

– Как ты это сделала.

– А…зачем это вам?

Женя пожала плечами и усмехнулась:

– Перенимаю опыт.

Увидев одеревеневшее лицо Симы, добавила первое, что пришло в голову:

– Может, напишу детектив …

– Ну, если со страшилками, то, как раз…, – схватилась за свою сумку Сима.

– Сядь. Я не договорила, – осадила ее Евгения.

Симона, невольно, попятилась.

– Ты не сказала мне самого главного.

– Чего еще?! – вытаращила глаза Симона.

– Вы сейчас предохранялись?

– С кем? – как будто не поняла экс горничная.

– Ну, ты мне дуру из себя не изображай! – зарычала Женя.

– Тут в Испании извращенцев, чтобы нанимать беременных девочек, не много. А мне жить надо, – озадачила ее Симона.

– Ну, ты и стерва! – не выдержала Евгения, оглядывая ее сверху вниз.

– Забыла снять. Примеряла. Ничего мне вашего не надо! – фыркнула она.

Только тогда Женя поняла, что горничная, по-своему поняла взрыв ее эмоций -

на Симе была юбка, которую она собиралась подарить ей. В качестве премии.

Женя отвернулась, хотела было рыкнуть, что никаких тряпок ей не нужно, которые напоминали бы о кошмарных днях, но стук каблучков Симоны уже прозвучал на верхних ступенях лестницы. Евгения невольно поводила взглядом мелькнувшую кромку юбки, Эта картинка вышибла ее из равновесия, которое с трудом удавалось удерживать и хозяйка, не сознавая собственных намерений, кинулась следом. Она чувствовала, что может натворить бед, но уже не владела собой…