Конечно, сеньора могла, после всего случившегося просто потерять смысл в жизни и сама…Любимый сыночек-идиот уехал и больше не вернется, а, поскольку ему очень нужны деньги, она решила сделать ему подарок. Выпитое вино подогрело в ней эту решимость, и она сама приняла дозу…Может быть это и не так, скорее всего она отравилась у нее в гостях, но то, что пришло в голову Жене должно стать официальной версией. Надо надеяться, что никто не видел, что сеньора приходила к ней. Эта дорожка, вдоль их участков видна только издали, из окон домов, до которых больше сотни метров, к тому же кусты, деревья…Оттуда вряд ли можно толком разглядеть прохожего. Вот только та дама, с пуделем…

Хоха, заметив соседку, прервала на секунду отпевание, мельком взглянула в ее сторону, и продолжила заунывную песню, от которой у той по спине пробегали мурашки. С чего Женя вдруг расслабилась? Вряд ли сеньора рассталась с жизнью добровольно. Как можно было не просчитать, логичный и напрашивающийся сам собой поворот, если завещание уже на руках? От такой сучки, как Сима подлянку и следовало ожидать. Ведь эта стерва сама, практически открытым текстом, изложила дальнейшее развитие событий. Надо было тотчас вскочить на рога, предупредить сеньору, а она … И еще намеревалась писать детективы, когда с элементарной логикой проблемы… И надо же ей снова вляпаться в историю, словно до того жилось беззаботно и радостно!

Полицейская машина подкатила к ограде дома сеньоры Лауры в рекордно короткое время, а когда из нее вышли все те же двое полицейских, с которыми она уже имела честь встречаться утром, у Жени все опустилось. Вероятно блюстители, все это время находились где-то рядом и их дома были под наблюдением. Тогда ее уверение, что сеньору Женя так и не видела, только убедит легавых, что это дело ее рук. Докажи потом, что все случилось непреднамеренно…Полицейские (с ними был и еще один незнакомый в гражданской одежде, со смуглым худощавым лицом) однако не бросились к ней с наручниками а лишь вопросительно уставились в ее сторону. Женя кое-как объяснила, что собака просто так не воет, по крайней мере у них, в России, а уж как в Испании, она не знает. Может здесь другие порядки… Можно было подумать, что сеньора просто спит, но по голосу собаки… Короче, там что-то произошло, но что, она, конечно же, не знает. Наверное, дверь придется вскрывать.

Полицейские молча направились в дом. Женя потащилась за ними следом, хотя ее никто и не приглашал. Дверь оказалась незапертой, и вскрывать ничего не пришлось. С порога она увидела сеньору Лауру, полулежащую в кресле, с запрокинутой головой. На коленях ее открытый семейный альбом...

Она забормотала худощавому незнакомцу, стоявшему к ней ближе всех, что самой ей надо бы в больницу, у нее там муж в тяжелом состоянии… Тот мельком взглянул на нее и на плохом русском языке сказал, что ее никто и не держит, только следует подписать бумагу. Евгения нацарапала ручкой, которую ей протянул испанец свою фамилию. Что было написано в бумаге Женя не поняла, вероятно, это был протокол. Она уже добралась до калитки, как все тот же голос окликнул ее:

Женя замерла..

Незнакомец спускался с крыльца, неся в руках Хоху.

Подойдя ближе, он сказал, что он переводчик, но пока переводить нечего, если будет необходимость ее вызовут. Ей пока не следует никуда отлучаться. В заключение он протянул ей собаку и попросил присмотреть за ней. Пока все не прояснится. Женя невольно кивнула и подхватив Хоху подмышку попятилась к воротам.

Уже со своей территории , из-за кустов, она видела, как вынесли тело умершей, как погрузили в машину полиции, опечатали особняк…Не дожидаясь, когда полицейские спохватятся и определят ее саму в КПЗ, она нырнула в дом и заперла дверь на ключ. Жучок, который не догадывался, что за трагедия случилась, встретил давнюю подружку радостным оживлением. Хоха же забралась под кресло и поглядывала оттуда на своего приятеля осуждающе. Нашел время для веселья!

Некоторое время спустя до Жени стала, наконец, доходить, что она под колпаком. То, что с нее не взяли подписку о невыезде ничего не значит. Через часок-другой судебно-медицинская экспертиза обнаружат в крови яд и тогда, уж точно, следователей заинтересует, откуда растут ноги.

Не зря же следователи пригласили переводчика. Правда, она не представляет, какое обвинение смогут предъявить ей, кроме хранения отравы? Что можно ей еще пришить? Разве что убийство с целью завладения Хохой…Неприязненные отношения? Они всегда, ну, почти всегда, ладили и находили общий язык… Надо бы позвонить той сучке и напрямую выложить, что здесь происходит. Пусть знает, что ее голая жопа уже видна издалека… А ведь та наверняка предполагала, что старушонка явится к ней заливать свои горести, Потому она и позванивает, в надежде, что ответить на звонок уже некому, следовательно, цель достигнута. Не учла, что Женя от алкоголя может отказаться. А так заодно избавились бы и от свидетеля. Если бы не прием антибиотиков, лежала бы сейчас рядышком с несчастной теткой в морге… И проблемы бы все решились разом.

Жене вдруг пришло в голову, что помочь провести анализ вина может Азалия. По своим каналам. Женя торопливо набрала номер ее мобильника. Та, услышав, что проблема не со здоровьем, а в другом, о чем можно рассказать только с глазу на глаз, как-то неуверенно назвала свой адрес.

Жучок по полученному распоряжению забирался в конуру с неохотой. Женя пообещала выпустить его, как только вернется, а то, кто знает, как у него тут с Хохой будут развиваться отношения…

По пути к машине Женя подумала, что не помешало бы полистать, на досуге, местный уголовный кодекс. Хотя, нет сомнений, и у них есть статья за хранение ядовитых веществ. По российскому кодексу, это преступление. Наверное, что-то подобное и здесь. Даже если удастся уйти от злодеяния по умыслу, повесить ей сбыт, а то и соучастие – не составит никакого труда. Ведь Сима, если запахнет жареным, переведет все стрелки на нее. Как и обещала. Пойди потом докажи, что не рыжий… Она представления не имеет, какие здесь, в Испании тюрьмы но, надо думать, тоже не курорт. Даже не тюрьмы Женя боится, озноб вызывает другое – дикий поворот в судьбе. Слишком крутоват. Одно дело если ты по своей инициативе поворачиваешь руль к пропасти, но совсем другое, когда тебя туда толкают. Еще и незаслуженно. Материальная обеспеченность никак не защищает ни от несчастий, ни от одиночества, которое ощущается все острее, и от которого становится совсем жутко. Страх перед одиночеством еще один рычаг, которым пользуется природа, чтобы принудить живое существо к жизни, то есть к безоговорочному исполнению встроенной программы. Женя даже приостановилась. Можем ли мы в этой жизни сделать хоть что-то по своей воле?! Или это рабство не имеет границ и заканчивается только на столе патологоанатома… По доброй воле можно только одно – крутануть руль к обрыву и то, для этого надо созреть…Женя в изнеможении опустилась на порог машины. Наверное, следует все-таки обратиться к Стасову, пусть вскроет ей черепную коробку и проверит схему. Не иначе там заворот извилин, или еще что-то нарушилось от перегрузок - не может живое существо в здравом уме так истязать себя …

Азалия встретила Женю в домашнем, простеньком халате и показалась Евгении, как будто, усталой. Молодая, вроде бы…Да и понятно, Иван жеребец еще тот! Азалия, конечно, сослалась на перепад кровяного давления.. Хотя, что здесь странного – у самой совсем недавно были какие-то сбои с сердцем. Аритмия, как прочла она в энциклопедии. Бесстрастный справочник поведал ей, что с такими фокусами недалеко и до летального исхода. Лучшее средство размеренная налаженная жизнь, да разве это реально? Вот сейчас опять вляпалась в очередную историю. Как еще из нее выберется?!

Азалия, по-своему поняла причину прихода гостьи, усадила Женю на диван и принялась рассказывать, что ей еще удалось выяснить по проблеме искусственного оплодотворения,. Оказывается, современная наука способна даже выбрать пол будущего ребенка. Правда, это еще на стадии изучения и полной гарантии никто дать не может, но, все-таки…

Женя едва поняла, о чем идет речь и пробормотала что, в принципе, ей все равно. Хотя при таком возрастном раскладе чаще рождаются мальчики. По статистике. Азалия неохотно кивнула. Рулить в этом вопросе ей представлялось более заманчиво. Вообще-то, добавила Женя, ее больше беспокоит молчание Стасова, который обещал сообщать ей о состоянии мужа. И, никаких звонков…Василию не разрешают пользоваться мобильником, от дежурных медиков толку не добьешься.

Азалия сказала, что Стасов, в любом случае, при ухудшении сообщил бы. Он человек обязательный. А если не звонит, значит, беспокоиться не о чем.

Наконец испанка выговорилась на заданную тему и неожиданно предложила Евгении чего-нибудь выпить. У нее есть прекрасное купажированое вино. Сама она воздержится, а вот Евгении, пожалуй, на пользу. Меньше всяких глупостей приходит в голову.

Пока Азалия суетилась, Женя еще раз взвесила свои намерения. Она понимала, что ей придется – рассказать Азалии если не всю правду, то, хотя бы либретто.

Когда хозяйка прикатила сервировочный столик и налила вино, Женя почувствовала, что не сможет взять фужер в руки. Она виновато посмотрела на Азалию и объяснила, что она принимает антибиотики, а со вчерашнего дня вообще не может ничего пить. Вчера отравилась вином ее соседка и Женя опасается, что это случилось в ее доме. Пока она лежала в больнице это был проходной двор,. Ключ оставался у ее горничной, которая недавно уехала за границу, куда конкретно, она не знает. Старушка зашла то всего на часок, выпила у нее. Сама Женя не пила. Вино, раньше было хорошее, коллекционное. Теперь она боится, что его кто-то отравил. Шастали-то все кому не лень. Пока Женя, запинаясь, проводила свою тему по фарватеру, Азалия пристально смотрела ей в глаза. Натуральный следователь. Даже вспотев от напряжения Евгения, наконец, изложила суть своей просьбы. Поскольку вино ее любимое и его еще много, не выливать же все на помойку… А где это проверить, она не знает…