- Засунь себе в задницу свои компромиссы! -прорычал Толян.- Давай, мочи ее и выходи!

- А у самих что, рука не поднимается? - усмехнулась я.

Они вдруг слегка стушевались, отвели глаза, и Гоша прорычал:

- Неохота свои пули тратить. Не тяни, у нас времени нет...

- Ишь какой шустрый! Я же не самоубийца. Сами делайте первый ход, а я посмотрю. Предупреждаю: стреляю я метко.

Они переглянулись и о чем-то пошептались. Толян проревел:

- Не вздумай по стеклам палить, дура! Тачка нам еще пригодится.

- А, так вам машина нужна! - злорадно прокричала я. - Ну и крохоборы! Что, боитесь, что с разбитым стеклом менты остановят? Правильно боитесь! Я сейчас вот еще по передней панели пальну, так вообще никуда на ней не уедете! и направила ружье на приборный щиток. - Так что лучше послушайте, что я предлагаю.

Толян явно занервничал. Конечно, вдевятером на двух машинах разъезжать не Бог весть какое удовольствие, а тут целый "Мерседес" пропадает. Было над чем призадуматься.

- Ладно, говори, - промычал он.

- Толик, милый, - плаксиво заверещала вдруг Зойка, - отпустите нас! Я еще у Сашка бабок возьму и вам отдам. Все отдам, и землю в придачу, только не убивайте! Пошевели мозгами, Толик, умоляю тебя! Ну куда вы поедете? По свету опять мотаться? Вас же заметут через два дня и на зону отправят! Вы же тупые все! Миленький, хороший, любимый, прошу тебя, отпусти, ты видишь, я плачу даже... - и Зойка на самом деле расплакалась.

- Пошла ты, - пробормотал Толян и повернулся к своим. - Ладно, братва, кончать нужно этот базар. Тащите канистру с бензином.

- Ты что задумал? - удивился Гоша.

- Обольем машину на хрен и подожжем! - зло проговорил тот. - Не захотят гореть - вылезут, как миленькие. А тачку потом вымоем. Только не стреляйте, когда выпрыгивать начнут - трасса близко. Ножами лучше...

- А если не вылезут?

- Что она, дура? - Он нагло посмотрел на меня. - Все слышала? Мне тачку не жалко. Не выйдешь - сгоришь. А мы и двумя машинами обойдемся. Все, братва, вперед!

- Не-ет!!! - нечеловеческим голосом закричала Зойка, вырываясь от меня, но я крепко держала ее волосы на вытянутой руке. - Сволочи, бляди, уроды...

Из багажника "девятки" вытащили зеленую канистру и поднесли к нашей машине. Затем отогнали свои тачки подальше, чтобы огонь не переметнулся на них, и начали поливать "Мерседес" бензином. Все это время Толян стоял у капота и смотрел прямо мне в глаза, надеясь, видимо, что я сдамся и он получит автомобиль. Хрен вам с маслом... Мной вдруг овладело безразличие ко всему, и я воспринимала все происходящее как во сне, словно со стороны смотрела на готовящееся собственное аутодафе и не испытывала никакого желания что-то делать и даже кричать от ужаса. Единственное, что я в тот момент понимала, что скоро умру и встречусь с отцом и братьями. Жаль вот только, что Родиона с Валентиной больше никогда не увижу...

Внутри противно запахло бензином, он просачивался в салон сквозь щели в дверях, и, стоило только поднести спичку, вся машина мгновенно вспыхнет факелом и никто не успеет выскочить, даже если захочет. Отбросив канистру в кювет, бандиты отошли на безопасное расстояние. Остался один Толян. Он стоял все там же, у капота, держа в руке незажженную зипповскую зажигалку, и, не отрываясь, с мерзкой ухмылкой пялился на меня.

- Ну, ты еще можешь спастись! - крикнул он. - Последний раз говорю: выходи.

- Толик, она сумасшедшая!!! - опять дико закричала Зойка, забившись в судорогах, и мне пришлось обхватить ее двумя руками, чтобы не вырвалась, и заткнуть ей рот.

Я решила утащить ее с собой в могилу. И на том свете объяснить ей, что она неправильно жила, - здесь на это времени уже не было. Валерик снова затих, и я понятия не имела, пришел он в сознание или нет, а может, уже и умер, счастливчик, очнувшись и увидев, что происходит вокруг, Честно говоря, до него в тот момент мне не было абсолютно никакого дела. Я готовилась к переходу в иной, более справедливый и разумный мир и мысленно уже настраивала себя на новые ощущения, о которых так много нам рассказывал Акира.

- Ну, не хочешь - твое дело, - пожал плечами Толик и щелкнул зажигалкой, с жалостью посмотрев на "Мерседес". Похоже, он уже устал блефовать и понял, что придется сжечь машину.

Я закрыла глаза. Зойка в последний раз дернулась и притихла. Все, слава Богу, весь этот кошмар сейчас закончится...

И тут со стороны трассы, куда был направлен капот нашей машины, послышался вой милицейских сирен. Открыв глаза, я увидела, как рука Толика вместе с зажигалкой взорвалась и разлетелась кровью на мелкие куски. Еще через секунду то же самое произошло с его головой. За его спиной мерцали огни мигалок на приближающихся милицейских машинах, а бандиты, попрыгав в свои тачки, уже разворачивались и газовали в сторону деревни. Повернув голову, сквозь падающую на глаза пелену я увидела Родиона, выбегающего из ближнего леса со снайперской винтовкой в руках. А может, мне это уже снилось, потому что в следующее мгновение сознание мое помутилось и я провалилась в темную яму...

6

Виктория Романовна в помпезной траурной шляпке с черной вуалью и таком же черном платье с огромным декольте спереди и сзади положила перед боссом конверт с остальной частью гонорара и скромно уселась в кресло. Вся ее спесь куда-то подевалась, она была тиха, как монашка, и уже не бросала на нас высокомерных взглядов. Валерик лежал в самой дорогой московской клинике и лечился от последствий "братской" любви.

Оказывается, босс, побывав в "Горбушке" и поговорив с шефом Валерика, сразу смекнул, что эпистолярные угрозы служили лишь для отвода глаз. Он вернулся в офис, а там уже сидела перепуганная Виктория Романовна. Она сказала ему, что соседи видели из окон, как какие-то вооруженные люди, устроив пальбу в подъезде, увезли потом на машине ее сына и молодую девушку. Ему не составило труда догадаться, что это была за девушка и что с ней могут сделать бандиты. Проклиная себя за то, что послал меня туда, он насел на мамашу и вытянул из нее все. И про покойного мужа, и про деньги, и про завещание, и даже про незаконнорожденную дочь в провинциальном волжском городке недалеко от Саратова. В его гениальной голове тут же сложилась правильная картина всего происходящего. Оставалась мелочь - найти меня. Подняв на ноги всех своих однокурсников, он вычислил адрес Зойкиной матери, позвонил ей и сообщил, что ее дочь замешана в покушении на жизнь сводного брата. Мать, которая никогда не ждала от дочери ничего, кроме несчастий, тут же выложила Родиону адрес подмосковной деревни Рябуховки, сказав, что Зойка-стерва проживает там с бандой уголовников и занимается бизнесом. Друзья в милиции ему сообщили, что все эти уголовники находятся во всесоюзном розыске за многочисленные убийства и разбойные нападения. Уже к вечеру, собрав все сведения, он вместе с собровцами помчался в деревню, почти не рассчитывая застать меня в живых. Он вместе с командиром отряда ехал впереди на "СААБе" и, увидев, что творится на грейдере, взял снайперскую винтовку с оптическим прицелом, попросил остальных немного подождать, чтобы не вспугнуть матерых убийц, и побежал в лес. Он видел в прицел, как обливали бензином "Мерседес", как я сидела внутри, держа вырывающуюся голую Зойку, а потом, отдав команду включить сирены, двумя разрывными пулями снес Толяну руку и голову, чтобы другим неповадно было сжигать его секретарш. Мой босс, как выяснилось, был еще и мастером спорта по стрельбе. Остальных бандитов взяли через полчаса. Валерика увезли в больницу, а я, придя в себя на краткое мгновение, попросила вернуть деду Митрофану его двустволку и оклемалась потом уже только дома, рядом с Валентиной. Голую королеву бандитов, завернув в плащ-палатку, отвезли прямиком в сумасшедший дом - она проявляла все признаки помешательства.