— Нам сами боги вас послали, — бормотал он, проверяя, везде ли укрыт принц? Не будет ли ему дуть от входа? А из пещеры? Достаточно ли близко к костру или, может, ещё немного надо пододвинуть?

— Это точно, — садясь обратно на чурбачок, потёрла руки друг об дружку и протянула раскрытые ладони к костру. Из-за потраченной энергии я немного замёрзла.

Олан как сидел молча, так и сидел, лишь время от времени мешал кашу и посматривал на меня.

— Это, — пожала плечами, — мои старые знакомые. Тот, кто спит — Ренольд Риваль, вместе с ним капитан Элбан и советник Патриций. Не так давно мы часто виделись.

Зачем я ему всё это говорю? Но Олан будто бы этого и ждал, потому что кивнул, наконец, переставая вести себя странно.

— Ах да, это Олан, он, — запнулась, не зная, как представить своего неожиданного сопутешественника, — мой попутчик.

Элбан просто кивнул, а вот Патриций, наконец, убедившись, что Ренольду никакой смертельной опасности больше не угрожает, с интересом посмотрел на Олана и присел рядом, начиная выспрашивать о разных мелочах вроде, что мы тут делаем и как сюда попали, где были и куда ходили.

Я не слушала их разговор, заметив лишь, что обычно молчаливый Олан, вполне себе нормально разговаривает с советником. Встав, пошла на выход, но покидать пещеру не стала. Ещё бы, там же дождь. Просто остановилась у самого входа, обхватила себя руками и стала наблюдать за дождём. Странно, почему-то это встреча перевернула у меня что-то внутри. Мне отчего-то стало грустно и немного одиноко. Меланхоличное настроение накатило, будто только его и ждали. Хотя я и была зла на Ренольда, но, честно говоря, была рада его увидеть. Такое чувство, будто встретила старого друга. Внутри всё вздрогнуло. Непонятно, конечно, что он делает тут, в таком отдалении от столицы, да ещё и ранен был совсем недавно. Хотелось бы узнать, потому что раненные принцы обычно имеют свойство тащить у себя на хвосте неприятности.

— Не ожидал встретить вас тут, но советник прав, боги явно на стороне принца.

Подошедший Элбан встал рядом, тоже всматриваясь в водную завесу. Дождь разошёлся не на шутку. Вокруг пахло сырой землей и дождём, который был довольно холодным.

— Вполне возможно, — ответила я, кутаясь сильнее в свой тулуп, который не стала снимать, спустившись с гор. Тащить его в руках было не очень удобно, учитывая, что у меня была ещё и сумка, а в нём не так уж и жарко, чтобы не стерпеть. — Правда, мне было бы лучше, если боги сказали, чего хотят прямым текстом.

— Это невозможно. Вы замёрзли? — Элбан внимательно посмотрел на меня снизу вверх, будто просвечивая сканером.

— О нет, — я рассмеялась, тихо так, чтобы не разбудить Ренольда. Пусть спит, он и так очень устал. — Капитан, это привилегия Эйнара, вот так у меня спрашивать. Простите, но вы очень напомнили его. Он всегда волновался.

Я замолчала, переставая смеяться, только нахмурилась, припомнив нашу с Асвальдом последнюю встречу. По какой-то причине, я старалась не вспоминать о поцелуе, считая, что мы всё равно никогда не встретимся больше, а, значит, не стоит даже думать об этом.

— Не расскажете мне, что случилось? Почему Ренольд тут, почему был ранен, и что стало с договором между империей и эльфами?

— Я думаю, он расскажет вам сам.

Элбан развернулся и ушёл обратно в пещеру, но через несколько минут вернулся и накинул мне на плечи небольшое одеяло, прямо поверх тулупа.

— Спасибо, — рассеянно улыбнулась, рефлекторно удерживая одеяло на плечах. Буквально через несколько минут мне уже стало жарко — ещё бы! Тулуп, одеяло — поэтому я сбросила его и вернулась к костру. Раз я согрелась, то пора бы и поесть.

Олан по-прежнему болтал с Патрицием, который отчего-то не обращал на меня никакого внимания, а Элбан сел недалеко от входа, принимаясь смазывать и начищать свой меч. Олан, увлечённый разговором о каком-то супер крутом способе посева зерновых культур, не глядя, сунул мне тарелку с кашей, продолжая доказывать советнику свою точку зрения.

Я отсела от них подальше, пододвинувшись ближе к Ренольду, чтобы ещё понаблюдать за ним, пока спит — мало ли, не до конца всё убрала. Пока ела, рассматривала его и глазами и внутренним зрением. Даже несмотря на свой болезненный вид, он по-прежнему оставался тем же Ренольдом. Удивительно, но на него стоит один раз взглянуть и сразу становится понятно — аристократ. Что-то среди босяков я таких лиц не замечала. Всё намного грубее, черты лица более смазанные, похожи друг на друга и в то же время разные. Наверное, аристократы какой-то другой вид людей. Ну, знаете, как жители Африки и, например, китайцы. Отличаются ведь? Вот и тут, Ренольд будто был другой расы. Вроде те же глаза, нос, губы, волосы, но его нельзя было спутать с босяком ни при каких обстоятельствах. А меня? Интересно, как я выгляжу со стороны других людей? Обычной босячкой? Ну не аристократкой это точно. Хотя помнится повар во дворце думал, что я из благородных. Я даже улыбнулась своим мыслям. С каких пор меня стало волновать подобное? От таких мыслей даже веселее стало. Глупости какие.

Шум дождя снаружи и треск поленьев в костре были такими умиротворяющими. Мне не мешали даже не перестающие бухтеть Олан с Патрицием. Закрыв глаза, глубоко вздохнула, впитывая в себя запах земли. Прислушавшись, разобрала чётко слышимое мерное дыхание Ренольда.

— Лер.

Я открыла глаза, чуть ли не подскакивая на месте.

— Что? — потирая глаза, покосилась на упавшее с меня одеяло. Когда это я успела укрыться?

— Уже утро, скоро выходим. Как там Его Высочество?

— А? Утро? — смахнула ладонью сонливость с лица, продолжая хлопать глазами, чтобы прогнать последние крохи сна. Его Высочество? О ком? И кто это? О, блин, точно, вчера же мы встретились. — Да, сейчас гляну.

Встала и подошла к Ренольду, который сидел и наворачивал кашу.

— Судя по аппетиту, с Его Высочеством всё в полном порядке, — усмехнулась, потягиваясь. Да тут даже смотреть не на что было, видно же, что всё нормально с ним.

— Видишь, я ведь говорил, — буркнул Ренольд, сверкнув раздражённым взглядом в сторону Элбана. — А ваш язык, я смотрю, не утратил своей остроты.

— Что вы, Ваше Высочество, я всего лишь говорю о том, что вижу.

Ренольд криво усмехнулся, но в его взгляде я увидела нечто такое, отчего хотелось поскорее скрыться отсюда. Сразу становилось понятно — не забыл. Оскорбился и хорошо запомнил.

— Не забывайте, я вам жизнь спасла, — на всякий случай напомнила, чувствуя, как ощущение надвигающихся неприятностей холодит тело.

— Я помню, — Ренольд встал. — У меня хорошая память.

— Но ведь формально, я просто сказала вам нет, — сразу же перешла в наступление. А чего ждать? Чем больше ждёшь, тем больше будет потрачено нервных клеток. — Да и непристойное предложение ваше меня не устраивало.

— А просто сказать было нельзя? — тут же набычился принц, высокомерно вскидывая подбородок и складывая руки на груди. — Вы сбежали, как какая-то воровка, под покровом ночи. Не сказав мне ни слова, просто улизнули, выставив меня дураком.

— Просто? — хмыкнула. — Нельзя. Я больше чем уверена, что такой эгоистичный человек, как вы не стал бы даже слушать меня, а сделал всё по-своему!

— Конечно, — Ренольд кивнул, подтверждая сказанное мной. — Потому что я знаю, как будет лучше.

— Лучше? Для кого? Для вас! — припечатала, насупливаясь и упрямо поджимая губы. — Но моя жизнь вам не принадлежит, поэтому я могу сама ей распоряжаться.

— Но вы подданная империи!

— А вы не её принц!

Ренольд поджал губы и хмыкнул, теряя к разговору всякий интерес. Я же раздражённо скрутила чьё-то одеяло в рулон, закинула его себе на плечи, вместе с сумкой и потопала на выход, не обращая внимания на всех остальных.

Но почти выходя из нашего ночного укрытия, неожиданно улыбнулась. Мне не хватало этого, оказывается.

Из-за прошедшего дождя на улице была грязища, которая, впрочем, ближе к полудню практически вся впиталась в землю. Что, собственно, было странно, ведь особого солнца и жары не было. Хотя, приглядевшись, я поняла, что это не грязь пропала, просто мы снова топали по более скалистой местности.