— А почему позволили застать себя врасплох? — спросил президент. — Кто–то меня убеждал, что на охрану девушки выделены лучшие люди.

— Стечение обстоятельств, — ответил Сергеев. — Кроме того, там было сложно работать. Двор большой, в него имеется несколько въездов, а на внутренней дороге, особенно у подъездов, несмотря на рабочий день, стояло много автотранспорта. Двое уцелевших бандитов находятся в тяжелом состоянии, так что их допросим позже. Я думаю, что кто–то из этой группировки следил за домом Ольги и заметил наши машины. Во время последней поездки нас, очевидно, «вели», используя одну или две машины. В Москве с ее движением это несложно. Ольга с мужем была в гостях около часа, а за это время легко было подогнать две машины с боевиками. Защитить клиентов лучше в рамках выделенных полномочий было трудно. Ошибкой было то, что пошли навстречу с этими поездками, но Ольга уперлась, а я не решился на нее сильно давить.

— Ладно, эти вопросы вы потом рассмотрите сами, — сказал президент. — Расскажите лучше о действиях самой Ольги.

— Как нам известно, она сама великолепный боец с запредельной скоростью реакции, но почему–то до ранения мужа находилась на одном месте, не сделав даже попытки воспользоваться оружием убитого бойца.

— Растерялась? — спросил президент.

— Очень может быть. Одно дело демонстрировать что–то в спокойной обстановке и совсем другое — попасть под огонь. Хотя при уничтожении криминальных авторитетов она проявила редкое хладнокровие. Мы считаем, что уничтожение молодежной бандитской группировки по прежнему месту жительства Славиных незадолго до их отъезда — это дело ее рук. Просто она не сочла нужным поставить нас в известность о такой «мелочи». Что случилось точно, нам пока неясно, а с самой Ольгой на эту тему еще не беседовали. Немногочисленные жильцы, которые в это время были во дворе и не успели при звуках стрельбы укрыться в подъездах, говорят, что на несколько секунд небо приобрело ярко–зеленую окраску. Большинство тех, кто был в это время в квартире и прилип к окнам, ничего такого не видело. Только там, где были приоткрытые окна, через проемы полыхнуло зеленым светом. Похоже, что Ольга права и стекло полностью задерживает этот вид излучения. Дальше события развивались примерно так. Ольга…

— Бросилась к мужу! — кивнул президент.

— Нет, она бросилась на детскую площадку к машинам. Причем бросилась как–то странно. Немногочисленные свидетели ее там не видели, хотя от подъезда к машинам идут ее следы. В асфальте имеются отпечатки ее сапог глубиной сантиметров пять, на песке детской площадки они в два раза глубже. Возле каждого такого отпечатка полностью растаяли остатки снега. Даже не так, примерно на двадцать сантиметров во все стороны снег просто испарился. Такие же следы есть и вокруг машин. Она обошла машины и убила тех четверых, которые еще вели огонь. В живых оставила лишь раненых, которые были в бессознательном состоянии и теперь находятся у нас. Убивала не магией, а просто сшибая им головы.

— Не понял? — поднял брови президент. — Как такое возможно? У нее был клинок?

— Мы тоже этого до сих пор не можем понять. Головы не отрублены, а именно сбиты чудовищными по силе ударами. У убитых не просто перебит позвоночник, чем–то механически разрушили и мышечный каркас шеи. Скорее всего, орудием убийства были руки Ольги, так как в месте разрыва обнаружен ворс с ее пальто. Специалисты считают, что рука даже тренированного мужчины не нанесет подобного удара, она его даже не выдержит — сломаются кости. Мотивы применения столь экзотичного и наверняка затратного в плане сил способа убийства тоже совершенно не ясны. Такой мастер боя, как Ольга, могла легко перебить бандитов, даже учитывая наличие на них зимней одежды.

— И что было дальше?

— А вот дальше она пошла к мужу. От машин к подъезду тянется вторая цепочка следов. Но глубина отпечатков в грунте уже в два раза меньше, а на асфальте видны только отпечатки каблуков. И снег там уже не испарился, а только подтаял. Здесь ее уже видели жильцы дома напротив. По их словам, женщина присела перед лежавшим мужчиной, посидела так с минуту и быстро пошла к разбитому «джипу». За эту минуту она полностью зарастила мужу рану на голове. Выросли даже волосы, хотя на тот момент, когда мы осматривали Игоря, они были еще короче остальных и немного отличались по пигментации. Немного позже уже не удалось обнаружить никаких отличий. Шрам тоже исчез.

— И что говорят медики?

— Цензурно — ничего. Для такой скорости регенерации необходимы температуры, запредельные для органических тканей. Кто–то даже заикнулся о манипуляциях со временем. Для них это более допустимое предположение.

— Надо полагать, она занялась оказанием помощи вашим бойцам?

— Занялась. Каким–то непонятным способом извлекла все пули, после чего зарастила раны и свалилась без сознания. Кое–кто считает, что мышечная ткань сама вытолкнула пули. Правда, никто из умников не может объяснить, как вылезла пуля из головы. Когда парней осмотрели, а это было примерно через час, шрамам от ран и следам от пуль можно было дать месяц, к вечеру никаких следов не было вообще.

— И кто из них первым очнулся?

— Ее муж. Первым делом он бросился к Ольге и попытался привести ее в чувство. Когда это не удалось, он позвонил майору.

— Он мне коротко обрисовал картину и попросил срочно прислать глюкозу для инъекций. При магическом истощении эта мера в сочетании с кислородом неплохо помогает, проверено на практике.

— И как, помогло?

— Помогло, но не слишком. В сознание она так и не пришла, но муж все–таки настоял отвезти ее домой.

— Разумно ли было идти ему навстречу? У вас в госпитале ее быстрее поднимут на ноги.

— Мы так и хотели сделать, пока он не раскололся. Оказывается, при сексуальном контакте жена каким–то образом напитывает его силой, при этом не только не тратя свою собственную, а, наоборот, получает ее столько, что восстанавливается практически сразу. С этим связано и то, что он помолодел самое меньшее на десять лет. Его жену создавали ему в подарок как универсала. Телохранитель и целитель — это только наиболее яркие грани ее таланта. Причем все затачивалось под него. Ольга называет это инстинктивной магией. Ей было достаточно просто находиться рядом с человеком, к которому она испытывает симпатию, чтобы у того прошли самые тяжелые недуги. И чем сильнее симпатия, тем быстрее идет исцеление. Когда больные были ей чем–то неприятны, она просто старалась думать о чем–то хорошем, в основном о муже. А любовь к нему дала ей возможность омолодить его тело. Но, как она говорит, это путь только для одного человека.

— Поухаживать за ней, что ли? — пошутил президент.

— Ничего не получится, — не принял шутки Рощин. — Это тот редкий в наше время случай, когда для женщины в любимом человеке заключена цель ее жизни. Потеряв Игоря, мы потеряем и Ольгу. Она просто перестанет жить.

— Все так серьезно? И какие меры приняты?

— Для увеличения живучести Игоря Славина мы направляем его в наш закрытый центр интенсивной подготовки. У него прекрасная исходная база, и я надеюсь, что за два месяца его доведут до кондиций офицера нашего управления. Или почти доведут, а потом мы его еще несколько раз пошлем на краткосрочные курсы. Дадим погоны, возьмем в штат, вооружим и приставим к жене. Пусть охраняет свою любовь.

— Если они согласны, это действительно оптимальный вариант. Ольга не отказалась от идеи коммерческого лечения?

— Ей очень не хочется полностью терять независимость. Но я не вижу в этом ничего страшного. Клиника будет еще не скоро, и процедуру приема можно организовать так, чтобы исключить для нее всякую опасность. Клиникой собирается заняться Рогожин, а безопасность мы возьмем на себя. Там будет даже удобней принимать кое–кого из запланированных зарубежных клиентов, да и нашим толстосумам будет где лечиться и облегчать кошельки.

— А не попробует кто–нибудь из них на нее наехать с целью подгрести под себя?