— Как планировала, так все и сделала, — сказала она Олегу. — Надо тебя тоже подключить к устройству связи маяков, тогда можно будет мысленно переговариваться даже из Америки.

— Можно подробнее? — обняв жену, попросил он. — Ты о своих планах не распространялась.

— Разведчик подбит и малым ходом летит на Марс, — объяснила Вера. — Там капитан сдаст свой корабль с грузом золота и вместе с дублером отправится под арест. Дублера отправим на седьмую базу командующему, капитана выдадим американцам, а разведчик со временем отремонтируем.

— Выгодная получилась операция, — сказал Олег. — Жаль только пятьдесят тысяч погибших американцев.

— Лех, конечно, сволочь, но он никогда на пустил бы в ход оружия, если бы американцы не решили их надуть, — отозвалась она, — так что жизни погибших американцев на совести их президента. Мне их тоже жаль, но американцам не помешает иметь собственную Хиросиму. Справедливей было бы, если бы удар нанесли на двести километров южнее по Вашингтону, но тогда точно решили бы, что это наша работа. Ладно, расскажи, чем закончился ваш разговор.

— А мы почти не разговаривали, — сказал муж. — Я в нескольких словах объяснил, кто уничтожил Гаррисберг и почему. Не мог я говорить подробно, не раскрывая все карты. Рогожин понял, что я темню и предложил встретиться и, как он сказал, поговорить начистоту. Я думаю, что придется рассказать о себе раньше, чем мы планировали. Все равно наша версия трещит по швам, а из‑за конфликта в США и твоих работ на Марсе скоро такое начнется! Собственно, уже началось. Американские марсоходы зарегистрировали резкое увеличение атмосферной влаги, а пятно пара видно в любой телескоп. Нетрудно догадаться, что кто‑то насыщает Марс водой. Мы вот–вот начнем выпускать накопители, а в десятках КБ под них уже много чего разрабатывают. Возможности этой продукции очень сильно превосходят все, что может дать земная наука, а я еще поделился многими знаниями, нужными для создания станций, и число посвященных в это людей быстро растет. Если бы не выходка отца, можно было бы помолчать с полгода, а сейчас это не получится.

— А что с пленкой?

— Получили опытные образцы и подтвердили заявленные свойства. Все писают кипятком, а Рогожин сказал, что с такой пленкой можно обойтись без электростанций. Строить, конечно, будут, но не в таких количествах. Сейчас занялись оборудованием для производства пленки и начали разрабатывать ту технику, которая нужна для работы с солнечными панелями. Имеющаяся не устраивает сроком службы и ценой, а с учетом тех знаний, которые я дал по электронике, все сделают за несколько месяцев.

— Позвони Рогожину и пригласи его к нам на завтра, — сказала Вера. — Я бы хотела, чтобы о нас не узнали хотя бы два года, но ты прав в том, что это не получится. Своим придется рассказать почти все, а потом подумаем над тем, что можно выложить остальным. Ладно, давай решим, чем займемся сегодня. Ты с Олером говорил? Не передумал он у нас работать?

— Еще не успел, — ответил Олег. — Я только что вернулся и загнал флаер в гараж. Даже если передумал, мы его используем при отборе бойцов этой партии. Отработает проезд на родину. Тогда мне будет нужен только один вербовщик. Твоих марсиан сегодня везти?

— Вези, — решила она. — Сегодня с этим закончу, и не придется завтра дергаться. Я вот что подумала… Если мы пойдем на сближение с руководством России, надо будет переложить на него часть забот по вербовке. Пусть где‑нибудь изолируют тех, кого мы будем отбирать и займутся продовольствием. Навредить нам трудно и не в их интересах. Сэкономим деньги и время. Если дадут крейсер, это не только защита от врагов Родера, это и здесь остудит горячие головы, так что пусть помогают. Пойдем, посмотрим, в каком состоянии Олер. Рана уже должна затянуться, а завтра возьмешь его в работу. Я еще думаю проверить на нем наши фильмы. Может, это только ты у меня такой чувствительный? И надо ознакомиться с тем, что передают из Штатов. Интересно, какой будет официальная версия. Не верю я, что они выложат своему народу и миру всю правду о пришельцах. Сделать так — значит признаться в том, что правительство, пусть косвенно, виновно в уничтожении Гаррисберга.

— Нас обвинить не получится, а объяснять все равно придется, — сказал муж. — Если честно, я им не завидую. Даже характер взрыва только по мощности похож на атомный, для специалистов картина совсем другая. И наверняка в операции с пришельцами оказалось замешано много людей, а после такого облома кто‑нибудь, да проболтается.

У Веры заиграл мелодию телефон. Звонила Анжела.

— Ты куда исчезла? — спросила она. — Тут такое творится! Хотела поболтать и не с кем! Представляешь, на Землю прилетел корабль пришельцев и упал на американский город! И пришельцам не повезло, и жителям Гаррисберга, и всем нам! Когда еще прилетят вторично!

— Нормальное объяснение, — сказал слышавший ее Олег. — И даже не очень сильно соврали. А вот нам теперь нужно сто раз подумать о том, что говорить о пришельцах, из‑за которых погибло столько американцев. Я думаю, что Америка нам совсем не обрадуется. И сильно врать нельзя, и правда никому не понравится. Вот удружил отец!

— Познакомьтесь, Дмитрий Олегович, — сказал Олег, входя вместе с Рогожиным в гостиную. — Это моя жена Вера. Вы отказались обедать, поэтому давайте займемся тем, ради чего приехали.

— Очень приятно, — поклонился гость. — Я могу сесть рядом с вами?

— Садитесь, — пригласила Вера. — Вы часто общаетесь с моим мужем, а сегодня разговор будет больше со мной, чем с ним. Он для вас пришелец, а я соотечественница. Нам с вами будет легче найти общий язык.

— Вы не будете возражать, если я включу запись? — спросил Рогожин.

— Можете писать, — разрешил Олег. — Нам безразлично, перескажете вы разговор или отдадите запись. С чего начнем?

— С начала, — улыбнувшись, сказал гость. — Кто вы, какие цели преследуете и все по американским событиям и Марсу.

— Давайте я немного расскажу о ваших соседях, — предложил Олег. — В нескольких десятках световых лет от вашей звездной системы живут самые разные разумные существа, намного обогнавшие вас в развитии. Большинство цивилизаций создано людьми. Одна из них недавно на вас натолкнулась. Как правило, сведения о мирах с разумными обитателями никто не скрывает. Миров с дикарями много, и они никому не нужны. Этот мир интересен тем, что вы уже достигли этапа планетарных войн. Через него проходят все миры с людьми, не все его переживают. Ваш мир заинтересовал цивилизацию Мирта, на котором верховодят женщины. Я был в их мире и нарушил кое–какие законы. В наказание меня сослали к вам. Здесь я встретил и полюбил Веру. Когда удалось улететь в родной мир, я сделал все, чтобы к ней вернуться.

— А почему не забрали ее с собой? — спросил Рогожин. — Если у нас дикость…

— Мне дома скучно, — с улыбкой ответил Олег. — К тому же здесь больше возможностей. Знаете пословицу о первом парне на деревне?

— Да, вы неплохо устроились, — согласился гость.

— Я устроился лучше, чем вы думаете, — сказал Олег. — Я многое взял из родного мира, но было желание не только устроить себе сытую жизнь и удобное гнездо, но и сберечь Землю. Мы живем очень долго! Это вы не увидите последствий безрассудного развития, а я их могу не пережить. Мои собственные возможности были сильно ограничены, поэтому пришлось привлечь родственников. Им плевать на вас и ваше будущее, поэтому для помощи нужна была выгода. У вас нет для нас ничего ценного, кроме вас самих. Так получилось, что флот цивилизации Родера остался почти без бойцов. Цивилизации потому и не воюют, что у каждой достаточно сил, чтобы отбиться от соседей или уничтожить их миры, но если такая сила исчезнет, возможно всякое. Из диких миров бойцов не берут, но с вами уже можно работать. Моя семья договорилась с командованием флота и занялась у вас вербовкой, а я получил связь с родным миром и дополнительные возможности. Жене не понравилось то, чем мы с вами занимаемся, из‑за возможного конфликта с американцами. Она решила прибрать к рукам Марс и построить на нем закрытые города или, если получится, возродить на нем жизнь.