Томас повернулся в ту же сторону, что и Бронсерн. От чего-то на ум пришло стихотворение Лермонтова.
Странно, ведь Корнев не был мятежным.
— Вы знаете, мне полюбился Маэрс-сити.
— Да, он умеет притягивать… Можете идти, мистер Корнев.
Томас, не мешкая, поднялся и пошел на выход. Он уже открыл дверь, как услышал:
— Если когда-нибудь их встретите. Стражей, я имею ввиду — не доверяйте им.
— Вряд ли им что-нибудь от меня потребуется, — натянуто улыбнулся Томас и вышел в коридор.
Бронсерн остался в кабинете один. Он так же смотрел за окно, а потом наклонился и отдернул ковер с пола. Он снял с шеи медальон-пентаграмму и приложил её к паркету. Вспыхнула серая печать и часть досок исчезли.
В довольно просторной нише, помимо различных папок, коробок и небутафорного сейфа, лежала серебряная маска и черные одеяния с капюшоном.
— Вы готовы? — спросил рыжий.
Он и сам-то выглядел не лучшим образом. Его пятки отбивали непонятный ритм по полу автобуса, в котором они сидели. Мара то и дело поправляла перевязь на поясе. Соя нервно крутила прядь шикарных волос, а Стейн Блад неотрывно смотрел в зеркало.
Все нервничали.
Даже Томас. Но он немного по другим причинам. Глядя в окно, на исполинскую Арену, примерно в пять раз больше, чем Колизей, он думал не совсем о Турнире. Нет, конечно он был рад, что не просто дождался дня начала события, но и смог попасть в одну из команд. Просто он знал о предстоящем им испытании то, о чем не догадывались другие.
Маска и те, кто стоит за ней, именно сегодня завершат свой ритуал.
Так что Корнев продолжал крутить кольцо на пальце.
Водитель, смотря на происходящее в салоне, слегка улыбался. Как, наверное, и еще сотня других водителей, привезших команды на стоянку.
Здесь сегодня собралось целое «стадо» из автобусов. И те все прибывали и прибывали. И это только с южной стороны Арены. Наверняка само здание сейчас, если посмотреть сверху, выглядело как одуванчик.
— Все помнят свои задачи? — не успокаивался Мак’Гвин.
— Мы две недели не выходили с полигона, — прошипела Соя, неудачно дернувшая прядь. — Конечно мы все помним.
— Но…
— Ты можешь немного помолчать? Дай с мыслями собраться.
Рыжий вздохнул, но больше ничего не сказал. Его капитанские лычки обязывали поддерживать командный дух, но умом он понимал — лучше действительно помолчать.
Корнев же продолжал смотреть на исполинское здание Арены. Оттуда уже доносились звуки музыки, крики людей и громогласная речь шоуменов. Томас не был особо доволен тому факту, что половина открытия Турнира пройдет без них. Придется смотреть запись торжества, вместо того чтобы наслаждаться шоу вживую.
Все же — первое такое событие в Новом Мире. Наверняка организаторы заготовили нечто потрясающие.
- «Я что-то чувствую» — прозвучало в голове.
Корнев обернулся, убедился, что на него никто не смотрит и прикрыл рот ладонью:
— Что именно?
Демон ответил не сразу.
- «Не знаю», - произнес он. — «Что-то надвигается».
Томас посмотрел на небо. Штормовой фронт практически добрался до города. На небоскребах уже зажгли сигнальные огни и показались первые судна военных патрулей. Они явно снижали высоту, а вскоре, возможно, вообще вернутся обратно в порты.
— Да, что-то явно приближается…
В дверь постучали и Томас непроизвольно вздрогнул.
Водитель нажал на кнопку, впуская в салон девушку в короткой черной юбке и белой блузке. Выглядела она, как и любой иной работник «на побегушках». Разве что вместо папки и кофе, держала в руках планшет, а под волосами виднелся наушник.
— Команда № 17, вы готовы? — голос у неё был абсолютно механический.
Народ в салоне не сразу сообразил, что обращаются к ним. В итоге первым очнулся рыжий, как, собственно, и полагается капитану.
— Готовы, — он поднялся, машинально поправляя белый пиджак.
Их всех одели в одинаковую форму. Абсолютно непригодную для сражений, пусть и напичканную разной защитной магией. Видимо ООР не собиралось допускать того, чтобы цвет молодого поколения магов резко сократился в поголовье.
— Тогда попрошу за мной, — и она, кивнув водителю, вышла на парковку.
Рыжий оглянулся на команду, улыбнулся и первым покинул автобус. Следом потянулись и остальные. Томас замыкая, шествия, зачем-то протянул ладонь водителю. Тот по ней хлопнул и даже, кажется, пожелал удачи.
Выйдя на свежий воздух, Томас вдохнул полной грудью — это слегка успокоило.
В сторону служебного входа на Арену уже двигались целые реки из людей (и не только) в белых костюмах. Вовсе для маркетинга и рекламы. Удивительно, что на них ярлыки спонсорские не нашили, а то было бы совсем в кайф. Томас то и дело одергивал короткие ему рукава пиджака. Вот какой шанс, что из пятидесяти тысяч подобных изделий, именно ему попадется бракованное.
А еще, что его интересовало — сколько денег чиновники и изготовители попилили на этом заказе. Материалы то были явно не из премиум сегмента. Уж Корнев-то разбирался. В свое время он успел поносить костюмы, стоимостью большей, нежели средний рабочий мог скопить за всю жизнь.
Следом за командой № 17(они себе такое название не выбирали — всех по номеру различали) шел отряд гномов. Они как-то выделялись на общем фоне. И, то и дело, бросали косые взгляды в сторону Мары. Та старалась этого не замечать.
— Пятиминутная готовность, — оповестила провожатая, прижимающая наушник.
Они встали в некоем квадратном коридоре перед. По ту сторону уже звучали глухие приветствия и оповещения. Гремела толпа. Томас себя чувствовал, как тварь из монстропарка, которую выводили на шоу.
— Да улыбнитесь же вы уже наконец, — внезапно процедила девушка. — Ваши кислые мины не сделают нам…
Когда же она наткнулась на добрую сотню недобрых взглядов сильнейших магов поколения, то как-то более скромно закончила:
— рейтингов, — и тут же отвернулась.
Наконец двери открылись, и Корнев сперва зажмурился от яркого света, а когда открыл глаза, то пожалел, что те не умеют фотографировать. Их выводили на беговую трассу, под буре подобный шквал аплодисментов. И, пока аудитория во всю разглядывала магов и их лица, показываемые на огромной плазме, маги и сами оглядывались вокруг. Некоторые даже приветственно размахивали руками. Таких телевизионщики сразу выхватывали из толпы.
Корнев же не мог оторвать взгляда от творящейся на трибунах феерии красок и света. Вокруг летали разноцветные, призрачные фигуры. То и дело взрывались бутоны фейерверков. Светились разноцветными огнями разные сектора.
И даже ложи ВИП гостей — и те утопали в свете и красках.
Такого Томас не видел даже в старых фильмах. Неудивительно, что на мгновение он забыл и о Маске, и о самом турнире. Вспомнил он об этом лишь когда пятьдесят тысяч магов, сгрудившись как шпроты в банке, поднялись на стальную платформу.
Та поднялась в воздух, им под ноги ударили столпы света от прожекторов, а на трибунах стало потише. Все, поднявшись, смотрели на центральную ложу. Туда же был направлен взгляд и Томаса. Он еще никогда не видел в живую Совет ООР.
В ложе с мест поднялись четыре фигуры. Седой мужчина-человек средних лет; леди-фейри неземной красоты и неопределяемого возраста; едва ли не покрытый берестой и мхом, старик-эльф; и хрестоматийный гном с бородой и пузом.
— Мы рады приветствовать вас на первом Турнире Магии, — оповестил человек.
Говорил он тихо, но складывалось впечатление, что слышно его было даже на другом конце планеты.
— Надеемся, что увидим честное и достойное соперничество, — голос у фейри оказался сладким и текучим, как медовая река.
Её мужская аудитория встречала особенно тепло. Да чего уж там — женская тоже.
Все ожидали, что сейчас что-то скажет эльф. Но тот лишь прикрыл глаза и сел обратно, превращаясь едва ли не в трухлявый пень.
— Да начнется битва! — прогремел гном и его дружным хором воинственных голосов поддержали все присутствующие на арене сородичи.