— Ты не знаешь, что она мне говорила, — прошептала я, надеясь, что девочки все еще заливаются смехом и меня не услышат.

— Я слышал достаточно, чтобы понять, что она заслужила разбитую губу и хорошую трепку, еще и то, если любая женщина подобным образом будет разговаривать с Кейт или Кирой, надеюсь у них хватит сил проделать то же самое.

Я напряглась и сказала:

— Девочки так не поступают.

— А может следует. Тина и Сьюзи теперь надолго запомнят этот урок и может не будут такими суками, — ответил Джо.

Должна была признать, что над его слова стоило поразмыслить.

— Ладно, я не хочу, чтобы мои девочки дрались, — подкорректировала я свое заявление.

— Ты хочешь сказать, что если какая-то женщина подойдет к ним и будет им скармливать подобное дерьмо, как Сьюзи тебе, они должны развернуться и уйти?

— Да, — солгала я.

— А что тебе сказала Сьюзи? — Спросила Кира у меня за спиной, и я повернулась в руке Джо, но не отодвинулась, потому что его рука теперь напряженно удерживала меня за живот, я упиралась спиной в его груди.

— Не важно. Я хотела есть и была на взводе, но все равно не должна была так себя вести, — ответила я Кире. — Лучшее для женщин, если можно не обращать внимания на подобные вещи, как бы смириться с этим.

— Тогда она одержит победу над тобой, — вставил Джо, я напряглась и повернула голову к нему, пока он продолжал: — Может драться на тротуаре под дождем — не лучший способ, но не позволяйте никому обращаться с собой как с дерьмом. Ни женщине, ни тем более мужчине. Если кто-то говорит тебе всякое дерьмо, ты можешь уйти. Но оно будет следовать за тобой, и тебе самой придется как-то с ним справляться. Ты не знаешь как, независимо от того, где находишься, звонишь мне, и я скажу тебе как это сделать.

— Отлично, лекция окончена, — объявила я, прежде чем Джо приступил к объяснению «как».

— Спасибо, Джо, — сказала Кира, и я вздохнула, потому что у меня появилось такое чувство, что все, что я сказала во время своей десятиминутной лекции, что драться не тот способ, чтобы решать проблемы, была полностью забыта, за то хорошо запомнились слова Джо, что нужно одержать победу, это, скорее всего, осталось в памяти моих девочек.

— Да, Джо, спасибо, — сказала Кейт и добавила: — И спасибо, Мауди, мы начнем с того, что сначала не будем обращать внимания.

— Отлично, начните с этого. Так мне будет легче, — пробормотала я.

Кейт улыбнулась и сказала:

— Я пойду послушаю свои новые диски. Ты не против?

— Конечно, детка, — ответила я.

— Я пойду в свою комнату, свяжусь со всеми и расскажу друзьям, что мама сегодня подралась в торговом центре. Ты не против? — Спросила Кира, Джо хихикнул, Кейт засмеялась в ответ, а я уставилась в потолок.

Потом снова посмотрела на дочь.

— Я конфискую ноутбук, если ты это сделаешь.

— Хорошо, — пробормотала она и усмехнулась, — тогда я тоже послушаю новые диски на MP3-плеере.

— Это хорошая идея, — ответила я ей.

Они разошлись по своим комнатам, а губы Джо переместились на мою шею, он поцеловал меня, а затем сказал на ухо:

— Знаешь, даже если Кира никому ничего не расскажет, это дерьмо распространиться по городу со скоростью ветра. У Джози Джадд длинный язык.

Я снова вздохнула и повернулась к нему лицом, положила руки ему на грудь.

— Знаю.

Он ухмыльнулся.

— Ты станешь местной героиней, соседка. Сьюзи не очень-то популярна.

Я прикусила губу, подняла руку к воротнику его футболки, машинально теребя, глядя на свои пальцы.

— Джо, — позвала я и замолчала.

— Вай, вот он я, детка.

Я подняла на него глаза.

— А что случилось с мамой Сьюзи? Ты знаешь?

Джо слегка наклонил голову вбок и ответил:

— Большинство в городке знают. Пьяный за рулем.

— О, — прошептала я, представляя, насколько все было ужасно.

— И пьяным за рулем был ее отец.

Я почувствовала, как мои глаза стали огромными, и повторила:

— Ооооо!

— На нем не было ни царапины. А у ее матери была сломана шея.

— Боже мой, — выдохнула я.

— Всю оставшуюся жизнь он только и делает, что безбожно балует Сьюзи, пытаясь тем самым загладить свою вину перед ней, — продолжал Джо.

Это многое объясняло, а также вызвало у меня чувство вины за то, что я разбила ей губу.

— Выкинь это дерьмо из головы, соседка. Бл*дь, хреново, что так сложилась ее жизнь. Но это не оправдывает того, что она сука, — сказал он.

Он был прав, это не оправдывало... или, по крайней мере, не оправдывало то, что она была настолько сукой.

— Жизнь для всех довольно чертовая штука, не так ли? — Спросила я.

— Почти, — ответил Джо.

— Ты думаешь, — я сжала губы и продолжила, — девочки... Сэм, Тим, что случилось сегодня?

Брови Джо поползли вверх.

— Ты думаешь, они превратятся в сук?

Я отрицательно покачала головой.

— Я просто беспокоюсь, что все это…

Джо перебил меня:

— Посмотри на себя.

Я моргнула и спросила:

— И что?

Он не стал повторяться. Он сжал меня в объятиях и сказал:

— Посмотри на меня.

— Джо, я тебя не понимаю.

— Ты потеряла мужа и брата, у тебя на хвосте сидит какой-то больной мудак, ты продолжаешь жить дальше. Моя жена убила моего ребенка, мой отец умер, и последнее, что он видел в этой жизни, утонувшее тело моего сына. Мне потребовалось некоторое время, но теперь я здесь. Ты думаешь, что Кэти и Kира не смогут через это пройти?

— Но…

— Сьюзи слабачка, потому что ее отец был слабаком. Именно это он продемонстрировал ей, когда сел пьяный за руль. Вот что он ей тогда показал и продолжает ее учить именно этому. Но познакомившись с твоими родителями, понятия не имею, где ты научилась такой силе воле, но я научился у Винни и Терезы. Бонни не у кого было учиться, и хотя я пытался ее научить, ей это было не нужно. Когда Ники пришел в этот мир, она должна была автоматически, материнским инстинктом приобрести силу воли, стойкость и выдержку, но ей было этого не дано. — Его руки сжались, лицо наклонилось ближе ко мне. — У твоих девочек есть все это, соседка, и они никогда этого не лишатся. Они не слабаки и никогда не будут слабаками. Тебе не о чем беспокоиться.

— То, что нас не убивает, делает нас сильнее, — прошептала я слова, сказанные мне Феб несколько дней назад.

— Да, — прошептал Джо в ответ, — по крайней мере, некоторых из нас.

Внезапно я улыбнулась и почувствовала, как во мне вспыхнули и забурлили переливающиеся, золотые пузырьки. Нечто такое, что я часто чувствовала, почти каждый день, не ощущая этого искрящегося чувства вот уже почти два года.

— Черт, Джо, — все еще шепотом произнесла я, — сегодня я подралась с сучкой на тротуаре перед торговым центром.

Джо улыбнулся в ответ.

— Да, милая, подралась. — Я почувствовала, как мое тело начало трястись, а улыбка Джо стала шире. — Под дождем, — напомнил он мне.

— Под дождем, — повторила я, подавив смешок.

— В юбке, — продолжил он, и я хихикнула. — Это самая любимая моя часть, когда ты была такой мокрой, — продолжил он, и мой смех взял верх, и я рухнула на него, прижавшись щекой к его груди, крепко обхватив руками за талию, и громко рассмеялась.

Когда я совладала со своим весельем и вернулась к тихому хихиканью, я повернула голову, прижавшись лбом к груди Джо, но рук от него не убрала.

— Ожидание того стоило, — пробормотал Джо, и я запрокинула голову назад.

— Что?

— Все до последней частички. Каждый день, каждую неделю, каждый год, каждую гребаную секунду, соседка, — продолжал он бормотать, его глаза смотрели серьезно, как и выражение лица, и у меня перехватило дыхание, — все это. Стоило ждать.

— Джо, — прошептала я.

Его рука переместилась к моему подбородку, большой палец погладил скулу.

— Люблю тебя, Вайолет. Даже когда ты дралась и разбила губу этой сучке.

Я улыбнулась, еще сильнее прижавшись к нему и прошептала:

— Я тоже люблю тебя, Джо.

Он наклонил голову, губы захватили мои, и он начал целовать меня, но наши губы оторвались друг от друга, когда Кира крикнула:

— Ааааа! Вам пора уединиться!

Руки Джо не двинулись, он посмотрел поверх моей головы, и я тоже увидела Киру, пришедшую на кухню и направившуюся к холодильнику.

— Я хочу еще торта. А вы, ребята, хотите торта? — спросила она.

— Нет, — ответила я.

— Ага, — сказал Джо.

— Кэти! — Крикнула Кира, — мы с Джо будем есть торт! Хочешь?

— Ну да! — Крикнула в ответ Кейт.

Кира достала торт. Джо крепко сжал меня в своих объятиях. Я прижалась щекой к его груди и сжала его в ответ. В доме послышалась музыка, затем Кейт открыла дверь в свою спальню, и звук стал громче. Кира взяла нож. Вошла Кейт, достала тарелки.

Я держалась за Джо, Джо держался за меня, девочки раскладывали торт, а я сосредоточилась на музыке Кейт впервые в жизни.

Она была классной.

19.

Умиротворение

Винни вышел вслед за Кэлом на террасу позади дома, когда Кэл закрыл за собой дверь, посмотрел в окно на Вай, Терезу и Беа, суетящихся на кухне, соперничающих за материнское превосходство по поводу блинчиков.

Три месяца назад, зная, что Вай сильная женщина и замечательная мать, но совсем не зная Беа, Кэл поставил бы на Терезу, что она победит.

Но после вчерашнего дерьма, которое он услышал из уст Сьюзи, когда слишком поздно вмешался, и реакции Вай, он понял, что она не была слабаком, чувствовалось, что она была на своей территории во время драки.

А еще Беа, что для него тоже было открытием, могла быть застенчивой, но по ее нежному, любящему взгляду на Вай, Кейт и Киру и с их стороны точно такому же взгляду, направленному на нее, он понял, что у нее имеются свои методы управления людьми, она не совсем темная лошадка. Не говоря уже о том, что эта женщина испекла настоящую бомбу — торт с шоколадным кремом.

Теперь он даже не собирается делать ставки, а просто сядет сложа руки и подождет развития событий.

Его взгляд медленно переместился на отца Вай Пита, который суетился вокруг девочек, отчаянно пытаясь наверстать упущенное время. Кэла это раздражало, ему необходимо было поговорить с этим человеком. Лучший способ наверстать упущенное — позволить внучкам самим узнать, кто он такой и вести себя с ними естественно, а не лизать им задницы при каждом удобном случае.