Кэлу нужно было использовать методику Марко на Харте. Марко дергал Кензи за веревочки, когда она выходила из строя. Человек — не остров. Даже не вершина мафии. У Харта были покупатели, продавцы, поставщики, служащие – люди, которых он должен был осчастливить. Но он сфокусировался на матери двух дочерей, живущей в Индиане, когда его внимание должно было быть сфокусировано на бизнесе, делах, которыми внезапно заинтересовались копы, отчего все люди Харта особо счастливы не были.

И тогда Сэл сможет сделать свою работу, которая сделает всех этих людей по-настоящему несчастными и, надеюсь, закончится смертью Дэниела Харта.

Таков был план Кэла. Дерьмовый, но, по крайней мере, план.

— Федералы заключают сделки, копы сидят у него на заднице, он нервничает, его внимание расфокусировано, беспорядок в организации, ему придется сделать выбор. Он выбирает Вай, его операция разваливается, люди злятся, потому что он облажался. Он не выбирает Вай, переключает свое внимание на что-то другое, она свободна. В любом случае, она выиграет, — объяснил Кэл.

— Ты просишь меня подвергнуть опасности кучу парней. Этот парень не любит, когда с ним связываются, — ответил Барри.

— Я прошу тебя служить и защищать меня. Тим сделал это и его убили, — напомнил ему Кэл.

Барри молчал, а когда заговорил, голос его звучал тихо и раздраженно.

— Я знаком с тобой, ты мне понравилась, но, бл*дь, не стоит со мной разыгрывать карту Тима, — предупредил он. — Ты его не знал, и не имеешь права разыгрывать его карту.

— Его дочери спят под одной крышей со мной. Я знаю его, Барри, — тихо сказал Кэл. — Ты видел, как Харт изгадил им жизнь, убив их отца, жизнь этих девочек, я убираю за ним, и ты думаешь, что я не имею права использовать карту Тима для них, ты еб*нутый псих.

Барри снова замолчал, на этот раз дольше, а потом выпалил:

— Мы сделаем все, что в наших силах.

Кэл не ответил.

— Ты хочешь сказать, что живешь с Вай и девочками? — снова заговорил Барри.

— Ага, — ответил Кэл.

Кэл услышал какое-то движение в трубке и понял, что Барри ищет место, где его никто бы не услышал, а потом произнес:

— Я узнавал насчет тебя.

Кэл глубоко вздохнул и закрыл глаза.

— Твоя линия не прослушивается? — Спросил Барри.

Кэл открыл глаза.

— Я звоню с телефона Колта из полицейского участка.

— Поговори с ним с линии, которую нельзя прослушать, — посоветовал Барри, и Кэл удивился.

— Он член семьи, — ответил Кэл.

— Если ты поговоришь с ним, то сделаешь это с линии, которая не прослушивается, — повторил Барри.

— Барри…

— Я не хочу ничего знать, — отрезал Барри.

— Ты и так знаешь, — тихо повторил Кэл и услышал, как Барри вздохнул.

— Да, знаю.

— Это дерьмо на меня не действует, — предупредил Кэл.

— У нас не было этого разговора, — заявил Барри.

— Хорошо, — ответил Кэл.

— Господи. К счастью, Вай сбежала от этого ублюдка и поселилась рядом в доме со специалистом по безопасности с мафиозными связями. Мать твою, — пробормотал Барри.

— Мне кажется, ей не очень повезло, — заметил Кэл.

— Может повезло, — возразил Барри. — Мне пора идти. Попробую убедить капитана начать операцию против нашего парня, который убил одного из детективов и отправил двух других в больницу, один из которых все еще овощ три года спустя. К счастью для тебя, Вай и девочек, капитан пропустил шорт-стоп Тима в нашей команде по софтболу.

— Тим был хорош? — Спросил Кэл.

— Самый лучший, — ответил Барри.

— Готов поспорить, — пробормотал Кэл.

Барри снова замолчал. Затем прошептал:

— Береги ее.

— Будет сделано, — пообещал Кэл.

Барри отключился, и Кэл положил трубку.

Колт обогнул кресло Кэла и сел в свое.

— Прайор будет действовать в соответствии с твоим планом? — Спросил Колт, и Кэл посмотрел на него.

— Ага, — ответил Кэл.

Колт внимательно посмотрел на Кэла, а потом спросил:

— Друзья?

Кэл изучающе посмотрел на Колта, а потом поинтересовался:

— Если бы я пытался справиться сам с Денни Лоу, не держа тебя в курсе дела, ты бы остался со мной другом?

Лицо Колта окаменело.

— Это не одно и то же, и ты это знаешь, Кэл.

— Объясни мне, почему нет.

— Мы обо всем поговорили.

Кэл наклонился к другу.

— Черт, Колт, если ты пришел ко мне домой, чтобы поговорить об этом, значит, ты уже тогда знал.

Кольт выдержал пристальный взгляд Кэла и стиснул зубы.

— Я уехал на два с половиной месяца, оставив ее одну, — напомнил ему Кэл.

— Ты занимался этим делом, Кэл. Ты знал, что происходит и куда все приведет. Ты уехал не просто так. Только не говори мне, что ты не работал над каким-то там дерьмом, — возразил Колт.

— У меня не было достоверной информации, Колт, ты скрывал ее от меня. Я работал над дерьмом, но я бы лучше работал рядом с ее гребаным домом и был бы в курсе повышенного внимания мудака, — парировал Кэл.

— Мы охраняли ее и девочек, — сообщил ему Колт.

— Тебе было бы достаточно, что кто-нибудь сфотографировал бы Феб и Джека? — Спросил Кэл.

— Как я уже сказал, я сделал звонок. Тебе это не понравилось, но я ничего не мог поделать, чтобы изменить ситуацию. Мы знали, что происходит, и мы были наготове, и с ней все хорошо. Прайор все об этом знал, и ее брат тоже, и они все равно делали то, что считали нужным, так что это не моя вина. Ты можешь продолжать злиться на меня, парень, но это пустая трата энергии. Дело сделано.

Все это было правдой, и это выводило его из себя еще больше.

Кэл встал и посмотрел на Колта сверху вниз.

— Теперь ты уверен в моей сфокусированности?

Колт едва сдержал улыбку.

— Ага.

— Очень рад, приятель, — проворчал Кэл и повернулся к лестнице.

— Когда все закончится, я попрошу Феб приготовить тебе фриттату, — крикнул ему вслед Колт.

— Жду не дождусь, — отозвался Кэл, но не обернулся, спускаясь по лестнице.

Это тоже было правдой, но Колту он этого не сказал. Он слышал о фриттате Феб. По словам ее брата Морри, они были настоящим раем.

Может, она и хороша, но Кэл готов был поспорить на тысячу баксов, что ризотто с морепродуктами Вай были лучше.

* * *

Кэл был уже почти у дома, когда зазвонил его сотовый. Он посмотрел на дисплей и увидел надпись «неизвестный номер».

Он открыл телефон и поднес к уху.

— Привет.

— Через десять минут тебе позвонят в офис, — сказал мужской голос и отключился.

Чертов Сэл. Всегда понты.

Он развернулся и направился к себе в офис. Когда он отпер дверь, на столе Линди зазвонил телефон. Он поднял трубку и поднес к уху.

— Привет.

— Кэл, figlio, — прошептал Сэл ему на ухо, и Кэл услышал улыбку в его голосе. (figlio – итал. сынок.— Прим.пер.)

— Сэл, — поздоровался Кэл без улыбки.

— Я слышал, ты был в Чикаго. Виделся с Винни, Терезой. Не навестил меня?

— Это был не светский визит, — сказал Кэл, и Сэл замолчал.

Затем произнес:

— Да, грустные дела. Винни рассказал мне.

Кэл с нетерпением спросил.

— Послушай, у меня дома женщина, у нее дочери, и кто-то делает снимки и отправляет их в полицию. Я не хочу быть у себя в офисе. Я хочу находиться с ней дома. Ты поговорил с Винни?

— Мы поговорили, но я думаю, тебе нужно приехать в Чикаго. Мы сядем за стол и все обсудим, — сказал Сэл.

Вот. Сэл включил свой конек убеждения.

— Сэл, при всем моем уважении, — сказал ему Кэл. — Но у меня дома женщина, у которой есть дочери, и кто-то делает фото, посылает подарки и всаживает пули в лоб мужчинам, которые были важны в ее жизни. Человек, который заказывает это дерьмо, находится как раз в Чикаго. Я не хочу приезжать в Чикаго, не хочу находиться вдали от нее, и я не хочу, чтобы она была в Чикаго. Если ты поговорил с Винни, то нам не нужно садиться за стол для разговора.

— Я понимаю, почему ты так нетерпелив, но есть вещи, которые нужно обсудить, — возразил Сал.

— Если хочешь поговорить, тогда я разберусь с этим один, — ответил Кэл, и Сэл очень громко вздохнул.

— Мы говорим о жене полицейского, figlio, — заметил Сэл.

— Мы говорим о моей женщине, Сэл. Харт прислал фотографию — я следующий, — сказал ему Кэл.

— Как насчет того, может я пошлю сообщение Харту, объясню, что ты член семьи, чтобы он отвалил и шел своей дорогой, — предложила Сэл.

— А как насчет того, — вернул Кэл, — этот парень не член семьи. Этот парень — подлый ублюдок, который пробрался наверх, уничтожив все, что попадалось ему на пути. Он не член семьи. Его не уважают. У него нет ничего, он только забирает и забирает. Он отнял у тебя все. Он отнял у меня. Он отнял у моей семьи и твоей семьи, а также у моей женщины, которая, Сэл, вдова полицейского или нет, теперь она — моя женщина, а это означает, что она член семьи, и ты не можешь этого отрицать, а он все еще продолжает трахать ей мозги. Ты хочешь сказать, что после того, что он сделал, ты пошлешь этому ублюдку сообщение?

— Мне нужно подумать, Кэл.

— Ты должен попросить своего солдата вставить пулю в пистолет, — ответил Кэл.

— Мы говорим о войне, — заметил Сэл. — война требует подготовки.

— Мы говорим не о войне, и ты это знаешь. Если шишка в организации уходит, ты передвигаешься на его место и возвращаешь себе то, что у тебя отобрали семь лет назад, да и еще кое-что.

— Такое поглощение, как я уже говорил, требует организации.

— Ты готов принять этот вызов.

— Это очень серьезно, о чем ты меня просишь.

— Я отдал тебе гораздо больше.

Сэл снова замолчал, потом снова громко вздохнул.

— Вы — Бьянчи всегда были занозой в заднице.

— У меня болело плечо, Сэл. У тебя была проблема, Фрэнки позвонила мне, и я заступился за тебя. Я встал на пути Харта и принял за тебя пулю. Ты живой. Я прошу твоих гарантий, что я тоже буду живым, и Вай проживет остаток своей жизни легко, чтобы ей не трахал мозги какой-то психованный мудак.

Кэл прислушался к тишине, которая повисла на какое-то время.

Наконец Сэл сказал:

— Хорошо, figlio. Я сделаю это, и мы в расчете.

— Как скажешь.

— Fin, — настаивал Сэл. (Fin – итал. До конца.)

— Fin, — повторил Кэл.

— Если ты приедешь в Чикаго, мы поужинаем вместе, ведь мы ничто иное, как семья.

— Да, Сэл, мы с Винни давным-давно усвоили этот урок.

Еще один вздох.

— Винни-младший был хорошим парнем.