Пока мы шли к машине, Джо обнял меня за плечи, притянул к себе и прошептал на ухо:

— Кира — прирожденный дипломат.

В его голосе прозвучала гордость, такая гордость, что я не смогла удержаться, чтобы не поцеловать его в шею. Он сжал меня своей рукой в ответ.

Когда мы возвращались домой, Джо молча замедлил ход, мы подъезжали к дому, затем вообще остановил машину на улице.

Я взглянула на него, он смотрел в сторону моего дома.

— Джо, что случилось…

Я замолчала, тоже смотря на свою лужайку перед домом и задохнулась от возмущения. На сухой траве отчетливо читалось слово «сука». Я не оставляла машину у дома ни сегодня, ни вчера, понятно, что ни Джо, ни девочки этого слова не видели.

И Джо взорвался:

— Вот чертова п*зда!

Обе дочки ахнули, я подпрыгнула, а Джо так быстро разогнался на «Мустанге» и въехал на нашу подъездную дорожку, что я поняла — он был вне себя от ярости, поэтому мне не стоило ему говорить, что употреблять слово на букву «П» в присутствии девочек абсолютно запрещено.

Джо остановил машину, выключил зажигание, открыл дверцу и направился прямиком к Тине.

В этот момент я поняла, что мне следовало угостить ее своими кексами.

Я повернулась к дочкам и приказала:

— Идите в дом.

— Мама… — начала Кира.

— В Дом! — Произнесла я, открыв дверь, и побежала к дому Тины, надеясь, что мои девочки меня послушаются (Кейт послушалась бы, Кира не уверена).

Когда я перепрыгнула через забор, Джо перестал колотить в ее дверь, повернулся, глядя на спортивный красный «Корвет» Тины на подъездной дорожке, быстро спускаясь вниз по ступенькам.

Мы поравнялись, я попыталась заверить его, сказав:

— Я поговорю с ней.

Джо даже на меня не взглянул, продолжая двигаться в своем направлении, я увидела, как он положил руку на забор, перепрыгнул через него, приземлился на другой стороне, двигаясь к своему дому, затем исчез в своем гараже.

Я не знала, что может быть у Джо в гараже, кроме его «Буллита», капот которой был мне хорошо знаком. Но я подумала, что направление Джо в гараже было совсем нехорошим знаком.

Я также заметила, что мои девочки не послушались меня, даже Кейт. Они стояли перед домом. Кейт смотрела на траву и выглядела при этом очень сердитой. Кира с беспокойством смотрела в сторону гаража Джо.

Я подбежала к двери Тины и постучала, крича:

— Тина, ты должна открыть дверь, нам нужно поговорить, пока Джо не вернулся.

Она не стала открывать дверь. Я продолжила колотить и снова звать ее. Она не открывала дверь. Я снова постучала и тут неожиданно появился Джо.

Он оттолкнул меня в сторону, присел на корточки перед дверью. Затем что-то проделал маленькими инструментами с ее замком, и ее дверь открылась, он выпрямился и шагнул внутрь.

Я ошеломленно стояла перед открытой дверью не только потому, что мой парень знал, как вскрыть замок, но и сделал это у меня на глазах, пока не услышала крик Тины:

— Что за х*йня? Ты не можешь так просто вламываться в мой дом! Я звоню в полицию!

— Звони, я подожду, — ответил Джо, я вбежала внутрь. Тина стояла у входа в холл, Джо стоял в гостиной в своей чертовски пугающей, зловещей позе, скрестив руки на груди, всем видом говоря задира, альфа-самец.

— Ты вломился ко мне! — Взвизгнула Тина.

— Да, — согласился Джо.

— Какого черта! — Повторила Тина.

— Ладно, просто… — начала я.

Джо прервал меня, приказав Тине:

— Выписывай чек. Пятьсот долларов. За ущерб Вайолет Уинтерс прямо сейчас.

— Ты что, совсем спятил? — Взвизгнула Тина.

— Ты выпишешь чек, считай дело сделано, не больше, — заявил Джо. — Если не выпишешь, то я участвую в войне, и поверь мне, женщина, ты не захочешь, чтобы я участвовал в этой войне. Я покончу с тобой, тебе придется переехать в другой чертовый штат.

— Ты мне угрожаешь? — Рявкнула Тина, подаваясь к нему вперед, явно желая умереть.

— Да, — ответил Джо как можно спокойнее.

— Ты не имеешь права врываться в мой дом и угрожать мне! — Завопила Тина.

Джо оглянулся по сторонам, потом снова посмотрел на Тину.

— Обрати внимание, сука, я только что это сделал.

О Господи!

Я пересекла комнату и приблизилась к Джо, обхватив руками его за бицепс, который обычно, итак, был крепким, но теперь он казался стальным.

— Джо, милый, иди домой. Я поговорю с Тиной.

Он повернул голову и посмотрел на меня сверху вниз.

— Я предоставлял тебе этот шанс, соседка. Я же говорил, что она обгадит твой двор, и у нас появятся проблемы.

— Но, Джо...

— Она обгадила твой двор, и у нас проблемы.

— А она весь мой двор завалила туалетной бумагой! — Закричала Тина. — Мне потребовалось несколько часов, чтобы убрать это дерьмо.

Джо снова посмотрел на Тину, но я видела только его профиль, и его профиль меня напугал. Она отпрянула назад.

— Вай ничего не делала с твоим двором, женщина, она была в постели со мной. Если ты гадишь там, где живешь, обижаешь людей, то должна ожидать ответной реакции от этих людей. А у тебя вошло в привычку гадить там, где живешь. И, бл*дь, кто его знает, кто это сделал с твоим двором? Я знаю, что это была не Вай. Ты отомстила не тому человеку, ты отомстила моей женщине, и твоя месть перешла черту. Вай не сможет убрать это дерьмо, она попадет на деньги, и ты, бл*дь, заплатишь.

— Да пошел ты! — Крикнула Тина, а Джо пожал плечами, опустил руки и отвернулся.

— Да будет так, — пробормотал он, скользя рукой по моим плечам и подталкивая меня к двери, потом остановился и повернулся к Тине. — На твоем месте я бы подумал еще раз. У тебя есть время до завтрашнего утра положить чек в почтовый ящик Вай. И если его там не будет, считай, что война началась. Ты меня поняла?

— Я звоню в полицию, — ответила Тина.

— Ты думаешь, что Майк Хейнс, Алек Колтон и парни, которые с ними работают, приедут тебе помочь? — Спросил Джо, и лицо Тины исказилось, когда до нее дошли его слова. — Вот именно, — пробормотал Джо, заметив, что Тина начала понимать, что ей, возможно, следовало бы завести друзей вместе врагов, которых она сама и создала. — Пятьсот долларов, Тина, в почтовом ящике Вай завтра к девяти часам утра, — закончил он, затем снова развернул нас и повел к двери.

Когда мы добрались до забора, он поднял меня и поставил на ноги на другой стороне. Потом перешагнул сам, взял меня за руку и повел к сухой траве на моей лужайке перед домом, где стояли девочки.

— Пахнет хлоркой, — сообщила нам Кира, Джо плотно сжал губы, Кейт заметила и толкнула Киру рукой.

— Ладно, девочки, отнесите пакеты с покупками в дом, — приказала я, гадая, успею ли что-нибудь сделать со своим газоном до приезда Беа и Гэри, понимая, что не успею, учитывая, что у меня остался всего один день и то рабочий.

— Может, нам... — начала Кейт, и я посмотрела на нее.

— Домой, детка, — тихо сказала я, — мы побеспокоимся об этом завтра, да?

Она кивнула, взяла Киру за руку, они пошли к «Мустангу», забрали пакеты и вошли в дом. Джо стоял и смотрел на слово, написанное на моей лужайке.

— Как ты? — Спросила я.

— Надеюсь, что чека в твоем ящике не будет, соседка, — произнес Джо, глядя на мой газон, а потом посмотрел на меня. — С превеликим удовольствием, я готов проучить эту сучку.

Я посмотрела ему в лицо, надеясь все же, что завтра в моем почтовом ящике появится чек. Тина, действительно, была сукой, и то, что она отбеливателем с хлоркой написала это слово на моей прекрасной траве, доказывало это. Но я считала, что никто, даже Тина, не заслуживает той ярости, которую Джо готов был выпустить на волю.

— Хочешь пива? — Спросила я, Джо уставился на меня.

Потом он покачал головой, но ответил:

— Ага.

Мы вошли в дом, моя рука обнимала его за талию, его — меня за плечи.

— Это просто трава, — тихо сказала я ему.

Он остановил нас у входной двери и развернул к себе.

— Да, Вай, это просто трава. А твой брат просто умер. Я бы с большим терпением отнесся к ее дерьму, если бы это было два месяца назад или через полгода. Она не изменится, но она должна стать более человечной в выборе времени. Но она этого не сделала, и я надеюсь, что чек не окажется в твоем ящике. Ей нужно преподать урок, и я в настроении это сделать.

— Джо…

Он опустил голову вниз и прикоснулся губами к моим, прежде чем сказать:

— Не волнуйся, детка, что бы я ни сделал, это не отразится на нас.

— Но она же одна, Кори уже целую вечность к ней не возвращался, и она...

Он перебил меня:

— Она женщина, которая нуждается в уроке.

— Джо…

— Вай, пиво.

Я внимательно посмотрела на него и поняла, что Джо принял решение.

Поэтому вздохнула, вошла в дом и принесла своему мужчине пиво.

* * *

Было уже темно, девочки спали, я прижалась к Джо.

— Джо? — позвала я.

— Да, детка, — ответил он.

— Чаши уравнялись, — шепотом сказала я ему.

— Что? — спросил он.

Я закрыла глаза, прижалась ближе, открыла глаза и продолжила шепотом:

— Я скучала по Тиму, скучала по многим вещам, связанным с ним. Одной из таких вещей — понимать, что есть кто-то рядом, кто будет присматривать за мной и девочками. — Я сжала губы и прикусила, когда почувствовала, как он напрягся, а затем продолжила. — Помнишь ту ночь, когда мы первый раз встретились? Мне пришлось встать с постели посреди ночи, чтобы попросить Кензи выключить музыку?

— Детка…

— Тим бы не позволил. С ним мне не пришлось бы надевать те смешные резиновые сапоги и выходить на холод.

— Вай…

— Мне не пришлось бы вставать с постели.

Он перекатился ко мне, снова бормоча:

— Вай…

— Мне не пришлось бы топать по снегу, мерзнуть или даже злиться.

Его руки начали двигаться по моей коже под его футболкой, когда он прошептал:

— Заткнись, соседка.

— Тим всегда прикрывал нам спину, он никогда не позволял ничему подобному коснуться нас. Никогда.

— Вай, заткнись.

— И ты тоже не позволяешь.

— Заткнись, Вай.

— У нас было все. Всё. Тим дал нам все. У тебя был Ники, у тебя было многое, Джо, но ты никогда не имел всего, поэтому ты не можешь знать, как больно все это потерять.

Джо молчал.

Я продолжала говорить:

— Получив это все назад, то, что ты отдаешь нам, чаши весов уравновесились.