- Ты бы поберег заряд, - участливо сказал саррус, наблюдая, как я щелкаю зажигалкой под мелкими сухими ветками. Я усмехнулся:

- Не бойся, этот артефакт перезаряжаемый, - хорошо, что в свое время мне подарили практичную бензиновую зажигалку, а не коллекционный экземпляр, пригодный только к стоянию на полке и собиранию пыли. Ну, или пользовался бы очередным "крикетом", который сдох бы через несколько дней.

Едва я успел снять с огня котелок с наваристой кашей, в которую Локстед бросил горсть пряных трав и мелко настроганных копченостей, как пошел дождь. Несколько дней его не было - и тут нате вам! Хотя не стоит забывать, что все же осень.

Я жевал, сидя под условно водонепроницаемым тентом, с которого иногда что-то капало, и думал о местных сезонах. Тот, кто был причастен к созданию данного мира, явно был очень педантичным существом. Иначе, почему год тут составлял ровно четыреста дней, четыре сезона по два месяца в каждом? Да и, к тому же, каждый месяц делится ровно на пять декад. Невольно представляешь себе седого математика, которого достала несовершенная Земля с ее неточностями, и вот он плюнул и разделил год точно по координатной сетке. Месяц Ночи, месяц Рассвета, месяц Шерсти, месяц Цветов, месяц Зеленых Иггов, месяц Дождей, месяц Гроз, месяц Пурпурного Неба.

Сейчас шла вторая декада месяца Дождей, который, как и месяц Гроз, причислялся к осеннему сезону.

На мой вопрос, кто такие Зеленые Игги, вытянутый прямо из предыдущей мысли, мои спутники не ответили. Либо не хотели, либо не знали.

Разбудил меня грохот и белесая вспышка, пробившаяся даже через закрытые веки. Я нехотя разлепил сонные глаза, и остолбенело уставился на дым, клубами поднимавшийся из-за леса. Саррус уже был наготове, вопросительно смотря на меня. Разведя руками, я твердо решил, что нам надо проверить место, как следовало предполагать, удара молнии. По крайней мере, если мы хотели продолжить сеанс сновидений, горящий лес под боком был нам точно ни к чему, а сейчас существовал шанс уничтожить возгорание в зародыше.

Сказав Анатолю, чтобы оставался здесь и следил за вещами, я распинал Локстеда, который, несмотря на длинные уши и большие глаза, благополучно проспал громовое светопреставление. Все же, какая-никакая, а поддержка - в крайнем случае, кому-нибудь глаза выцарапает. Да и я уже вояка, умею посылать две стрелы в минуту куда-то в направлении цели.

Чего мне не хватало тут - так это фонариков. Как-то в своей жизни обходился подсветками брелоков для ключей, освещенными местами на улице, фонариком телефона - а вот обычной лампочки с рукоятью на пальчиковых батарейках приобрести так и не удосужился. Благо луна здесь в два раза больше нашей, и с каким-то красноватым оттенком, так что мы обходились естественным освещением, не зажигая факелов. Да, запомните, господа - все факелы, которые вы видели в художественных фильмах, способные гореть от двадцати часов до вечности кряду - подстава. Факел - расходный ресурс, поэтому бывалый путешественник в подобном месте должен еще и возить с собой связку этих нехитрых приспособлений для освещения. Или масляную лампу, но у нее свои недостатки.

Отыскав источник дыма, мы побрели сквозь него, зажав нос и рот смоченными водой платками. Огня не было, однако земля на поляне, которую мы обнаружили, была обуглена вплоть до корней ближайших деревьев. Тем не менее, молния такой силы - не самое удивительное, что открылось нашему взгляду. Мои глаза слезились, но сквозь дым я увидел угольно-черный столб, стоящий в центре, и явно ощутил запах горелого мяса.

- Что за... - шепнул Локстед, тыкая пальцем в громадный обелиск. Было странно, что мы не заметили его издалека, так как он явно был выше самых высоких деревьев. Исходя из того, что молния ударила в него, следовало предположить - столб был металлическим. Или волшебным. О вероятности совпадения двух этих вариантов я даже говорить не буду, поскольку молния такой силы подожгла бы лес в мгновение ока, если бы ударила в дерево.

- Смотри, - в ответ прошептал я, тыкая пальцем на землю. Дым понемногу рассеивался, и на свежей золе проступали очертания человеческих тел. Шестеро, ни клочка материи на них не сохранилось, собственно, как и кожи.

- Что за чертовщину они здесь творили? - нахмурился йрвай. - Смотри, они расположены почти по кругу, только один немного дальше, но все находятся на постаменте. Это ведь обязательно для магических ритуалов.

- Всех ритуалов? - недоверчиво уточнил я. Локстед задумался:

- Пожалуй, нет. Некоторых, из тех о которых я слышал.

- Пятеро магов, один не в круге... черт. Трижды черт, - зло проговорил я. Если окажется, что эти умники рисовали тут пентаграмму... с детства не любил все эти секты. - Надо проверить основание столба.

- Я сказал - не совсем в круге. Он мог отлететь от высвободившейся магической энергии.

- Магической, как же... в сто раз усиленной молнии. Если двести двадцать ударит, то уже дергаешься, как сумасшедший, а тут тысяч тридцать.

Йрвай предпочел никак не комментировать непонятную тираду. Вместо этого он двинулся в обход поляны, деловито обшаривая кусты.

- Ты чего? - крикнул я. Он ответил, не оборачиваясь:

- Если они стояли тут лагерем, мы можем что-то найти.

Локстед был прав. Даже если неизвестные и таинственные люди просто приехали сюда верхом, могли остаться следы их пребывания здесь. По росту трупов они все выглядели людьми, лишь один был немного ниже меня. Хоббит? Или просто низкорослый человек? Я храбро вышел на опушку, осторожно проверяя крошащуюся почву под ногами. Трупы обгорели настолько, что даже непонятно, какого они пола были при жизни.

- Спятил? - поинтересовался йрвай. - А если второй раз шарахнет?

- Молния два раза в одно место не шарахает, - самоуверенно заявил я, добравшись до хоровода из обгоревших тел. Ничего. Поблескивают какие-то металлические капли, остатки от мгновенно расплавившихся под воздействием высоких температур медальонов, амулетов, украшений. Я наклонился и попытался разгрести слежавшуюся золу, бывшую, видимо, сумкой этого человека, однако потерпел неудачу - ком спекся намертво.

При близком рассмотрении на круглом основании металлического столба - сам он был четырехгранным, что немного успокаивало и отвлекало от мыслей о происках дьявола - не обнаружилось ничего, хотя бы отдаленно напоминающего символы, знакомые мне. Как обелиск, так и его основание выглядели нисколько не затронутыми молнией, из чего я сделал вывод, что он защищен каким-то волшебством, заодно предостерегая себя от глупых прикосновений к металлу.

- Нашел! - послышался негромкий окрик йрвая. Я поднялся на ноги и пошел обратно по своим следам, затем обогнув поляну, и в конце этого сложного маршрута вытащив Локстеда за сапоги, торчавшие из особенно дерзкого и не желавшего его отпускать куста. Он торжествующе потряс небольшой кожаной сумкой:

- Сейчас узнаем, что задумывали эти прохвосты.

- ++Не иначе, как мир захватить, - хмыкнул я. - Ты действительно думаешь, что в сумке каждого из них был дневник с планами на ближайшую жизнь?

Не обращая внимания на мои подначивания, йрвай с упоением рылся в вещах покойного. Я помог ему, все же не пожалев факела на такое важное и полезное действие. При освещении выяснилось, что три баночки и один тюбик с непонятными веществами, катушка шелковой нити, несколько стеблей неизвестной сухой травы и фляга с инициалами Б.Р.Х. принадлежат некоей Марианне Алакез, чье удостоверение личности также отыскалось в боковом кармане. Место выдачи - Телмьюн. При более подробном осмотре с помощью любезно предоставленного мной ножа мы нашли еще и закладную с печатью столичного нотариуса.

Закладная была на дом. Судя по описанию, хороший, двухэтажный. А вот с деньгами у Марианны, судя по всему, в последнее время было не очень. Иначе как объяснить тот факт, что в сумке было полторы медных монеты? Я думал, в этом мире в дальнюю дорогу принято брать с собой не менее трех золотых, особенно если человек недавно заложил дом. А, ориентируясь по числу, это было всего-то двадцать дней назад.