— Вот что это такое? — в гнев стучал он кулаком по наковальне.

Мард средних лет, чье круглое лицо обрамлено пышной коричневой бородой, задумчиво смотрел на нас, но больше, как ни странно, уделял внимания моему наставнику. Наконец, он рискнул ответить:

— Это наковальня, уважаемый.

— Это дерьмо свиное! — вспылил рунный кузнец. — Где наковальни из медленного сплава? Почему я должен довольствоваться обычным? И что за литейные нынче пошли, если не могут предоставить лучшее?

— Это стандартный сплав восемьдесят семь, мастер Иоахим. Если вы ищете наковальни из сплава девяносто пять, вам следовало сразу обратиться к Лин Франку. Его литейный цех находится в конце улицы, здание под номером двадцать один.

— Пошли, склочник, — потянула я его за плечо. Когда мы оказались снаружи, Яхим обрушился на меня:

— Почему ты не оказываешь мне должного уважения в присутствии других?

Язвительно усмехнувшись, ответила:

— И не обязывалась. Во время учебы — пожалуйста, а сейчас я деловой партнер по восстановлению твоей мастерской. Разве не так?

— Так, — сварливо кивнул он. — Но могла хотя бы поддержать.

— В идиотском требовании сию же минуту доставить нам тот товар, которого у него нет? Ищи дураков. Яхим, ты нарочно пытаешься сделать так, чтобы весь Хетжеб тебя ненавидел?

Мард скрестил руки на груди, встав в горделивую позу:

— Да мне вообще наплевать. Еще скажи, что я должен щадить чьи-то чувства, точно прибью.

— Прибивалку отрасти для начала, — хмыкнула я. — А что это за медленный сплав?

— Увидишь, — буркнул он, шагая по едва обитаемой улице.

И вправду, увидела. Когда кузница стала обрастать Действительно Необходимыми Предметами, многие из которых были мне незнакомы, Яхим вручил мне большой молот и приказал с размаху ударить по наковальне.

— И что произойдет тогда?

— Прекрати оспаривать мудрость наставника. Лупи, со всей дури.

Не заставляя себя долго упрашивать, я двинула по наковальне мощным ударом с плеча. Как если рубила бы противника. Тяжелый молот приземлился, издав приглушенный звон, и… все. Нахмурилась. Чувствую, что-то здесь не то. Ощупала поверхность наковальни — холодная, как и была, слегка шероховатая.

— Ощущаешь? — хитро спросил мастер. Задумчиво кивнула:

— Ощущаю. Понять бы еще, что.

— Совсем ты темная. Отдачи же нет!

А ведь, правда. От такого удара инструмент должно было отбросить назад почти с такой же силой, как и сила удара. Тем не менее, боек молота словно влип в темный металл наковальни, даже не подпрыгнув.

— Что за сплав такой удивительный?

Яхим развел руками:

— Я кузнец, а не литейщик. Знаю, какими свойствами он обладает, но секреты его хранятся внутри гильдии. И поставляется он не только нам, само собой разумеется. С такой наковальней вся мощь твоего удара, в том числе и предполагаемая сила обратного действия, уйдет в проковку клинка!

Криво усмехнувшись, я полюбопытствовала:

— И много у вас таких секретов?

— Хватает. Разводи огонь и суй туда заготовку.

Яхим чуть ли не силком напялил на меня какой-то кожаный передник, объяснив, что его народ в сродстве с высокими температурами, и обжечься по-настоящему может только безбородый мальчишка. Или чужак, вроде меня.

Нет, я видела кузнечные фартуки и раньше, однако этот больше походил на попону для лошади, чем на защитную одежду. Подозреваю, его с какой-то скотины и сняли, специально для меня. Еще перчатки со слишком широкими раструбами. К счастью, пара подобных, но пригнанных по более тонкой руке, чем пятерня мардов, у меня имелась с собой — купила в Бергверке. Когда я сбегала за ними, дело пошло куда более споро.

Конечно, мой благородный наставник не раз дал почувствовать себя откровенно тупой и неумелой. Три или четыре заготовки обычного ножа, которые я вроде бы проковала старательно, он бесхитростно сломал между пальцами, неустанно давая наставления:

— Для начала, тебе надо обучиться самому процессу закалки металла. Ручки у тебя так себе, но удар, признаю, ничего. Для наземника.

— Механическая работа — вот что главное! А ты лупишь молотком куда ни попадя, вот и выходит сплошная дрянь. Надо аккуратно, вершок за вершком, так, чтобы каждый участок металла был равномерно сжат.

И прочее в том же духе.

Даже сам показал, что и как, превратив полосу металла толщиной с треть вершка в грубое лезвие. Еще не заточенное, не сформованное окончательно, однако даже с его неуклюжими искуственными руками работа вышла куда более изящной, чем мои потуги.

Устало вытерев со лба набегающие капли пота, я уселась прямо на голый пол. Оперлась спиной о стену, смотря на то, как учитель набивает очередную трубку. Кстати, ее вонючий дым становилось куда легче переносить в жарком помещении кузницы.

— Сдохла? — ласково спросил Яхим.

— Не дождешься. Расскажи что-нибудь про рунное ремесло, раз уж ты отказываешься так сразу ему учить.

— Я не потому отказываюсь, что нельзя, а потому, что бесполезно. Если ты пока не понимаешь, благодаря чему что получается в обычной работе кузнеца, то рунная ковка — это вообще за гранью. Как для рыбы — летать, примерно так, кхе-кхе. Чего тебе рассказать-то?

— Не знаю. Почему ваши бюрократы так стараются разграничивать нанесение рун и изготовление рунного оружия?

Мастер нахмурился:

— Потому что меч, на который нанесли пару невидимых знаков — еще не рунный меч.

— Идиотизм, — покачала головой я. — Почему тогда не назвать это по-другому?

— Потому что только тупые наземники любят давать название новым для себя вещам, при том совершенно наивно считая, что постигли их суть! Рунная ковка — грубо говоря, те же силы, но примененные совершенно другим способом. Ты замечала, что руны лучше всего работают с металлами?

Кивнув, я заметила:

— В моей команде есть парень, который немного разбирается в рунах. Мангает, как он говорит. Он рассказывал. Но упоминал, что далеко не все можно наносить на металл. А еще — что руническое покрытие, или, вернее, гравировка золота делается совершенно особым образом, далеким от традиционного.

— Как и любых металлов, называемых драгоценными, — добавил Яхим. — Они обладают совершенно особыми свойствами.

— Какими, например?

— Это не относится к делу.

— Да ладно тебе. Секретом больше, секретом меньше…

Кузнец сердито рявкнул:

— Я сказал, нет! Хватит прохлаждаться, берись за молот. Если устала правая рука, бери в левую и продолжай.

«Если устала правая, перехватывай меч левой. Противник не даст тебе времени на раздумия и апелляции». Так, бывало, говаривал Айви Столлрус, мой наставник по фехтованию. Один из лучших бретеров империи, между прочим.

Что ж, многие методы обучения в чем-то схожи. Особенно если они обучают искусству нанесения ударов по чему-нибудь… или кому-нибудь.

Я с грехом пополам отлупила еще несколько одинаково дрянных ножей, однако на последнем, ничем не отличающемся от других, Яхим задержал взгляд. На мой робкий вопрос:

— Есть какие-то улучшения?

Он ответил лаконично:

— Нет. Все та же дрянь.

Потом, кажется, хотел что-то добавить, но смолчал.

Некоторая правота совершенно не приносит радости. Одно дело, когда ты заключаешь пари с кем-то и оказываешься правой. Тут и слава, и почет, и прибыль. А когда ты считаешь, что кузнечное ремесло вовсе не такое простое, как кажется на первый взгляд, что ему невозможно обучиться за короткий срок, и такие мысли оказываются абсолютно верными…

Возможно, в каждом ремесленнике должна быть жилка. Как в маге Искра, так и у хорошего мастера тоже своя Искра в глубине души, только другого цвета или формы. Судя по насмешливому выражению лица Яхима, таковой у меня не нашлось. Вероятно, меня бы это заботило куда больше, если б я всерьез думала заняться подобной работой.

Мне всего-то надо иметь в руках грозное средство устранения не менее грозного противника. В обычных условиях не имел бы значения способ, которым его можно получить. Всегда можно украсть, затеять аферу, подкупить, но здесь…