– Точно. Вы же в действительности не думаете, что я отправлюсь в зоопарк, правда? – Она шумно вздохнула. – Я случайно вырубила его. Вы не знаете, как долго он будет в отключке, а то мне нужно идти?

Её крик заставил его отвести телефон от уха. Джордж предположил, что Уокер уже пришёл в себя. Они боролись, и ему хотелось присутствовать там, чтобы подбодрить девушку. Когда он услышал ещё чей-то крик, на этот раз он был уверен, что это Уокер. Чёрт, а эта девушка была хороша. Внезапно она вернулась к телефону.

– Богом клянусь… Придите и заберите его. Я не могу… Что, чёрт возьми, с ним не так? Разве он не понимает, что я могу просто убить его?

Джордж подумал, что, возможно, и не понимал. Он спросил, где она, и когда она ответила ему, то сказал, что скоро будет на месте. Мужчина посмотрел на свою пару, и спросил, что теперь делать. Он протянул ей телефон, когда она подалась к нему.

– Привет, Хан. Это твоя мать. Мне нужно, чтобы ты одолжил мне внедорожник, пожалуйста. И хочу, чтобы ты держался подальше от меня, когда приду за ним. – Она замолчала. – Я не хочу, чтобы ты следовал за мной. Я вполне способна самостоятельно забрать Уокера. Тогда я запрещаю тебе… тогда согласуй это с собой.

Несколько секунд он смотрел на неё.

– Почему ты выглядишь так хитро? Ты сделала это нарочно. Ты знала, что он пойдёт с… что он будет делать, если мы приедем, а Линн всё ещё будет с Уокером?

– Он сказал, что она не может прийти на эту землю. Но Хан ничего не сказал о том, что против пойти туда, где Линн. – Она встала на ноги. – Пойдём, и постарайся быть чуть более осторожным, пожалуйста. Мы же хотим, чтобы он помог с Уокером, не так ли?

Уокер вновь посмотрел на неё, взволнованный присутствием своей пары.

– Я хочу, чтобы ты сняла наручники немедленно. Сию минуту. Я не буду сидеть вот так, когда появится мой отец.

Кэйтлинн проигнорировала его, как и в течение прошедшего часа. Уокер наблюдал за тем, как она собирает сумки: Линн проверила каждый пистолет, а после дважды переложила своё бельё. Мужчина понимал, она пытается вывести его из себя, и, по правде говоря, он действительно собирался отшлёпать её, едва только освободится.

– Ты можешь посидеть там ещё пять минут. Кстати, твоя мама – очень милая женщина – сказала, что они уже скоро будут здесь. – Девушка устроилась перед ним на кровати. – Знаешь, Уокер, это к лучшему. Мы не сможем быть вместе – иначе он придёт и за твоей головой.

Он хотел зарычать на неё, но сдержался. Выруливающий на стоянку автомобиль, заставил подумать о том, что отец обеспокоился наличием более массивного фургона, чтобы вернуть его домой. Стук в дверь заставил Уокера вновь взглянуть на Кэйтлинн, когда та открыла её.

Хан замер на несколько секунд, осматривая комнату. Кэйтлинн отступила назад, но он всё ещё не двигался. Уокер окинул комнату взглядом, будто впервые её увидел.

Кровать была сломана, а матрас был сдвинут с каркаса, картины висели криво, и по всей комнате валялись остатки разбитых рам. Он заметил, что занавеска для душа была сорвана с большинства крючков, а сиденье унитаза – сломано. Уокер бросил взгляд на свою маму, когда та не смогла сдержать смешок.

– Всему виной хороший секс, или у неё были проблемы с тем, чтобы убедить тебя в том, что ты не поедешь с ней?

Уокер покраснел, когда его отец вошёл в комнату и присвистнул.

– И то, и другое. Здравствуйте, миссис Боуэн. Спасибо, что приехали забрать его. Он немного…

– Ты сделал это с ней? – Прогрохотал Хан, когда Кэйтлинн внезапно встала перед ним. – Уйди с моей дороги, человек. Я не…

Хан оказался на полу, завалившись на спину, а Кэйтлинн поднесла оружие к его голове.

– Только пошевелись – и я застрелю тебя. Я чертовски устала от того, что ты обращаешься ко мне, будто я – грязь на твоих ботинках.

– Не убивай его, дорогая. У тебя и так достаточно того, чему стоит найти оправдание. – Уокер перевёл взгляд на свою маму, когда она заговорила: – Да ладно тебе, Хан. Скажи этой милой девушке, как ты сожалеешь, что дал ей повод наподдать тебе под зад, и мы заберём Уокера домой.

– Я никуда без неё не уйду. Я уже говорил ей это несколько раз и… Думаете, что–то изменится из–за присутствия моего брата? Моя кошка хочет убить его из–за того, что он прикасается к тебе.

Кэйтлинн обвела взглядом всех собравшихся, прежде чем остановить его на Уокере. Она не выглядела счастливой, и он не мог её винить. Это не закончится так, как он рассчитывал. Она медленно отодвинулась от Хана, но не убрала пистолет от его головы. Когда она поднялась, Уокер заметил кровавое пятно на её ноге и ещё одно, чуть больше, на бедре – её рана вновь открылась.

– Отпусти меня, Кэйтлинн. Мне нужно осмотреть твои раны.

Он услышал шум и начал поворачиваться в сторону его источника, когда внезапно оказался на полу, а Хан схватил Кэйтлинн.

– Чёрт подери, я же говорила, что он найдёт меня. – Она достала ещё один пистолет, и протянула его Хану. – Ты знаешь, как это использовать?

– Да, но почему я должен прикрывать твою задницу? Ты – причина, по которой это всё происходит. – Он вернул ей пистолет, начав подниматься, но Линн вновь сбила его с ног – и на этот раз Хан отбил её атаку.

Уокер не знал, в какой момент он подорвался из кресла, перевоплощаясь, но они столкнулись с Ханом, готовые убить друг друга. Уокер был настолько в ярости, что его совершенно не волновало, что перед ним его брат. Резкая боль в ноге заставила его остановиться, мужчина повернулся, замерев, и увидев, как Кэйтлинн направила на них двоих пистолет. Он даже не услышал выстрела, но именно в тот момент понял, что у неё на этой огромной штуковине есть глушитель. Хан, низко зарычав, направился к ней, но она прострелила ногу и ему.

– Вот как это будет теперь работать. Я устала возиться с вами, люди. Я никогда этого не хотела. Всё, чем я занималась – заняло некоторое время моей работы, так что мне стоит отыграться за то, что никогда не должно было произойти. За это время я обнаружила, что на самом деле, мой босс – ублюдок и лжец; в мире существуют вер–пантеры, и один из них ненавидит меня больше, чем я сама. – Она пожала плечами. – Но это не относится к делу. Я собираюсь выйти за эту дверь, и, если хоть кто–то заметит вас – я убью его... Понимаете меня? – Никто из них и не пошевелился, и она указала пистолетом на их головы. – Я знаю, что вы можете меня понять, чёрт возьми – я не хочу, чтобы тот человек снаружи пострадал. Так что ответьте мне, чёрт подери.

Хан зарычал, и она вновь выстрелила в него. Линн, предполагала, что они исцеляются достаточно быстро – и её следующее заявление лишь подтвердило это.

– Я знаю, что ты не умрёшь от этого, потому что этот человек получил это внутрь, и ходил вокруг, как ни в чём не бывало. Но я чертовски уверена, что, если я прострелю твою долбанную голову – ты не излечишься уж точно.

– Нет, моя дорогая, они не смогут. Но я хотела бы сказать, что твоя рана вновь открылась. – Его мама поднялась и медленно приблизилась к Кэйтлинн, тихонько заговорив: – Я хотела бы переговорить с тобой, если ты не возражаешь. Есть кое–что, что тебе нужно знать. Это, в особенности, касается вас с Уокером.

– Нет никаких «нас с Уокером». Это то, что я пытаюсь сказать. – Она слегка покачнулась, и Уокер отпустил свою кошку, чтобы иметь возможность обратиться. Кэйтлинн направлялась к двери, когда он, натянув свои боксёры, медленно двинулся за ней. Рана в ноге только начала затягиваться и всё ещё адски болела, но Линн была гораздо важнее этого. Она даже не добралась до двери, когда упала в его руки.

– Её засекли. Она в отеле на Сороковом Шоссе. С ней какой–то мужчина, но нам пока неизвестна его личность, – сказал Нестор, входя в гостиничный номер. – У неё только её грузовик. Они отправились за ней без моего разрешения, и там было несколько выстрелов. Не уверен, почему ещё не появились местные жители, но это всё, что мне известно. Что Вы хотите, чтобы я сделал?