– За неделю до того, как я взорвала свой дом – они жили со мной. Но за короткий промежуток времени положение вещей изменилось от плохих к воистину дерьмовым, и я отослала их домой. Уже около недели они ждали, что я вызову их с Вашингтона. И, думаю, Дотти забрала оттуда все небольшие растения, которые я позволила ей держать в доме, – Уокер кивнул. – Я же говорила, что не знала потребности в деньгах. Думаю, мы могли бы построить им около твоего дома небольшую пристройку.

Вскоре они уже сидели в машине, что везла их по направлению к аэропорту. И пока пара не покинула лимузин, Уокер не много разговаривал. Ему хотелось знать, как он расселит их в доме и чем они будут весь день заниматься? Линн ответила, что не особо любила заботиться обо всём этом ежедневном дерьме – и они взяли эту работу на себя. Глядя в окно, мужчина продолжил:

– Есть что-то ещё, что мне следует узнать, прежде чем мы доберёмся до дома в Вашингтоне?

Они вошли в аэропорт, и МакКрэй кивнула в ответ.

– Например? Ты живёшь в особняке?

– Да. В нём слишком много спален и штат больше, чем у Президента. Плюс, – девушка указала на самолёт. – Это тоже принадлежит нам.

Линн понимала, что проживи она даже тысячу лет – девушка никогда не забудет то выражение лица своего мужчины, когда он увидел реактивный самолёт. Сначала подошла она, а затем и Уокер. И когда они оказались в салоне, поднявшись по ступенькам, оборотень посмотрел на Кэйтлинн.

– Как скоро мы приземлимся, и есть ли здесь кровать?

Услышав, что кто-то приближается к его камере, Джерри спрятал свой мобильный обратно в матрас. Пару часов назад он имел с этим некоторые проблемы, но вновь ждал звонка от Джексона. Этот человек должен был выйти с ним на контакт ещё пять часов назад.

Дверь камеры открылась, и мужчина поднял глаза. Раньше кто-то просто просовывал под дверью поднос с едой и уходил, но то, что на этот раз дверь открылась – это его удивило. Но когда Джерри увидел своего гостя, он даже не подумал встать.

– Здравствуй, Джерри. Давно не виделись.

Уоррен Руссо не заслуживал его уважения, и он не собирался признавать этого, отвечая мужчине.

– Я просто собираюсь… Оу, вот как.

Ему предложили стул, и сделала это никто иная, как Кэйтлинн МакКрэй – самая большая заноза в его заднице, с тех пор, как Джерри убил собственную мать. Прислонившись к открытой двери камеры, девушка улыбнулась ему. Мужчина решил, что как только это закончится, он вырежет рот с её лица и помочится на него.

– Какого чёрта ты жива?

Он не собирался говорить этого вслух и разозлился, когда МакКрэй только посмеялась над ним. Мужчине стоило бы научиться контролировать то, что он говорит. В последнее время это становится всё более проблемно.

– Иногда мне тоже это интересно. Но я жива и здорова, и уж точно не благодаря тебе и Гаррету.

Когда Кэйтлинн закинула руки за голову, Джерри увидел её значок и пистолет. Грёбанная сучка обыграла его.

– Уведите её отсюда. Если хочешь поговорить – отлично. Время попусту, но я не собираюсь терпеть её издевательства.

Джерри оглянулся на телефон, когда один из пришедших покинул камеру. Он знал, что тот на вибрации, но мужчина смог уловить шум от этого.

– Мы отключили тебе обслуживание. – Смолл посмотрел на Линн, когда та заговорила. – Мы сделали это, когда твой приятель Нестор, сказал, что припрятал здесь один для тебя. Он просил передать тебе «привет», между прочим. Он был крайне полезным для нас.

Нестор. Джерри задумывался о том, что произошло с этим человеком. Гаррет однажды сказал ему, что у этого паренька больше компромата на людей, чем у него самого. Мужчина отвёл взгляд, задумавшись о том, что Нестор мог иметь на него. И лучше бы приспешнику Гаррета помалкивать… Он вновь посмотрел на МакКрэй, когда та заговорила, переспросив её, что она сказала.

– Я сказала, что мы заполучили и Джексона. Он не столь же разговорчив, как Нестор, но у нас достаточно на него информации, чтобы Джексон был послушным мальчиком. Вы долго работали вместе, и теперь у нас есть все записи, которые Нестор достал для тебя и Гаррета. Просто прекрасно, что Нестор сделал это, не правда ли? Между прочим, его и твои деньги, как и всех остальных участников, помогут огромному количеству людей.

Если у неё был Джексон, тогда она владела большим количеством информации, чем располагал в этом заточении Джерри. Не то, чтобы мужчина собирался задержаться в тюрьме, но кажется, его, Джексона и многих других приговорили к расстрелу. Заключённый посмотрел на МакКрэй, когда Уоррен вернулся в камеру – Президент отлучался, чтобы ответить на звонок.

– Не понимаю, о чём ты. И, конечно же, я не знаю ни единого морского пехотинца по имени Джексон. Ты спутала меня с кем-то другим.

Когда Кэйтлинн рассмеялась, запрокинув голову, Джексон попытался понять, что же такого смешного он сказал.

– Ох, Джерри, мальчик мой, ты такой лжец. И это плохо. На самом деле, даже попытайся ты сказать правду – всё могло бы быть совсем иначе, – девушка опустилась перед ним на колени. – Я никогда не говорила, что он морской пехотинец.

Джерри сорвался. В тот момент ничто другое не имело для него значения, кроме, как убить её. И даже он сам. Потянувшись к МакКрэй, почувствовав, как его пальцы впиваются в горло девушки, мужчина сильнее сжал их. Она умирала, и это не могло не нравится ему.

Но что-то произошло… изменилось, просто под его руками. Прежде, чем Джерри успел отпрянуть, его пальцы поймали пустоту, а она была… Джерри не смог даже пошевелиться.

Мужчина был в ужасе: чёрная огромная пантера сомкнула вокруг его горла челюсти. Его мочевой пузырь не выдержал, и Джерри почувствовал запах горячей мочи под своими бёдрами. Что-то потекло по его шее, и он понял, что это была его кровь. Тем не менее, он окаменел, и только его глаза были в движении. Заключённый посмотрел на Уоррена, ничуть не удивлённого произошедшим.

– Возможно, ты захочешь быть очень тихим, Джерри. Кэйтлинн только недавно стала кошкой, и, боюсь, ещё не свыклась со своими новыми возможностями.

Джерри скосил взгляд на кошку, удерживающую его. Её глаза были синими, как море.

– Я знаю, о чём ты думаешь. Кэйтлинн? Исключено. Но, уверяю тебя, это она. Разве она не прекрасна? Не думаю, что даже бенгальский тигр, в которого обращаюсь я, смог бы сравниться с ней. – Джерри уставился на Уоррена. – О, я не упоминал об этом? Я – тигр. Редкий вид белого бенгальского тигра. Мои родители были очень счастливы, когда я родился.

Джерри почувствовал, как сжалась пасть пантеры, и мужчина был уверен, что она смеётся. Он вновь посмотрел на неё, решив, что происходящее не более, чем его сон. Стоит ему проснуться – всё исчезнет. Мужчина начал опадать на пол, когда боль в паху едва не заставила его рвануть из сильного захвата челюстей хищника.

– Осторожнее, дорогая. Ты же не хочешь вырвать его член. Хотя, возможно, это лучше того, что ждёт его в будущем, – поднявшись, Уоррен почесал кошку за ухом. – Я попросил её обратиться, но когда ты попытался убить её, то пробудил её инстинкт, что и вызвало оборот. К сожалению, одежда не будет в числе её удач, когда Кэйтлинн возьмёт контроль над своей кошкой. Кажется, теперь это меньшая из твоих проблем, не так ли? Что скажешь на то, что мы немного поговорим, пока Кэйтлинн удерживает тебя, пока не появится её муж?

Уоррен, потянувшись назад, взял сотовый, а после посмотрел влево, туда, куда раньше поглядывал Джерри. Внезапно раздался телефонный звонок, поймавший заключённого с поличным. Президент, нажав пару кнопок, включил его на громкую связь. Это был Джексон.

– Ты грёбанный ублюдок. Когда я выйду отсюда, я выслежу тебя, и отрежу твою грёбанную голову. Ты хоть представляешь, сколько денег я потерял, сидя в этой чёртовой тюремной камере? Миллионы. И ты вернёшь их мне.

Телефон вновь отключился.

– Это было раньше. Это голосовая почта, которую мы перехватили, прежде, чем изъяли его сотовый. Теперь он не счастливее, чем когда оставлял это для тебя, – Уоррен протянул кому-то телефон, сев. – Кэйтлинн, дорогая, твой муж здесь с запасной одеждой. Почему бы тебе не пойти обратиться, чтобы мы смогли продолжить разговор с Джерри? Он будет вежлив с этого момента – я уверен.