Спустя три дня после разборки, утром, как раз после зарядки и завтрака, но ещё до распределения бойцов, на нашем крыльце нарисовался Ким.

— Доброе утро, Влад, — произнёс он, правда, без особого энтузиазма. — Вас ожидает капитан Кириямо. Это по поводу той работы, про которую я вам говорил.

— Доброе, доброе, — ответил я ему. — А попозже нам никак?

Лейтенант с извиняющимся видом пожал плечами.

— Приказ, сами знаете, — произнёс он.

— Пять минут на сборы? — спросил я, а лейтенант разрешающе махнул рукой. — Дим, собери наших. Экипируемся и идём на аудиенцию. Магазины отстегнуть, оружие держать при себе.

Я первым подал пример, направившись в дом, чтобы одеться — в смысле накинуть всю снятую сбрую.

Спустя буквально пять минут мы были готовы. Шесть выбритых и подтянутых рыл в полном вооружении и с улыбками на устах. Лейтенант только покачал головой, после чего жестами приказал двинуться в сторону полицейского участка.

Прибыв на место мы, как и обычно, сразу же поднялись в кабинет капитана вместе с лейтенантом. За время нашего последней встречи у капитана разве что бумаг на столе прибавилось, а в остальном никаких изменений.

— А, доброе утро, господа, — произнёс капитан поднимаясь из-за стола. — Хочу вас обрадовать. Никаких противозаконных действий ни за кем из ваших людей выявлено не было, так что сейчас вы получаете, если можно так сказать, статус обычных граждан. Есть только одно препятствие: никаких упоминаний о ваших документах найдено не было.

— И что нам грозит? — спросил я.

— В принципе ничего серьёзного, кроме как прохождения процедуры регистрации ваших личностей и получения паспортов. Ходатайство на получение я вам выдам. Однако остаётся один неприятный момент — это обвинение в нарушении воздушного пространства. Вам придётся выплатить достаточно крупный штраф.

— Это не проблема, капитан.

— Не сомневаюсь. Но вам также понадобятся финансовые средства для аренды жилья. Я могу вам предложить остаться в вашем домике, а его оплату вместе с оплатой штрафа вы можете компенсировать небольшим делом.

— И каким же это? — спросил я, уже догадываясь, в какую сторону склонит разговор капитан.

— Для вас, думаю, лёгким. Нужно разобраться с одной местной бандой.

В принципе типичная ситуация: капитану своих людей жалко, нормальные люди на такое не подписываются, а нам это можно втюхать, поскольку отказаться мы всё равно не сможем. Капитан хороший тактик и стратег, я начинаю уже уважать его не только за его доброту.

— Выбора, как я полагаю, у нас нету? — спросил я.

— Конечно же, есть. Но, я думаю, для вас очевидно, какой выбор правильный.

— В чём заключается задача? — спросил Дима.

— Как я уже сказал, вам нужно обезвредить группировку бандитов. Зовутся они Роверами. Это та самая банда, что организовала засаду на караван. Тяжёлого вооружения у них нет, так что много возиться вам с ними не придётся. Убейте их или захватите — главное, чтобы они прекратили свою деятельность.

— Не вижу ничего сложного. Численность и расположение известны? — спросил я.

— После нападения их осталось около полутора-двух десятков. Расположение вам нужно будет разузнать самим, могу только сказать, что начать лучше всего с таверны «Скалолаз». Она располагается на пути в Инсуми и кто-то из знающих людей там гарантированно будет.

— А как же те подранки, которых лейтенант захватил после засады?

— Они сейчас в госпитале, в тяжёлом состоянии, — ответил капитан. — Поэтому добывать информацию нужно будет вам.

Несмотря на кажущуюся простоту задания, я учуял, что оно дурно пахнет. Слишком было всё просто. Может быть, я и преувеличиваю, но перестраховаться никогда не помешает.

— Капитан, при всём уважении, но для этой операции мне потребуется помощь ваших людей, — сказал я. — Местность мы совсем не знаем, не хотелось бы заплутать в лесу.

Капитан ненадолго задумался, после чего сказал:

— Думаю я смогу вам выделить людей. С вами пойдёт обойма лейтенанта Дейрена.

— Хорошо, капитан, но при одном условии. Так как это моя операция, то и подчиняться лейтенант должен мне.

Капитан хмыкнул.

— Хорошо, в этом есть смысл. Только помните, что с вами будут представители законной власти. Свобода действий у вас полная. С ваших ротапланов арест снят, поэтому можете задействовать их.

— Что насчёт трофеев?

— Технику советую доставить их на аэродром. Мы должны проверить, нет ли среди них украденного или угнанного. Если что-то после этого останется — то оно будет передано вам.

— Что-то мне подсказывает, что нам не достанется ничего. Ещё один вопрос, а вернее, просьба. Мне нужны подробные карты острова и района, где искать банду.

— Хорошо, я передам их через лейтенанта Дейрена.

— Чудно. На этом вроде бы все вопросы исчерпаны.

— Тогда можете идти. О ваших документах поговорим после вашего возвращения.

Не прощаясь, мы направились на выход, а лейтенант, который ждал за дверью, направился получать указания от капитана. Вот мы и дождались сейчас того, что нас приняли в местные жители. Выйдя на улицу, я начал раздавать приказы:

— Дима, Лёха, Саня, ваша задача перегнать наши вертушки на местный аэродром. Придётся вам немного навести шухера, но перегоните их туда брюхом по земле. После чего остаётесь и ждёте нас. Мы подождём нашего дорогого лейтенанта.

Бойцы оперативно отправились выполнять команду, остальные же пристроились на лавочку около дороги напротив полицейского участка. Долго ждать лейтенанта и его людей не пришлось — они появились буквально через несколько минут в составе четырёх человек.

— Капитан Кириямо приказал вас сопровождать, — произнёс он.

— Отлично, — ответил я. — Значит так, парни, во время поисков мы подчиняемся вам, поскольку я хуже знаю местность, но во время боя вы подчиняетесь нам, поскольку пушками мы умеем работать значительно лучше. Если вас не устраивает такой расклад, то из боя вам придётся выбыть и ждать в стороне.

— Ну уж нет, так просто вы от нас не отделаетесь, — ухмыльнулся лейтенант. — Но учтите, на амбразуру бросаться не будем.

— Ким, мне ни к чему вас отправлять в больницу или на кладбище, но вам придётся повиснуть на хвосте у меня и выполнять любые мои приказы. Даже самые абсурдные.

— Хорошо, будем считать, что мы пришли к согласию. Да, капитан Кириямо просил вам передать карты, — лейтенант протянул мне два бумажных свёртка.

Да, отвык я уже от подобного носителя информации. Для меня «передать карты» — это в крайнем случае выдать портативный носитель с информацией, но никак не выдать рулон разрисованных обоев. Конечно, в Академии нас учили пользоваться подобным антиквариатом, но я как-то больше привык к трёхмерным моделям и цифровому моделированию. В любом случае, эти рулоны обоев лучше, чем вообще ничего.

— Замечательно, — я сложил карты во внутренний карман. — Значит так, сейчас мы все следуем к нашим вертушкам на аэродром и там определяемся с нашими дальнейшими действиями. Поскольку у меня нет наземной техники, то придётся работать с воздуха. К тому же мне нужно перенастроить наши рации на общие и местные каналы. После бури у меня все настройки сбиты.

— Стоп, вы хотите отправиться к «Скалолазу» на своих ротапланах? — недоумённо спросил лейтенант.

— У тебя есть варианты? Я с удовольствием их послушаю.

— Так там ведь нет взлётной полосы. Как мы будем приземляться?

— Как получится, так и приземлимся. Нашей технике не нужен специализированный аэродром, в чем ты мог убедиться при нашей первой встрече.

— Ну, в таком случае, ладно — Ким пожал плечами.

— Так, вопросов ни у кого нет? Все знают, что мы делаем? — я окинул всю братию взглядом. — Тогда рысью к аэродрому. Ким, с тебя короткий путь.

Лейтенант оглянулся на своих бойцов и уверенным шагом направился по улице. Я кивнул своим, и мы смешались в строю.

До аэродрома мы добрались очень даже быстро. Лейтенант уверенно проскочил половину пути какими-то закоулками и дворами, но вывел нас точно к входным воротам аэропорта. Охранник на посту посмотрел на нашу процессию, после чего открыл ворота и впустил нас. На аэродроме творилась небольшая паника, вызванная нашими вертушками: поскольку конкретных указаний не было, то мои бойцы просто приткнули их почти впритык к зданию. И теперь вертушки окружала очень даже внушительная толпа, которая, по счастью, была больше любопытна, нежели недовольна. Лично мне хотелось материться громко, во весь голос и отборными матами. Очередной залёт на почве незнания местной специфики. Я тяжело вздохнул и направился в гущу народа, где невозмутимо стояли около центральной вертушки мои люди.