— Сейчас!

Я направила все внимание на размытую фигуру справа. Я пела, глядя на его крупное тело, ощущая силуэты локтей и бедер, движение губ, дрожь мембраны в горле. Магия растягивалась и дрожала, но несла мою волю. Я обвила ею парня.

Его чары рассеялись, и стало видно испуганное лицо, приподнятые руки, приоткрытый рот. Его напряженные мышцы боролись с моими чарами, но я могла игнорировать это. Первые пару секунд было даже просто.

А потом свет вспыхнул перед моими глазами, пошатнув шпиль, к которому я прислонялась. Десмонд выругался, и моя концентрация прервалась. Я потеряла хватку на парне передо мной, и он оживился.

«Нет».

Удар сбил Леони на спину, ее плечо выгнулось под неестественным углом. Она застонала, пытаясь сесть.

— Десмонд! — сказала я.

Он уже спешил помочь ей. Я повернулась к платформе противников. Теперь я четко видела троих; мы рассеяли их обличья.

Тощий парень метнул в нас снова свои лезвия. Приша прокричала стихотворение, что укрепило новый щит перед нами. Заряды энергии отлетали от него в землю, оставляя вмятины на поверхности.

— Arru arru, — снова запела я, пытаясь направить намерение на всех трех противников. Я поймала двоих — крупного парня и девушку рядом с ним, которая и наколдовала вспышку. Конечности. Рты. Горло. Замрите.

Было тяжело. Боль растекалась по моей спине, ногти покалывало. Приша выпалила еще строку, Финн вторил ей, и тощий парень тоже застыл.

Десмонд закончил шептать над Леони. Она выдохнула с облегчением, и магия задрожала иначе. Оживляясь. Она окружила меня, укрепляя мое внимание.

Погодите. Я уже такое в ней ощущала раньше. Когда мы исцеляли до этого. Может, эффекты наших чар работали не только в одну сторону. Если разрушения ослабляли магию, то исцеление и творение восстанавливали ее.

Мы не могли использовать эти знания сейчас, но в мире вне арены это было важным. Это означало, что еще была надежда восстановить ущерб.

Я прижала крупного парня и девушку к месту еще сильнее. Наши чары не вредили магии, не укрепляли, но и не ослабляли ее, но они влияли на нас. Боль поднималась по моей спине.

Финн дрожал рядом со мной. Остальные тоже уставали. Даже если Десмонд и Леони перехватят одного из моих, час я не простою, тем более — весь день, так сосредоточившись.

Порез на плече болел. Глаза пылали все сильнее. Рано или поздно — рано — один из нас сломится, и наши противники могли задумывать кошмарные чары, пока стояли там.

Я втянула нас в это. Мне нужно было найти решение, которое не даст всему рухнуть. Чтобы мы как-то продержались.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

Финн

Конечно, экзаменаторы надеялись, что мы многому научимся во время Экзамена: узнаем о своих способностях и рамках, о том, каким беспощадным бывает противник, о своем месте в мире и об абсолютной власти Конфедов. А я сделал для себя главный вывод — всегда помнить, что любая плохая ситуация могла стать еще хуже.

Искусственное солнце обжигало мое лицо, опаляло лоб, поддерживая головную боль. Ребра снова ныли. Напряжение колдовства впивалось шипами под ногти. Я хрипел, хоть и шептал.

Я растягивал слова, стараясь сохранять темп медленным и устойчивым. Я смотрел на конечности кудрявого парня, пока Приша сосредоточилась на деликатной работе вокруг его лица и горла.

Остановить его движения и удерживать на месте — это было моей единственной ответственностью.

Дрожь магии задела мои уши, и ладонь юноши ускользнула от меня. Он хлопнул ею по бедру, стал колдовать без слов.

Мои легкие сжались, я выпалил строку на греческом громче и поймал его раньше, чем искра замерцала в воздухе вокруг него. Боль пронзила голову. Сухие губы покалывало, когда они задевали друг друга при колдовстве.

Приша бубнила под нос, сидя на коленях рядом со мной. Ее спина дрожала. Насколько устала она?

— Я ее забрал, Рочио, — сказал Десмонд.

Девушка с другой стороны от меня выдохнула. Она удерживала двух противников в одиночку.

— Видимо, я — поддержка, — сказала Леони за нами.

Я не знал, насколько Десмонд помог ей с плечом, но она звучала достаточно бодро. Если бы с нами были трое или четверо таких, как она, я бы ощущал больше надежды. Рочио, может, еще и держалась, но остальные скоро выдохнутся.

Ярость юноши дрожала в его мышцах. Рочио пыталась спасти их, но они хотели нас убить.

Мысль едва мелькнула в моей голове, когда взрыв сотряс воздух, и земля под нами пошатнулась. Рочио схватилась за упавший шпиль, ударилась подбородком о камень. Я упал на зад, и Приша рухнула на меня. Десмонд испуганно выдохнул откатившись к Леони. Наши чары рассеялись.

Крик раздался с открытой земли, где на платформе устроились наши противники. Их платформа раскололась. Одна половина летела к земле, а с ней — девушка с топориком и кудрявый парень. Крупный парень отшатнулся и чуть не сорвался с другого края, но смог ухватиться за шпиль. Земля дрогнула еще раз, и он улетел к остальным.

— Быстрее! — сказала Рочио, потирая ушибленный подбородок и кривясь. — Нужно остановить их, пока они не вернулись.

Приша и Леони уже бежали к упавшему шпилю.

— Я могу подержать одного, — сказала Приша. — А ты пока отдохни.

— Но не забудь поддержать, слышишь? — добавила Леони.

Десмонд выпрямился, когда землетрясение унялось. Он потирал висок. Как его голова? Осколки головной боли почти пропали, как только я перестал колдовать, но нервы все еще пылали в голове. Пустой желудок сжался.

— То был ваш одноклассник? — сказал Десмонд. — Взрыв? Он еще бегает рядом?

— Не бегает, — сказал я. — Но у него были те камни… Они явно зачарованы. Но другие так сильно не били.

— Чтобы призвать землетрясение, нужно много сил.

— Ага. Вряд ли это был он. Он не блистал талантом, — я взглянул на край дюн, где оставил Кэллама. — Это могла быть Лейси. Она еще рядом.

— Или оба, — отметил Десмонд. — Может, они займут друг друга до конца дня.

Земля подпрыгнула, и я прижал к поверхности ладони. В голову пришла пугающая мысль.

— Или никто из нас. Это может быть очередная часть проверки. Экзаменаторы любят сбрасывать нас, это я уже заметил.

Десмонд скривился, и Приша заерзала. Вчерашнее признание ударило меня по животу. Я почти забыл в нашей борьбе за выживание: Она знала поведение экзаменаторов лучше всех нас. Сейчас она ничем не могла помочь. Мы остались одни.

Я встал на шатающиеся ноги и прошел к обломанному основанию шпиля. Эта часть доставала мне до плеча, по краям были острые зазубрины. Три противника напротив лежали без движения среди обломков их платформы. На нашей стороне Рочио пока что была спокойной, а Приша блестела от пота. Леони выдавливала слова, стиснув зубы.

Кэллама или Лейси все еще не было видно среди дюн, но это настораживало только сильнее. Если бы я увидел их, то хоть знал бы, где они.

Время было нашим врагом, вяло тянулось, пока чары выматывали нас. Tempus edax rerum. Еще даже полдень мог не наступить. Придется терпеть еще часы. Почему бы экзаменаторам не затягивать этот день?

— Десмонд, — выдавила Приша. — Меняемся?

Он прислонился к шпилю рядом с ней. Через пару мгновений она отпрянула.

— Спасибо.

Земля задрожала, словно напоминая нам, что у нас есть проблемы серьезнее в оставшиеся несколько часов. Я прижал ладони к обрубку шпиля, вспоминая, как просто Леони сломала его молотком и своим талантом.

Я не мог полагаться на свою магию, но мог ли найти другой инструмент? Неподалеку стояла пара хижин.

— Они проверили все с этой стороны, Финн, — Приша заметила мой взгляд. — Уверена. Ты нужен нам здесь.

Проверили ли? Не факт. Я оттолкнулся от камня и пошел к черному скошенному силуэту. Нужно хоть попытаться помочь.

Я присел и заглянул в хижину. Там было пусто, как предсказывала Приша.

Я отошел, левую руку пронзила боль. Чары онемения рассеивались.

Боги, как глупо я когда-то представлял, что могу быть в защитном отряде Конфедов, защищать всю нацию? Я едва держался сам. Даже Кэллам с раненой ногой и почти без магии влиял на бой больше меня.

Я нанес урон в том теневом доме в Иране, когда вытаскивал магию из своих глубин и бросался всем, чем мог.

Я остановился возле неровно обломанного основания шпиля. Я посмотрел на троих на земле. Как-то раз я смог вызвать много силы. Лишь на миг, и она требовала больших психических и физических затрат, но я смог. Мне не нужно было тратить столько, чтобы победить тут.

Я все еще мог стать Чемпионом. Если я направлю волну огня или электричества в наших врагов, если уничтожу еще три жизни, я покажу себя именно таким солдатом, какого ищет комитет Экзамена. Я могу даже закончить Экзамен. Нас останется семеро. Экзаменаторы ведь остановят проверку?

Логика Кэллама даже казалась неплохой. Они не захотят терять перспективных солдат.

Решение было простым и понятным — но я сглотнул, словно ком в горле весил тысячу пудов.

Может, если бы противники бежали на нас в атаке, если бы я срочно спасал наши жизни, я бы смог защититься. Но пока они беспомощно лежали там? Нет. Я смотрел на трех беззащитных новичков не старше меня, новичков, которые четыре дня назад стояли во дворе, неподготовленные и не осведомленные, как и я. Они могли оказаться тут не из-за того, что им нравились ужасы, а потому что этот вариант показался им лучшим из худших.

Магия не послушается того, что я не хочу делать.

Я не был солдатом, какого хотели экзаменаторы. Никогда не был и не стану. Даже если я был бы рад провести остаток жизни на такой службе, мне не суждено было стать Чемпионом.

Леони резко выдохнула, и кудрявый парень дернул ногой. Я напрягся, решил колдовать, но он замер снова.

Она покачала головой.

— Я в порядке, — сказала она. — Еще немного продержусь.

Приша разглядывала разгромленную арену.

— Конечно, простаки боятся магов, — пробормотала она. — Если мы можем делать так против друг друга…

— Точно, — сказал я с хриплым смешком. Если бы люди без магии прослышали, что Конфеды заставляли своих детей убивать друг друга, они не доверились бы больше ни одному магу. Экзаменаторы не смогли бы проводить такой тест без щита над ареной, что мешал правду просочиться…