Глава 16. Брат

Йен вышел на дорогу. Широкая — с десяток шагов нужно, чтобы пересечь. Но дальше за ней — опять лес.

— И как понять? — тихо спросил он у ближайшего куста. — Вышел я из лесу или нет?

Легкий ветерок прошелестел травой под ногами, толкнулся снизу в ладонь, пробежался по мелким курчавым листочкам на кусте — и те сдвинулись в сторону. И что-то знакомо блеснуло на земле — Ирхан вновь бросил с высоты луч, будто пальцем ткнул: вот твое оружие.

Йен присел, осторожно отвел ладонью ветку в сторону, поднял меч.

— А ушастого? — тихо спросил у куста. — Его ножики не отдашь?

Ветер молчал. Куст — тоже.

— Ладно, — пожал плечами Йен, взялся за рукоять меча и поднялся. — Ла…

Осекся.

Потому что увидел, что совсем неподалеку, у обочины напротив стоит Риирдал. Вроде как Риирдал…

Йен прищурился, рассматривая. Зарос, осунулся, не причесывался, очевидно, давно… Но меч в руке и веревка на плече — все было на месте. Просто сбивал, совершенно сбивал взгляд, несвойственный тому Риирдалу, которого знал Йен. Глаза у него сейчас были — очень большие, круглые и совершенно растерянные.

Как будто он никак не мог понять, откуда Йен взялся на дороге. Почти напротив. Взял и вышел из лесу. Гнался Риирдал за ним, значит, гнался, а тут раз — и гнаться уже не надо. Просто подарок судьбы какой-то, да, Дал?

А Дал к подаркам судьбы не привык. Он привык всё зубами выгрызать…

“Мало я тебе в детстве зубов обломал?” — подумал Йен и ухмыльнулся.

— Серьезно, — сказал он, — Риирдал, если я со скалы прыгну, ты тоже за мной прыгнешь?

И только теперь Дал пришел в себя.

— Прыжок со скалы тебя не убьет, — отозвался он и легко двинулся вперед, веревка, будто сама собой, скользнула с плеча в руку. — Потому да, прыгну, чтоб добить.

— Мама тебе не говорила… — Йен попятился, отступая к лесу. — Что если все будут со скалы прыгать, то…

Он не договорил — не успел. Риирдал взмахнул рукой, веревка свистнула в воздухе, Йен швырнул меч под ноги и прыжком оказался за тем самым кустом, с которым недавно говорил. Бросился вперед по тропинке, прыгнул за дерево, выкрикнул:

— Оружие! У него оружие!

Хотя это было необязательно — лес уже и сам все понял: Йен услышал, как Дал вскрикнул за спиной. Как хлестко свистнули ветви. Как хрустнуло что-то: то ли он их разрезал, то ли они что-то ему сломали… Йен решил не разбирать.

Медленно развернулся и снова зашагал к дороге. Тропы под ногами не было, но направление он примерно помнил. А что наступит еще на пару кустов по дороге — так меч они ему уже отдали. Пускай обижаются, если им вздумается.

Когда он вышел на дорогу, в лесу уже все затихло.

Йен поднял меч, прислушался.

Да, все тихо. Даже как-то… слишком тихо. Сколько времени нужно ушастому, чтобы подраться? Сколько времени его ждать?

И имеет ли смысл ждать? Или…

“Или я снова остался один?”

Йен не то, чтобы сильно привязался к эльфу, скорее, наоборот, все думал, что рано или поздно отвяжется, но не сейчас, чуть позже. Пока им было по пути, правда, в основном, потому что идти обоим было некуда. Но эльф со своим умением размахивать оружием чаще приносит пользу, нежели вред. И стал уже привычным под боком.

А что теперь?

Сколько теперь его ждать?

Ждать ли?

И не выйдет ли сейчас на дорогу, вместо эльфа, Риирдал, который не дурак и тоже вполне способен договориться с пеньком.

— Хорошо, — пробормотал себе под нос Йен и огляделся. — Хорошо…

Широкими шагами пересек дорогу и оказался в зарослях по ту сторону. Лес тут был таким же, разве что — тише. Ни крика птицы, ни шороха травы, ни шелеста веток.

“Рядом с дорогой птицам не место, — подумал Йен. — А не шелестит ничего, потому что ветра нет…”

Ни малейшего дуновения. Ни капли свежего воздуха. Тяжелая влажная жара. Йен сделал еще несколько шагов вглубь, остановился у огромного корня, торчащего из земли, легонько пнул его и прислушался. Никто не возмутился, никакие кусты на него не напали, и он осторожно на корень присел. Удобное место — он дорогу видит, его с дороги за зарослями видно плохо. Так, по крайней мере, кажется…

Закрыл глаза, привалился спиной к стволу дерева, вытер рукавом со лба пот.

“Что, жарко, зверюга? — мстительно подумал, обращаясь к монстру внутри, потому что хотелось злиться и ругаться, но было не на кого. Не на себя же! — Привык по снегам прыгать? А вот тебе! Будем вместе тут вариться!”

Открыл глаза и вздрогнул. Тут же зажал себе рот ладонью, будто боялся, что скажет что-то без своего ведома — впрочем, он мог — и вжался спиной в дерево еще больше.

На дорогу медленно опустилась огромная черная виверна. Приземлилась тяжело, припала на одну лапу.

Со спины виверны спрыгнул Рэй.

И мысли как-то разом закончились.

“Нет, — подумал Йен. — Нет-нет-нет…”

Почему-то казалось, что Рэй должен был измениться за это время. Что прошло так много времени, что Рэй просто не может остаться таким же. Но он остался. Та же черная копна на голове, та же устрашающая щетина, тот же сапог, обмотанный серой тряпкой. Разве что — слишком грузно спрыгнул. То ли ранен, то ли устал.

Рэй пристально глянул Мирту в глаза, осмотрелся, потом уставился на дорогу. Следы. Конечно же, он увидит следы…

“Успокойся и думай, — сказал себе Йен. — Думай! Веревки у него нет, меч — на поясе. Травы, порошки… Не видно ничего, но знать бы, что у него в карманах… В карманах может быть все что угодно, Рэй с детства любит всякую гадость подбирать… Нет, стоп! Не то думай! Сейчас он пойдет к тебе, и — что? Надо успеть раньше. Надо, чтоб он пошел по следам, увести его дальше, сделать круг и вернуться туда, где отберут оружие. Рэй без оружия не умеет, так что остановить его получится. Проблема — даже если заложу петлю и уведу Рэя, нужно будет пересечь дорогу, а посреди дороги — Мирт… Скотина-переросток!”

Рэй поднял голову и двинулся прямо к нему.

Йен тихо выдохнул, отпустил рукоять меча, сорвался с места и рванул прочь.

Меч, конечно, красивый. Но без него бегать по лесу проще. А защититься с его помощью… Нет, Йен умел реально оценивать собственные шансы.

Хотя бежать было все равно трудно. Чертовы корни лезли под ноги, ветви хлестали по лицу, дышать было все труднее в застывшем горячем воздухе, и он не знал, совершенно не знал, насколько близко Рэй. Где вообще Рэй. И куда бежит он сам.

Повернул в сторону, прыгнул через лежащее посреди дороги дерево, обогнул еще одно, стоячее, перемахнул через низкий куст. Над правым плечом свистнул тяжелый кинжал, Йен тут же свернул левее, и… отшатнулся потому что ветка перед глазами появилась слишком внезапно. Круто развернулся, чтобы бежать дальше...

Замер.

Рэй стоял в десятке шагов, и как раз между ними заросли будто нарочно расступились. Проклятые кусты! Вечно растут не там, где надо! Или движутся не туда, куда надо — кто их знает, как в этом лесу дела обстоят, и какой пенек тут главный…

— Хватит бегать, — глухо сказал Рэй.

— Бегать полезно для здоровья, — ухмыльнулся в ответ Йен. — А ты знаешь, что в лесу через дорогу живой пень? Хочешь, познакомлю?

— Хватит... — повторил Рэй и двинулся вперед.

Деревянными шагами — будто ноги его плохо слушались.

“Отлично, — подумал Йен, и надежда сбежать вспыхнула с новой силой. — Слишком устал, да? И последние силы, небось, потратил, чтобы меня догнать? А я еще могу бегать. Я всегда могу бегать…”

— Опять в смолу вступил, — хмыкнул он, ухмыляясь шире. Кивнул на ноги Рэя.

Тот коротким рубленым движением рванул меч из ножен: слишком хорошо знал Йена, чтоб опустить взгляд и дать ему мгновение для рывка.

“Стоило попытаться…”

— Не. Двигайся, — отчеканил Рэй. И вынул вторую руку из кармана.

“Порошок, — подумал Йен. — У него там порошок, но использовать порошок он сможет только, если близко подойдет, иначе его развеет… Да где же проклятый ветер?!”

— Жарко тут, да? — спросил Йен и шагнул назад. — Вот так не двигаться? А так? — и еще раз шагнул, немного в сторону. Не двигаться было нельзя. Наоборот — нужно найти момент для разворота, для прыжка в сторону… Увидеть бы только, куда бежать.

Расстояние — оно сейчас спасает. У Рэя нет веревки, нет стрел, кинжал он уже бросил, и был бы второй — он был бы в руке вместо порошка. Или был бы уже в груди у Йена…

Йен покосился в сторону в очередной раз. Еще шаг, ему нужен еще шаг — а там дальше просвет в зарослях, там дальше можно бежать.

Рэй, наверное, увидел это в его взгляде, как-то почувствовал. Или просто разозлился, что Йен его опять не слушает. И швырнул меч. Ничего не оставалось, как дернуться в сторону, а больше Йен ничего не успел.

Меч, вращаясь, просвистел над ухом, а через мгновение Рэй был уже рядом. Схватил за воротник, припечатал к стволу, швырнул в лицо порошок. Йен закашлялся, горло обожгло, в глазах защипало, и слезы сами хлынули наружу.

“И так нет воздуха… — подумал он, задыхаясь. — Нет…воздуха…”

Рэй отпустил, Йен упал на землю, услышал как будто очень издалека шаги — Рэй двинулся за мечом.

Рэй вернулся. Остановился над ним.

“Можно и без… меча… и так задохнусь…” — подумал Йен.

А Рэй вдруг очень тихо — или показалось, что тихо сквозь удушающую пелену — начал считать.

— Раз, — сказал он. — Два, три…

“Да ты издеваешься!” — подумал Йен и наконец разозлился.

-- Нич-чего с-себе… — через силу выдавил он. — Ты считать уме… — и вместо последнего слога рывком поднялся на локте.

— Четыре, пять, шесть…

— Долго… учился? — поднялся на колено.

— Семь, восемь, девять…

На ноги.

Держась за дерево, в которое только что впечатали, но на ноги. И сквозь пелену — посмотреть в глаза.

Рэй стоит прямо перед ним. И меч — наготове. И тоже смотрит в глаза. В нем тоже много злости. Но что его злость — мелкая, человеческая, — по сравнению с той волной, что сейчас поднялась в Йене? Жаль, не получится превратиться — порошок мешает, держит зверя. Но зверь — это всего лишь форма. А Йен и есть Затхэ. Он сам — монстр. Ему не нужны клыки и рога.

Он — ярость.

— …десять.

— Тебя повесить! — выдохнул Йен, и Рэй удивился.