Глава 19. Бери меч

“Где ж в тебе столько веса помещается?” — сердито подумал Йен, в очередной раз пытаясь уложить тушку Нивена на плече. Плечо болело, эльф так и норовил соскользнуть, и Йен уже всерьез решил, что еще раз соскользнет — пусть себе и падает. 

Изредка Йен косился на Мирта, который тащил на себе Рэя, и раздумывал над тем, что Нивена, если не уронить, то хоть Мирту на спину переложить. Конечно, Нивен для Мирта чужак, и по идее тот должен будет его стряхнуть. Но на его спине уже лежит Рэй. И стряхивая эльфа, он случайно стряхнет и хозяина. А этого Мирт допустить не сможет.

Велик риск, что Мирт при таком раскладе сломается. Что его, скотину своенравную, просто разорвет между двумя взаимоисключающими решениями. Но скорее всего, он просто упадет. И так уже едва плетется. Рэй, гад, совсем загнал. Уж до чего Йену плевать на всех вокруг, но даже он до такого состояния виверну бы не довел.

Йен и Мирта уже фактически тащит за собой. Руку почти что судорогой сводит — так сжимает поводья. Он даже меч свой отложил ненадолго — привязал к Мирту где-то рядом с Рэем, потому что если в одной руке у тебя эльф, а в другой виверна, Весло тебе нести остается только в зубах.  

И все-таки… И все-таки интересно, что Мирт сделает, если подбросить ему еще и Нивена.

Да и плечо болит…

Рогатая ушла далеко вперед, и Йен не был уверен, стоит ли делать привал: вдруг тропа исчезнет, а рогатая потеряется? Ну, точнее, потеряются они, а она не захочет их находить? Кто ее знает, что там в рогатой башке происходит…

Кошка вновь перемахнула с ветки на ветку над головой. Мягкая бесшумная тень. Йен поежился — вспомнил Снежных волков. Те так же пролетели над головами… Знает ли о том селении Рэй? Вряд ли, он сказал бы. Первым делом сказал бы об этом, а уж потом — о битве под стенами Даара. Потому что погибнуть в битве, считает Рэй, это совсем не то, что погибнуть, сидя у себя дома и никого не трогая. А объяснять ему, что разницы тут никакой, что так, что этак — умираешь... объяснить это невозможно.

Не та система ценностей.

Итак, Рэй наверняка не знает.

Что сделает, когда узнает?

Дурацкая кошка… Ее рогатая следить за ними, что ли, оставила? Кошка точно с ушастым подружилась бы, он тоже так может. Может, в таком случае, его на кошку погрузить? Или это надо, чтобы сначала он пришел в себя, попрыгал — и только потом грузить? Когда кошка его своим признает?

Нет, он невозможно тяжелый!

Всё, пора его сбрасывать. Йен как раз собирался уронить ушастого и, возможно, сделать вид, что не заметил, чтобы проследить за тем, как поведёт себя кошка. Но не успел: Нивен дернулся раньше, чем он придумал, куда и как его ронять. Уронить пришлось прямо под ноги.

Нивен вскочил, шатнулся, схватился за дерево, мотнул головой, зачем-то снова набросил капюшон. И только потом распрямился, выдохнул, огляделся.

— Жарко же... — пробормотал Йен, разминая плечо. Покосился на замершего за спиной Мирта.

Тот напряженно таращился на Нивена. Нивен ему явно не нравился. Впрочем, ему все, кто не Рэй, не нравились. Стоит, не дергается. Не может уже, наверное, дергаться.

Йен снова глянул на Нивена. Спросил:

— Идти можешь?

Тот запрокинул голову — капюшон таки слетел — и сообщил:

— За нами следят.

— Опять?! — возмутился Йен. — Слушай, когда они наконец у тебя закончатся? — а потом заметил наконец, на что именно смотрит Нивен: кошка над его головой притворялась огромной веткой. — А-а… Ты про эту… Эту рогатая притащила. Пускай прыгает.

— Рогатая? — переспросил Нивен и перевел взгляд на Йена.

— Ну, местная… главная… — Йен неопределенно взмахнул рукой и завершил, будто все объяснил этим взмахом, — рогатая.

Нивен помолчал, кивнул. Покосился на Мирта с Рэем на спине.

— Что с ним?

— Устал, — пожал плечами Йен, задумался над тем, о ком именно спрашивает Нивен, и добавил на всякий случай. — Оба устали.

Нивен не отводил пристального взгляда.

"Кажется, все-таки за Рэя переживает, — определил Йен. — Не стал бы он так долго из-за жабы таращиться..."

— Да не сделал я Рэю ничего! — возмутился вслух. — Он сам упал, сразу после тебя! Герои, черт бы вас побрал! Оба! Нужно обязательно довести себя до такого состояния, чтоб не удержаться на ногах, да? Так оно более героически всё, правда?! И никто даже не задумался, кому придется их тащить!

К тому же — сделай он что-нибудь с Рэем, точно не тащил бы за собой. Бросил бы там...

Это понятно. Непонятно другое: чего сейчас-то потащил? Чтобы держать в поле зрения? А то вдруг снова охотиться надумает…

Ну, да. Историями о братских чувствах можно обмануть Рэя. И возможно, Нивена. Но не себя. Братские чувства бывают у людей, не у монстров.

Мирт все это время недобро щурился на Нивена. Тот наконец почувствовал это, встретился с ним взглядом, хмыкнул и сделал шаг в его сторону. Мирт угрожающе опустил голову.

— Я бы не советовал… — сказал Йен, когда Нивен сделал шаг и выбросил вперед ладонь. — Ты бы сначала на кошке… А, делай, что хочешь!

Нивен сделал еще шаг, Мирт утробно зарычал, косясь уже не на Нивена — на протянутую ладонь. Сейчас щелкнет челюстями. Слишком близко… Слишком медленно идет Нивен...

— Мирт! — раздраженно рыкнул Йен, и тот на мгновение переключил внимание — глянул на него.

Мгновения хватило: Нивен впечатал ладонь в жабий лоб.

***

Нивен закрыл глаза — и Мирт закрыл.

“Чужак, — думал Мирт, очень четко, почти по-человечески думал, — убить… Чужак, убить…”

А еще ему было тяжело. Всё — тяжело. Весь мир давил на спину. Хотя на спине лежал всего лишь его Друг. Но Друг не шевелился — и весь мир давил. Так давил, что Мирт почти не мог идти и был уверен, что больше никогда не взлетит. Что Друг уснул, возможно, навсегда, и что сам он вот-вот тоже уснет. Но перед этим все-таки разорвет в клочья чужака. А рыжее существо пойдет дальше — оно всегда проходит мимо. Всегда уходит. Он не чужое и не свое. Оно холодное и далекое.

И всегда уходит.

Мирту на него плевать.

— Свой, — сказал Нивен вслух, будто этим  мог усилить посланную мысль. — Я помогу. Мы поможем. Тебе и Другу. Отдохнешь. Но надо дойти.

Мирт снова скосил глаз на него. Теперь смотрел недоверчиво.

“Ты поможешь, — думал он. — Рыжее не поможет. Рыжее холодное…”

“Ему и не греть тебя надо! — раздраженно перебил Нивен. Услышал, как Мирт растерялся, и уверенно повторил. — Мы поможем”.

Развернулся и медленно двинулся к дереву, на котором только что сидела кошка. Кошки там уже не было.

Нивен дернул плечом. С ближайшим и самым опасным вероятным противником он поговорил. Второй пока упрыгал в кусты — Мертвые с ним. Есть еще рогатая, конечно. Но с ней все равно касанием ладони не разберешься. А жаль.

Нивен дотронулся до дерева, прислушался теперь к нему. Перенес вес на руку, потому что его вдруг повело — чуть не упал.

— Нормальное дерево, — сообщил Йену, почувствовав на себе очередной долгий, изучающий взгляд. — Нападать не будет...

— Ага, — ухмыльнулся Йен. — Ты именно потому его подпираешь. Чтобы проверить, насколько оно опасное. Может, кто-то просто не может устоять на ногах?

Нивен круто развернулся:

— Ты не проверил. Пошел вглубь леса за рогатой. За тобой следят. Ты не знаешь, куда идешь. Куда тебя ведут.

— А у меня выбора не было, — развел руками Йен. — Вы оба упали и давай валяться! Что мне было делать?!

— Подождать, пока встанем.

— А если бы вы не встали?! Тебя вообще, говорит, тень окутала! Я думал, ты умираешь… Хотя ты постоянно умираешь, пора бы уже привыкнуть...

— Что за тень?

Спросил ровно, но внутри все замерло. Он испугался во второй раз за сегодня. Он-то знал, что за тень…

Просто все еще надеялся, что это его сны, что это ему кажется. А теперь оказалось, что нет. Что даже здешняя рогатая хозяйка это видит.

— Вот пойди, — проникновенно посоветовал Йен, — догони рогатую и спроси у нее. Мне некогда. Если ты не заметил, мне тут еще одного полуживого тащить надо!

— Тебе, — повторил Нивен и бросил короткий взгляд на Мирта. — Тебе тащить надо.

— Ты опять повторяешь! — вздохнул Йен. Развернулся к Мирту и пожаловался. — Он опять повторяет!

Мирт перевел усталый взгляд с одного на другого.

— Идем, — сказал Нивен, тоже покосившийся на Мирта. — Виверне нужна помощь. Я обещал.

Перевел взгляд на Йена, ожидая, что тот сейчас возмутится, что помощь в первую очередь нужна его брату, а уж потом ездовому животному, но Йен промолчал. Кивнул, принимая аргумент, и двинулся вперед, сжимая поводья виверны. Та медленно пошлепала следом. Чешуйчатый хвост волочился по земле, вспарывал ее, выворачивал с корнем мелкие травяные кустики.

Нивен, еще раз оглянувшись и не найдя взглядом кошку, двинулся за ним.

***

— Хорошо, — похвалил его Лаэф, шагая рядом.

Нивен, конечно, его не видел и не слышал. Он вообще был неразумным созданием и редко обращал внимание на что-то важное, как заметил Лаэф. Но сейчас — молодец. Хотя бы сразу не выложил, кто его окутал и зачем

Каким бы глупым эльфенок ни был, он не может не понимать: Затхэ уберет его мгновенно, как только почует в нем угрозу. Вряд ли кого-нибудь обманет эта хитрость с братом, мол, не убил, потому что брат. Зачем-то старший человеческий ребенок ему нужен, вот и все. У Затхэ нет братьев.

Затхэ — дитя богов. Такой же, как они.

Так что, наверное, ему очень повезло, что у него нет братьев.

***

Нильф встретила их, когда уже темнело.

Тропа оборвалась небольшой поляной, на этот раз — без костра. Светились в полумраке лишь кошачьи глаза в кустах да фиолетовые огоньки на лице рогатой.

— Я ждала вас раньше, здесь вам нужно остановиться и отдохнуть, — сообщила она Йену и перевела взгляд на Нивена. — Ты очнулся.

— Он всегда так делает, — кивнул Йен и потащил Мирта за собой.

Нильф шагнула к Нивену, протянула ладонь, коснулась его щеки. Задумчиво проговорила, сверля взглядом:

— Тень все еще рядом, дитя. Но сейчас она тебя не держит, — всмотрелась в глаза и спросила. — Ты понимаешь меня?