- Так я и знала, - обреченно вздохнула волшебница. - Заказывай гроб.

- А что?

- Судя по месту, Обвинитель - Герцог Мандор, Судья - Лорд Сухэ, а Подсудимый - ты, и ни один Адвокат тебя не вытащит.

- Кто такой этот Лорд Сухэ?

- В иерархии Двора Хаоса - номер первый во всех внутренних делах, хотя обычно это он оставляет Мандору. Он справедлив (на свой лад) - но аргументы Мандора всегда обоснованы так, что их невозможно опровергнуть.

- Посмотрим… - сквозь зубы процедил Инеррен.

"Загнанный в угол противник много опаснее, чем имеющий возможность отступления. Если они прижмут меня к стенке, им потребуется целая армия уборщиков, чтобы разгрести обломки. А плохая сторона вопроса состоит в том, что Безымянные вполне могут себе это позволить… - И это было правдой. - Я мог бы рассчитывать на помощь в любом менее серьезном деле, но против Богов Судьбы придется сражаться одному."

Как же найти ответ, которого, вероятно, не существует?

Чародей настолько погрузился в себя, что из транса его смог вывести только странный гул, пробиравший его до костей. Он открыл глаза. Арена опустела. Только несколько служителей опасливо выглядывали из полуоткрытых ворот, косясь на Инеррена.

Он попытался понять, что произошло, и тут сообразил, что вибрирует его собственный посох.

Какого дьявола, решил чародей, занявшись расшифровкой наложенного на посох заклятия. Лучшего способа сконцентрироваться не существует. Так, вот розовая нить - начало заклинания… проходит сквозь узор-ловушку… И тут он зацепил другую нить, отозвавшуюся звуком в нужной тональности. Инеррен почувствовал, что ответ лежит где-то в том направлении.

Нет-нет, не ответ, не ключ к заклинанию. Ответ на его собственную проблему!

Осторожно пройдя вдоль линии, чародей внезапно ощутил себя совершенно в ином месте.

Куб из золота и хрусталя медленно вращался над мраморным полом.

Огромная комната была обязана своим происхождением пьяному кошмару свихнувшегося зодчего - за исключением висящего в воздухе куба, ни единого прямого угла (и даже прямой линии) в ней не было.

Туманные образы на мерцающих стенах Инеррен предпочел не рассматривать, зная за собой способность слишком увлекаться картинами, переводя в них часть собственного разума и наблюдая со стороны как их, так и себя самого. Один раз он уже сходил с ума и вовсе не стремился повторить этот опыт.

На потолке возникла надпись: "Безумный Оракул".

"Великолепно,- иронически усмехнулся чародей.- И каков же ответ на мой вопрос? Где та сила, что способна одолеть Хаос?"

Коснувшись куба, он услышал:

"Прекрасное произведение, - согласился Инеррен. - Только мне-то что до него? Какое отношение имеет Любовь…"

Он оборвал себя на полуслове. Конечно!!!