Магистр повернулся к помощникам, ожидавшим его решения.

- Твое мнение, Флюгер?

- Развеять, как пыль. Мои Ветрогоны наготове.

- Огненный Глаз?

- Испепелить. Драконы сожгут их еще на подступах к Башне.

- Молоторукий?

- Устроить засаду у входа, а затем обрушить на них все силы Башни. Им не выстоять.

- Капкан?

- Выставить силы Башни в защитный режим. Когда этот колдун проберется сюда, в Зал Ночи,- а он проберется, - дай ему то, чего он хочет. Все могущество Теней, сведенное одновременно в одно место, уничтожит любого.

- Благодарю. Ждите в лаборатории моего вызова.

Четыре помощника поклонились и скрылись за занавесом.

Магистр, называвший себя Сыном Тишины, глубоко вздохнул.

Бесполезно. Его помощники ничего не понимают. Наблюдатели донесли обо всем, что произошло в тюрьме. Того, что сделал этот колдун, не смогли бы осуществить все Посвященные, вместе взятые. Он сам, с Шаром Теней, - да, но без него…

Более того, колдун каким-то образом умудрился завоевать расположение "избранников", а ведь они были направлены убить его…

Стоп!

Никакой он не похититель! Похититель мертв.

Да, так сходится. Но какое он тогда имел отношение к Шару Теней и "великолепной шестерке"?

Они сражались вместе. Почему?

Есть лишь один способ выяснить.

- Помоги мне, о Повелительница Хаоса! - прошептал он.

Та, естественно, не ответила. И не могла, даже если б захотела, так как не слышала. А ничего не слышала она потому, что ее сейчас здесь не было. Она, единственная из всех, появлялась в этом мире и уходила из него тогда, когда желала. Ибо была его Созидательницей, покровительницей и единственной истинной богиней.

Тогда Сын Тишины бросил свою волю на наковальню Удачи, высоко подняв молот Искусства. Всматриваясь в мерцание жемчужных глубин Шара Теней, он задал безмолвный вопрос.

И получил ответ.

"С каких это пор Знание стало являться мне в стихах?" - удивился Магистр.

- С тех пор, как ты взял в руки Шар Теней.

Неизвестный - тот самый колдун - стоял в дверном проеме. Как он появился здесь? Без единого звука, обойдя многочисленные преграды Башни, избежав внимания ее не менее многочисленных Стражей…

- Не существует преград для того, кто четко видит Цель, - с мягкой усмешкой сообщил Неизвестный - или, вероятно, следовало называть его "Никто". - Твоя судьба сейчас в твоих собственных руках в буквальном смысле этого слова.

Сын Тишины печально вздохнул и положил Шар Теней на стол.

- А теперь, пожалуйста, сними чары Медленной Смерти с тех, кто исполнил обещанное. - Никто сделал призывающий жест, и из воздуха возникла "великолепная шестерка".

- Уж это ты мог бы сделать и сам, - пробормотал Магистр.

- Мог бы, - согласился колдун, - но я предоставляю тебе возможность заплатить долг. Учти, я ведь делал это не для всех, с кем мы расходились во мнениях.

Беззвучное шептание Магистра завершилось резким разящим ударом, словно тот протыкал незримым мечом невидимого противника.

- Благодарю за сотрудничество. - Рука Никого протянулась к Шару

Теней, но ледяные пальцы сжались на его запястье.

- Этот Талисман больше не покинет пределов Селлы.

Инеррен, которого отныне в Селле будут называть Никто, приготовился к схватке. Это ледяное касание он распознал моментально: на тупиковых ответвлениях Теневой Тропы, куда чародей не раз сворачивал в поисках отдыха, стояли изображения этих существ - как напоминание тем, кто задерживался на одном месте СЛИШКОМ долго: Охрана не дремлет!

Их называли по-разному: всадники бледных коней, адские гончие, межзвездные скитальцы, а иногда - Рыцари Смерти. Последний титул, впрочем, явно ошибочен, поскольку ни к Кэрдану, ни к старой знакомой Инеррена - Сборщице Душ - они не имели ни малейшего отношения.

Чародей с трудом вырвал руку из ледяной хватки и отступил.

- Как ты заполучил власть над межзвездными мкитальцами? - спросил он. Магистр покачал головой.

- Я не получил власть над ними. Единственное, что мне доступно: - вызывать их, но контролировать…

- Интересно, а что ты будешь делать, если ему взбредет в голову заполучить твою жизнь?

- Наверное, то же, что и ты. И с равным неуспехом. - Сын Тишины печально склонил голову. - Прощай, Никто.

Межзвездный скиталец поднял призрачную руку. Круги бледно-желтого света, заменявшие ему глаза, замигали в незнакомом ритме.

И рядом с Инерреном возникли еще две призрачные фигуры. Их ледяные пальцы сомкнулись у него на плечах. А первый медленно направил вытянутую руку к сердцу чародея…

Смерть - желанная участь по сравнению с тем, что ждет павших от рук всадников бледных коней, даже если их кони находятся сейчас где-то в другом месте. Зная об этом, Инеррен не колебался, вкладывая в заклинание все силы:

И торжествующий, переливающийся радужными разводами поток волшебного света от взявшихся невесть откуда Шести Светлых Лун хлынул в Зал Ночи.