У меня свело в животе, и я сжала свои бедра, когда отвернулась. Когда он ушел, Дэвон, смеясь, встала, и протянула руку, чтобы помочь встать мне.

– Теперь, – дразнилась она, – после того, как я увидела, как именно ты на него реагируешь... Не смей говорить мне еще одну ложь о том, что ты больше с ним не переспишь. Я узнаю вызов, когда вижу его.

Песня Фьючера «F*ck Up Some Commas» взорвала мои наушники, когда я в последний раз поднял штангу над грудью. Я перевел дыхание, положил на место штангу, и сел. Кивнул сотруднику тренажерного зала, стоящему надо мной, и он отправился к другому посетителю. Я закончил тренировку, и мои мышцы истощены.

Жаль, что еще не пора возвращаться домой.

После тренировки мне нужно в университетский городок. Я был очень доволен – к лету стану гордым владельцем блестящей степени в области машиностроения, с автомобильной специализацией. На занятиях, я не получал никаких новых знаний по выбранной специальности, а просто подтверждал то, что уже узнал в армии. Но для мест работы, которые я нашел в этой области (по крайней мере, те, которые хорошо оплачивались), требовалась корочка, поэтому следующие три часа я должен был провести в БГУ.

Я не торопясь, вытер за собой скамью, так как никто не собирался на ней тренироваться после меня. Мне пришлось пройтись повторную проверку личности, чтобы пройти в душ, и я напомнил себе, что нужно как можно быстрее, купить домой тренажер для поднятия тяжестей.

Я вытащил наушники из безопасного места под моей футболкой, которые прятал во время занятий. Снова вставил их в уши, хотя ничего не собирался слушать, надеясь, что это заставит женщин оставить меня в покое.

Видимо, сегодня удача была не на моей стороне.

Когда я приблизился к помещениям, где размещались классы с велотренажёрами, и не увидел обычной толпы, то воодушевился. «Черт, да, они уже ушли», – подумал я. К сожалению, я не угадал. В этот момент дверь распахнулась, и из класса вышло около тридцати женщин. Было поздно что-либо предпринимать – меня увидели. Через две секунды началось.

– Джееей!

– Оооох!

– Ты такой восхитительно сильный!

– Тебе что-нибудь нужно? Что угодно.

Многим мужчинам понравилось бы такое внимание, но не мне. Одно дело, когда женщины бегают за тобой, так как считают привлекательным, и совсем другое дело, когда они оказывают внимание из жалости.

Полные сочувствия взгляды вызывали боль в моем животе, а «сочувствующая киска» была еще хуже. Я даже ни с кем не встречался с тех пор, как у меня появился протез. Каждый раз, когда женщина об этом узнавала, она хотела «помочь» и «позаботиться» обо мне, вместо того, чтобы просто обращаться как с обычным человеком. И это не считая тех случаев, когда они были просто в шоке, увидев протез. Смотрели на меня, словно я был заразным или инвалидом, или... дерьмо, каким-то пришельцем, контролирующим человеческую куклу в натуральную величину.

Да пошло оно все!

Я слабо улыбнулся этим женщинам и продолжил идти, стараясь не допустить, чтобы это повлияло на мое настроение. Логически, я понимал, что они не хотели причинять мне никакого дискомфорта. Так же, как отец и братья, которые чересчур беспокоились, и подавляли своими проверками и телефонными звонками. Но они заботились обо мне. А женщины так на меня реагировали, потому что сочувствие к инвалидам заложено в их природе, так поступают все «приличные» люди. На баскетбольной площадке, вначале многие мужчины вели себя так, словно я слабый и хрупкий, пока я не оскорбил одного достаточно сильно, чтобы они разозлились. Вот после этого, я и смог поиграть в настоящую игру.

Но я не мог разозлить этих цыпочек из зала с велотренажерами, чтобы они перестали меня жалеть. И что бы я ни сказал, не повлияло бы на мою семью. Я просто должен был это принять. Я бы лгал не краснея, если бы сказал, что это дерьмо не утомительно, с какими бы благими целями это ни делалось.

Хотя, принцесса была другой.

Я не мог сдержать усмешку, которая расплылась на моем лице, когда подумал о реакции Риз. Сегодня вторник, и прошло четыре дня с тех пор, как неожиданная встреча у Сэмми привела к неожиданным вещам.

Этот образ был все еще жив в моей памяти, черт побери.

То, как изменилось выражение ее лица, когда она поняла, что именно я ей показывал… восхищение, а не жалость. А ее слова: «Твой член работает? Тогда прекрати оправдываться, сержант, и, черт возьми, дай мне то, ради чего я сюда пришла». И ее поведение. Она не нервничала из-за моей выносливости; не переживала, легко ли мне удерживать ее вес; и как я с ней справлюсь в физическом смысле. Она была полностью поглощена происходящим, без каких-либо колебаний. Она верила, что я дам то, в чем она нуждалась, не подвергая сомнению мои силы, не обращая внимания на увечье, и я был... Сказать честно?

Чертовски, благодарен за этот опыт.

На следующее утро я проснулся раньше нее и отправился на пробежку, чтобы сжечь остаточную сексуальную энергию. С начала, я хотел разбудить Риз, чтобы снова заняться сексом, но когда она проснулась после моего возвращения, была чрезмерно тихой… Дерьмо, я уверился, что это было к лучшему.

Я не знал, то ли я вытрахал из нее все дерьмо, или же произошло что-то еще, но, когда я мельком ее видел в следующие дни, она была другой. Не хуже. Просто не такой, как раньше. В книжном магазине в воскресенье днем, в библиотеке в понедельник, она уже не была той женщиной, которую я привык видеть.

Интересно, увижу ли я ее сегодня. У меня была назначена встреча с профессором Б, чтобы обсудить промежуточные оценки. Судя по тексту е-мейла, присланному мне профессором, было понятно, что ее ассистент будет присутствовать на рабочем месте. Она предоставляла мне шанс отказаться от этой встречи, и перенести на другое время, когда она будет одна, но я, конечно, этого не сделал. Потому что хотел увидеть Риз, хотя и сам себе и не мог объяснить, почему.

Что она чувствовала в ту ночь?

Была ли она до сих пор расстроена из-за того, что ее маленький тупоголовый приятель занялся ее подругой?

Была ли она все еще расстроена из-за отца?

Все эти вопросы постоянно крутились в моей голове с тех пор, как я высадил Риз в субботу утром у ее машины. Даже сейчас, принимая душ, я размышлял об этом. Если я увижу ее сегодня... может быть, я ей их задам.

– Тук-тук…

Ручка, которую прикусывала Риз, выпала из ее рук, когда она подняла глаза от своего ноутбука. Ее глаза, осмотрели дверной проем, и когда она меня узнала, на мгновение расширились, а затем приобрели нейтральное выражение.

– Мистер Райт, профессор немного задерживается. По дороге произошла авария, и она застряла в пробке. Она будет через пару минут. Через несколько минут. Поэтому, если вы хотите, мы можем перенести встречу, или можете подождать, пока она не придет.

Я оторопело моргнул, из-за вкрадчивости ее ответа, и изучающе окинул ее взглядом. Половина ее косичек была стянута в конский хвост прямо на макушке, а оставшаяся часть обрамляла лицо и лежала на плечах. Слишком большой свитер обнажал одно плечо и тонкую золотую цепочку вокруг ее шеи. Этот вид напомнил мне о платье, которое на ней было в прошлую пятницу, и перед глазами застыла картинка, как она стояла в нем, нагнувшись.

– Вот так просто? Без умных замечаний? Без оскорблений?

Она пожала плечами.

– Я же тебе сказала, что не буду с тобой пререкаться, пока нахожусь здесь, как официальное лицо. Так что да, вот так просто.

– О, о’кей, – кивнул я. – Понятно. А я то подумал: «Черт ... может, я действительно вытрахал из нее всю придирчивость».

Риз широко раскрыла глаза, а затем опустила голову, закрыв лицо руками. О, она явно изо всех сил старалась не рассмеяться. Даже когда снова сердито посмотрела на меня, ее большие карие глаза сверкали от веселья.