- Потому что это слишком долгая история, ужин остынет. Пошли. - Тир снял с мотоцикла сумку и повесил на плечо. Затем сплел свои пальцы с моими, и потянул меня в сторону песчаной полосы.

В мозгу бились десятки вопросов, это становилось невыносимым. Если свет был добрым знаком, почему Тир просто не хочет все мне объяснить? У него была с собой ракетница или незаконный фейерверк, и как что-либо из этого может отвадить несостоявшегося убийцу Эльзы? Почему так много в его жизни все еще скрыто от меня, в конце концов?

- Тир. - Я первая нарушила молчание, когда мы обошли выступ скалы и оказались в небольшой бухте. - Ты мне доверяешь?

- Само собой, - поклялся он.

- Тогда почему бы тебе не рассказать мне, что сейчас произошло.

Тир вздохнул, и вынул из кармана маленькую пластиковую трубочку, похожую на зажигалку.

- Потому что я не хочу, чтобы ты надо мной смеялась. Я знаю, ты считаешь меня параноиком, я не забыл нашу первую пробежку.

- Ты и есть параноик, это вовсе не новость.

- Даже если так. - Он поднял зажигалку. - Эту штуку спроектировал Хенрик, что-то вроде отражателя. Она отражает световые лучи в радиусе 50 ярдов, так что никто снаружи не может увидеть, что происходит внутри. Поэтому, даже если Хенрик действительно видел того, кто напал на мою сестру, нам не нужно беспокоиться, что он увидит нас вместе.

- Хенрик, в самом деле, сделал это? - Я таращилась на устройство. - Да он гений!

- Ему нравится так думать. - Пожал плечами Тир, убирая отражатель обратно в сумку. - Вот и все. Я тебе доверяю. Хенрик - ботан. Мы здесь в безопасности. Теперь мы можем поужинать?

- Конечно. - Спасибо, господи, а то мое воображение уже нарисовало несколько невероятных объяснений странному поведению Тира, и ни одно из них не успокаивало. Если математический клуб и страсть Хенрика к технике могут навести порядок в моей голове, да будет так.

- Отлично. - Тир бросил сумку на песок, вынув два покрывала и еду. Расстелив один из пледов, он начал распаковывать наш ужин: фокаччу с индейкой, авокадо и сыром, дымящийся контейнер, завернутый в фольгу, тарелки, вилки и салфетки.

- А что в фольге? - я села на одеяло.

Он приподнял уголок упаковки, позволив мне вдохнуть аромат.

- Мммм, макароны с сыром. - Это точно был не полуфабрикат, а приготовленное дома блюдо. Сверху даже хлебные крошки были насыпаны. - А это... бекон?

Тир подмигнул мне.

Ах, вкуснотища!

Тир уселся рядом и укутал мне плечи вторым одеялом, прежде чем протянуть мне тарелку, наполненную едой и дать бутылочку газированной воды. Затем наполнил тарелку себе и поднял свою бутылку

- Skål. Твое здоровье.

- Твое здоровье. - Мы чокнулись минералкой, и отпили, затем я набросилась на еду. - Это восхитительно, так вкусно! Я впечатлена.

- И не надо выглядеть такой удивленной, - обиженно сказал Тир.

Я съела еще кусочек. На вкус сыр был одновременно пикантным и подкопченным - Гауда, мой любимый сорт. - Отныне тебе стоит готовить почаще.

- В фартуке я не выгляжу так аппетитно, как ты. Кроме того, в кухне ты сама любишь держать все под контролем. - Тир наклонился ко мне с развратной ухмылкой. - Это возбуждает!

Я опустила голову, чтобы скрыть смущение, но Тир убрал пряди волос с лица за ухо.

- Ты så förbaskat красивая, Миа. - Слова повисли в воздухе. Когда я решилась отвести взгляд, каждый нерв моего тела звенел от напряжения.

Трясущимися пальцами я взяла сэндвич. Тир сделал то же самое, и мы принялись жевать, смотря на волны, набегающие на берег в 10 ярдах от нас. Закончив есть, я подтянула колени к подбородку и положила голову ему на плечо. Тир обнял меня, нежно массируя поясницу. Я закрыла глаза, стараясь сохранить в памяти каждую деталь момента.

- Как там Эльза? - решила я сменить тему.

Тир вздохнул. - У нее тяжелый день.

- О, Тир. - Я обняла его за талию и прижалась. - Что случилось?

- Не знаю. Последнее время все шло хорошо.

- Я помню. На той неделе у нее щеки порозовели, как будто она просто спит. - Я потерлась об него носом.

- Да. - Тир пристроил подбородок мне на макушку. - Вчера ее жизненные показатели начали прыгать. Доктора не могут сказать, в чем дело, лечение не менялось, внутренние повреждения были стабилизированы много недель назад. В происходящем нет никакого смысла.

- Ты можешь что-то сделать?

- Я делаю, все, что могу. - В голосе Тира послышалась боль. - Но я не знаю, сколько еще она продержится. Ее клетки... В общем, ее дела плохи.

- Мне жаль, - прошептала я, - хочешь навестить ее сегодня? Я поеду с тобой.

- Нет, я был там сегодня днем. Сейчас с ней Хенрик. По-моему мое настроение плохо влияет на нее, я очень расстраиваюсь, когда ей становится хуже.

- Я бы чувствовала то же, случись что с Джейсоном. - Я крепко обняла его за талию. Он провел губами по моей макушке.

- Просто будь осторожна, договорились? - Его губы скользнули по моим волосам.

- Я всегда осторожна, - ответила я.

Тир пальцем приподнял мой подбородок и нежно поцеловал меня. Его глаза посветлели.

- Помоги мне собрать плавник^[22], приготовим жареный зефир, я никогда его не пробовал.

- Ты хоть знаешь, как его готовить?

- Хенрик описал мне все в подробностях, - закатил он глаза. Я рассмеялась.

- Позволь предположить, шаг первый - поверх четырех скомканных газетных листов составить костер из березовых поленьев, сложенных в идеальный конус. Я права?

- Более чем.

Тир протянул мне руку.

- Пойдем, поищем эти самые березовые ветки.

- Слушаюсь, сэр.

Мы пошли вдоль берега, держась за руки, останавливаясь, чтобы подбирать куски дерева, выглядевшие достаточно сухими. Собрав достаточно для небольшого костра, мы отправились обратно к нашим покрывалам. Тир сложил поленья и вытащил из заднего кармана зажигалку.

- Я думала, что этой штукой ты устроил то световое шоу, - удивилась я.

- Она многофункциональна. - Тир щелкнул колесиком, но пламя погасло от ветра. Нахмурившись, он попробовал снова. И снова. Высунул язык и яростно уставился на зажигалку.

Я хихикнула.

- Тебе смешно? - взглянул он на меня.

- Да, - призналась я. Наблюдать, как несчастная пластиковая штуковина побеждает моего всемогущего Геракла, было бесценно.

Он не стал ругаться. Не стал швырять ее в прибой. Вместо этого он просто вернулся к своему занятию, что было совершенно в его стиле, пытаясь заставить зажигалку работать даже после того, как стало ясно - гореть она не будет. Вопрос превратился в принципиальный, и я понимала, что он не сдастся. Если и был на планете кто-то более упрямый, чем я, это был он.

Но зажигалка, казалось, издевалась над нами.

- Может, ты принесешь пока сумку, - Тир показал на одеяло, - зефир лежит в ней.

- Разумно. - Я поднялась и пошла в указанном направлении. Когда я вернулась, огонь уже горел.

- Как ты это сделал? Еще и так быстро! - Обычно до того, как поленья загорятся, огонек долго тлеет. Я много ходила в походы и разбиралась в кострах.

- Ты же знаешь, у меня руки из нужного места, - поднял бровь Тир.

Я шлепнула его.

- Я серьезно. Он никак не мог разгореться так быстро!

- Хочешь назвать меня обманщиком? - Тир выпрямился и шагнул в мою сторону. Я замерла. Глупо было бы лгать о такой мелочи.

- Ммм, нет.

- Пожалуйста, чуть больше убедительности, - произнес Тир, его глаза сверкали.

- Нет. Совсем нет. Абсолютно. - Я уронила сумку с зефиром и отступила назад.

- Я тебе не верю. - Тир перешагнул через сумку и стал еще ближе.

- Я бы никогда не назвала тебя лжецом, никогда, - подняла я руки.

- Слишком поздно. - Еще один шаг Тира, и я пустилась бежать по мягкому песчаному пляжу. Океан ревел справа, сзади доносился топот Тира. Прежде, чем я успела что-то понять, он поймал меня, плотно обхватив мощными руками. Когда он поставил меня на землю, у меня кружилась голова, и я истерически хохотала.