А эти? Кто они мне? Чужие, в общем-то, люди…

Михаил Иванович чиркнул спичкой о коробок, поднес зажженную спичку к сигарете, которую держал в зубах генерал.

– Нет. – Олег Алексеевич покачал головой и положил сигарету на стол, отодвинул ее от себя. – Бросил, значит, бросил. Возврата нет.

Молодец, позавидовал я генералу. Вот, какой должна быть сила воли!

Не закурить даже в такой ситуации!

– Ну, хорошо! – бодро сказал я. – Братья, так братья. Позже раз-беремся. Приеду в Кулунду, весь тамошний дом малютки на уши по-ставлю. Сейчас о другом надо подумать!

– Да, да, – согласился со мной Михаил Иванович. – Я эту гниду,

Носорога, на чистую воду выведу. Поможешь, Олег? Есть у тебя кто из высшего командного состава?

Олег Алексеевич кивнул головой в ответ, но смотрел он на меня.

– Ложитесь-ка вы, ребятки спать, – сказал Михаил Иванович. – День у вас не из легких был. А мы тут с Олегом Алексеевичем поду-маем, что дальше делать. Спите, и не волнуйтесь – здесь с вами ни-чего не случится. Игорь, постели, что есть…

– И что ты обо всем этом думаешь, сын? – спросил Михаил Ива-нович у Игоря, когда Инзарины улеглись спать, приятели Игоря, бег-лые контрактники, уже давно дрыхли, улеглись часа четыре назад.

Отец с сыном сидели на крыльце и курили. Небо было звездным, как в любую августовскую ночь в этих краях.

– Ты по поводу Лешки и Инзариных? – уточнил Игорь.

– Угу.

– А что тут думать? Похожи они здорово, Алексей и Андрей, ты сам видел. Как две капли воды. Вот только у Лешки с Олегом Алек-сеевичем

– ничего общего, так и Андрей мало на своего отца похож.

– Это так. Андрей на мать свою похож.

– Ты ее видел?

Михаил Иванович кивнул.

– Однажды. Очень красивая женщина. Во всяком случае, – Миха-ил

Иванович прикрыл глаза и пошевелил губами, что-то подсчитывая в уме,

– во всяком случае, четырнадцать лет назад она была красави-цей.

Сейчас вспоминаю…

Договорить Михаилу Ивановичу не дали псы, учуявшие чужого и разразившиеся громким злобным лаем.

– Ого! Начинается, что ли?

Кто-то подходил к дому.

– Эй, хозяева! – раздался окрик от калитки, почти потонувший в усилившемся лае. – Угомоните своих собак. Поговорить надо.

Михаил Иванович кивнул сыну и тихо сказал:

– Сходи, поговори, узнай что к чему. Я тебя отсюда подстрахую.

Если там Рогулис, не хочу, чтобы он меня узнал.

– Автомат возьми, – посоветовал Игорь.

– Возьму, отца учить будешь!

Игорь, подсвечивая себе дорогу фонарем 'летучая мышь', по-шел к воротам, успокоил 'ребяток', сказал им строго:

– Тихо! Не орать! Дайте поговорить спокойно.

Псы прекратили лаять, но стояли рядом с хозяином и зловеще рычали на непрошенных гостей.

– Егерь западного кордона Сидоров Игорь Михайлович, – пред-ставился Игорь. – А вы кто такие будете? Что в такую темень в тайге делаете?

У ворот стояли двое, одетых в полевую форму десантников, воо-руженных АКМСами. В отдалении толкалось еще человек десять.

Курили, в темноте вспыхивали огоньки сигарет. Стоявшие у ворот представились по очереди:

– Капитан Егоров.

– Старший лейтенант Головнин.

Игорь поднял фонарь повыше, чтобы разглядеть гостей.

– Заплутали малость, – сказал Егоров, прикрыв глаза рукой от тусклого света, который в ночной тьме казался неожиданно ярким. -

Шли в указанном направлении, а как стемнело, с пути сбились.

– Брехня, господа военные, – опроверг их версию Игорь и при-строил фонарь на балку ворот. – Чтобы офицеры-десантники сбились в тайге с пути? Никогда не поверю! Сам в прошлом военный.

– В десанте служили? – поинтересовался Головнин.

– Танкистом. Но меня тоже выживаемости учили. А уж вас то!

– Вы правы, Игорь Михайлович, нас много чему учили… Мест-ность незнакомая, – Егоров все же пытался выкручиваться. – Направ-ление нам, конечно, известно. Но не хочется по лесу блукать. Думали, вы нам дорогу укажите. По дороге, оно легче, чем по буеракам.

– А что не указать? Укажу. – Игорь ткнул пальцем под ноги де-сантникам. – Вот она дорога. Под вашими ногами. Сейчас разверне-тесь на сто восемьдесят градусов – и вперед.

Двадцатикилометровый марш-бросок и вы на большак Манжурский выйдете.

– Спасибо, – поблагодарил Егоров, но разворачиваться на сто во-семьдесят не торопился. Игорь не стал ждать, когда он созреет для следующего вопроса, спросил сам:

– А в тайгу вас какой лишак понес? Учения что ль какие?

– Преступников ловим.

– О! Зэки, что ли опять сбежали?

– Остатки бандитской группировки. Недобитки, одним словом. Не видели, Игорь Михайлович, кого-нибудь постороннего в своих владе-ниях?

– Здесь не то, что посторонние, здесь и сторонние-то редко по-являются. Потусторонние, те иногда прилетают, – решил пошутить

Игорь.

– На чем? – изумленно произнес старший лейтенант Головнин.

– Известно на чем. На тарелках летающих.

– Вы инопланетян имеете в виду? – спросил старлей.

– А то кого ж?

– Серега, ты, что не понимаешь? Игорь Михайлович шутит, – объ-яснил товарищу капитан Егоров.

– Шучу, – подтвердил Игорь. – А если без шуток, то нет, никого здесь поблизости не было. Я весь день сегодня в лесу провел, никого не встретил. А следопыт я неплохой, научился следы различать, пока егерем служу. Да и по поведению птиц и зверей понятно, никто здесь не проходил сегодня. И вечером, когда я из тайги вернулся, вряд ли кто-то близ кордона терся. Собачки мои такой бы лай подняли, сразу стало бы ясно – рядом чужой.

Отреагировав на слово 'чужой', 'ребятки' злобно залаяли на ночных гостей и стали бросаться на ворота. Десантники отпрянули. Егоров повернулся к старлею Сереге Головнину, и Игорь разобрал за лаем:

– Наверное, они севернее прошли. Говорил я Японцу – не в том направлении идем, на север идти надо было. Там глушь несусветная, туда они и направятся.

– А что ты хочешь с Японца? Он же в голову раненный! – сдав-ленно хохотнул Головнин.

– Подумаешь, раненный. Царапина. – Егоров повернулся к Иго-рю, который уже утихомирил своих верных стражей: – Спасибо, Игорь

Михайлович… Псы у вас хорошие, исправно службу несут… А вы на кордоне один живете?

– Почему один? С батей. С отцом, стало быть.

– Не страшно? Вдвоем в такой глухомани?

– Да какая же это глухомань? Здесь, считай, степь. Город рядом,

Манжурск, деревень, сел вокруг полно. Вот в северной стороне – там, действительно, места глухие. Если кому схорониться надо – лучше места не найти. – Говоря это, Игорь подумал, не переборщил ли он?

– Да? Ну, ладно, пойдем, пожалуй, – сказал Егоров. -

Только…э-э-э…водички попить не дадите на дорожку?

– А вдоль дорожки этой ручей бежит, в речку впадает. Водичка там – просто мед. У меня она утрешняя, уже отстоялась, потеплела – такого удовольствия, как из ручья не получите.

– Ну, тогда, спокойной ночи, Игорь Михайлович, – офицеры де-сантники козырнули Игорю, и пошли к ожидающим их бойцам.

Игорь постоял еще немного, напрягая слух, попытался услы-шать, о чем они будут говорить, но десантники говорили тихо, не ра-зобрать, и вскоре ушли. Он еще постоял какое-то время, наблюдая за поведением

'ребяток'. Сука Багира улеглась у его ног и принялась вылизывать заднюю лапу и что-то выкусывать на ней. Басмач, Туман и Джигит тоже вели себя вполне адекватно – видать десантники ушли совсем, засаду оставлять не стали. Отцепив фонарь, Игорь вернулся к отцу, который ожидал его на крыльце.

– Я все слышал, – сказал ему Михаил Иванович. – Вот только ко-гда псы гавкали, не разобрал, о чем они…

– О том, что на север идти надо было. А в эту сторону их какой-то

Японец направил, наверное, тот, о котором мужики рассказывали. Вроде бы ранен этот Японец. В голову. С ними он был или не было его, не знаю – к воротам только эти двое подошли. Остальные там, у поворота дороги стояли.