Видимо в моих глазах промелькнул ужас, потому что Антон с гаденькой улыбкой прошептал прямо мне на ухо:

– Да ты его, голуба, и сама видела. Бесполезно от Ксении бегать, благодаря утопленницам и пленённому парню, которого смогла полюбить, стала она сильнее. Так что придётся тебе присоединиться к остальным под её властью. Одинокая жизнь даже мавке быстро наскучит.

 – Зачем ты так со мной? А ещё о любви говорил.

 – Глупая, я Ксению люблю. Она обещала мне, что моей станет. Забрав твою жизнь и душу, на берег выйдет красной девкой. Я портрет купил у её дальней родственницы, – он гордо продемонстрировал мне старинную лаковую миниатюру.

Пришлось признать, что при жизни ведьмина дочка была чудо как хороша, только вот кончила слишком уж страшно и плохо.

      Поняв, что влипла, и придётся как-то самой выпутываться, ни о чём лощёного злодея просить не стала. Знала, что всё равно без толку. Сжала в одной руке гребень в холщовом мешочке, а другую на амулет положила.

     На берег Мавкиного Озера мы пришли ровно в полночь. Забурлили воды Омута, и на землю ступила молодая девушка – точная копия красавицы с лаковой миниатюры.

      На Антона смотреть было страшно, он безумно захохотал и с воплем «Шёпот Сердца» сиганул с берега. Через миг волны сомкнулись у него над головой.

 – Ненавижу мужчин! Они слишком слабы, чтобы быть рядом с женщиной. Идём, Алиса. В моей власти сделать тебя богатой и мужа такого подарить, что все подруги с зависти передохнут! Всё твоим будет, если приведёшь взамен себя другую девушку, – она засмеялась, но в её голосе не было ни тепла, ни жизни, как и в огромных синих глазах под копной чёрных волос.

– Благодарю, Ксения, но это меня не интересует, – вежливо отказалась я. – Отдам тебе гребень, но только в обмен на свободу для меня и Дениса. Тебе придётся клятву дать Силам Ночи, что не потревожишь больше ни нас, ни окрестных жителей.

 – Не спеши, Алиса. Зачем тебе этот тюфяк, ты же его не любишь совсем?

 – Его сердце отдано другой.

 – Которая трусливо сбежала, поджав хвост, как побитая мальчишками собака.

 – Кто по своей воле захочет утопиться в озере, сойдя с ума и бормоча в качестве финальной эпитафии «Шёпот Сердца»? Дураков нет, в этом я абсолютно уверена.

      Мавка взяла меня за руку, и я послушно пошла следом. Амулет у меня в руке не пульсировал жаром, как тогда, когда на берегу моря по мою душу приходил проклятый Ксенией Иван-кузнец.

 – Я знаю, милая, что со своим парнем ты рассталась, вот и приехала в Листвянку, чтобы пережить боль утраты и встряхнуться, – начала хозяйка Омута издалека. – Хочешь, помогу тебе найти замену?

 – Не беспокойся, когда придёт время, всё наладится. Мне просто нужно простить нас обоих и перестать вспоминать о том, как хорошо когда-то было с ним.

 – Хочешь, я его прокляну? – синеглазая дочь колдуньи так воодушевилась, что стала казаться практически живой.

      Иван, выступив из тумана, поднимающегося с озера, где теперь правила его возлюбленная, бросил на меня умоляющий взгляд и отрицательно затряс головой. И тут на меня накатила волна чужих эмоций и образов. Как же было страшно понимать, что кузнец больше всего на свете хочет заслужить прощение невесты и вернуть её. Три столетия пытался мужчина искупить вину перед любимой, но ненависть замкнула сердце и разум девушки, превратив в жестокое и расчётливое чудовище.

 – Прости, Алиса, никак тебя понять не могу. Каждая преданная женщина имеет право на месть.

 – Это твоя точка зрения, Ксения. Для меня она – не выход. Часто бывает, что люди просто не сошлись характерами. В этом случае расставание – единственный выход, чтобы не потерять себя и не исковеркать судьбу другому человеку. Мы с Олегом просто не подходили друг другу изначально, но страсть – плохой советчик. Главное – вовремя остановиться.

      Мавка на мгновение остановилась, на её лицо набежала тень раздумий, помолчав пару минут, она была вынуждена согласиться:

 – Наверно, ты права. Ни мне, ни Тамаре не стоило платить такую страшную цену. Мне за отмщение, ей же и вовсе захотелось обладать чужим любимым.

 – Я понимаю, почему ты так поступила с дочерью ведьмы.

      Мавка с интересом посмотрела на меня, даже шаг замедлила.

 – И что увидела, ведь ты обычная городская девчонка? В тебе нет и следа магического или колдовского Дара.

 – Тамара напомнила тебе купчиху, которая и виновата во всём, что потом произошло. Иван не сам пил, она убалтывала его и всё время корила, что брезгует гостеприимством богатой и знатной хозяйки. Ведь при жизни он даже в праздники не злоупотреблял горячительными напитками, так ведь? Пьяницы так хорошо не выглядят, даже живые, а он давно уже в твоей власти, так ведь?

 – Тут ты как в воду глядела, сестрица. А откуда про Ивана неверного столько всего вызнала?

 – Сам рассказал, у меня в голове его голос звучит и образы перед глазами точно миражи прозрачные. Он до сих пор любит тебя и не может себе простить, что не уберёг вас обоих.

У меня почти сразу сильно щипало глаза, но я не боялась, что Ксения увидит мою слабость. Жалость к этим несчастным уже разгоралась в моём исполосованным шрамами от предательства сердце, ведь рядом были те, кого судьба поставила в ещё худшее положение.

 – В тебе нет ни капли страха или ненависти, хотя я могу утопить тебя, как слепого кутёнка, – с удивлением проронила мавка, и точно заглянула мне в душу.

 – Знаешь, все мы проходим через разные ситуации в жизни, я усвоила урок без печальных осложнений, а ты споткнулась. Уверена, что если сможешь простить Ивана, многое ещё можно исправить. Вроде читала где-то, что проклятие может снять без помех та ведьма, которая его наложила.

 – Может, но вот зачем мне это делать, глупая? – синеокая красавица недоумённо захлопала огромными глазищами.

 – Твои злые слова и смерти держат в плену и тебя, и тех, кого ты до срока призвала из жизни в свой омут. Я не знаю, куда уходят те, кого больше нет с нами, но твоё нынешнее существование хуже смерти. Тебе ведь для этого нужен гребень, чтобы снять чёрный наговор?

 – Да.

 – Ты не можешь причинить мне вред, ведь ничего не прошу от тебя, к тому же и амулет охраняет, и сила матери Тамары.

 – Кто тебе всё это рассказал?

 – Отчасти деревенская ведьма, остальное – сделанные самостоятельно выводы. Вместо того чтобы толочь в ступе воду, загляни в сердце и душу Ивана, и ты примешь верное решение.

      От удивления мавка даже руку мою выпустила. Мы шли по тропинке, а вокруг сомкнулись воды озера. За пределами невидимых стен резвились рыбки и мелькали тени русалок и прочих подданных Ксении. Точно причудливые волосы колыхались плети водорослей всех оттенков зелёного, охристого и серого. Молчание затянулось надолго, но я чувствовала, что торопить дочь ведьмы с принятием решения было чревато.

 – Знаешь, уже лет пятьдесят я вижу один и тот же сон. Словно в руках у меня серебряный ключ, но где дверь, которую он отпирает, мне так и осталось неведомо.

 – Ксения, сновидения часто метафоричны. Ключ от сердца. Возможно, ты искупила свою вину, как и Иван. Пришло время простить былые ошибки, расстаться с прошлым и с чистой совестью смело идти дальше. Если ты отпустишь нас с Денисом и поклянёшься всем, что дорого и важно для тебя, что больше не будешь топить людей и пугать деревенских страшными мороками, сама верну гребень.

 – Просто так?

 – Больше ничего и не надо, со своими проблемами со временем я уж как-нибудь сама справлюсь. Уговорю Дениса приехать к Ладе, может, для этих двоих ещё не слишком поздно, чтобы устранить последствия твоего вмешательства в их общую судьбу.

 – Клянусь Силой Ведьмы, водами моего Озера и надеждой на избавление от такой ужасной жизни, что исполню всё, что ты требуешь!

– Она положила пальцы левой руки на колдовской амулет, который ослепительно засиял, став свидетелем данного мавкой обета.

 – Пусть Иван отнесёт Дениса к врачам, сними с него свои чары, – сказала я, отдавая Ксении черепаховый гребень купчихи.