Глава 4

Гл. 4 Подруга.

Пиратский космо-корабль, вынырнувший из под-пространства, сжал в гравитационных тисках яхту. Так в старые времена вольный, флибустьерский бриг, вонзал в деревянный борт торгового судна ржавое железо абордажных крючьев и кошек. Неспешно подтягивая добычу, корабль — хищник, на ходу поворачивал её. Переходной мостик, пиратского судна, похожий на хоботок насекомого, вытянулся к добыче и, коснувшись шлюзового люка яхты, намертво прилип к нему.

Пассажиры пленённой яхты, по мониторам, не отрываясь, следили за всеми моментами стыковки до тех пор, пока в кают-компанию не вошёл капитан яхты:

— Месье, — обратился он к Дарресу, — пираты требуют, чтобы мы открыли шлюзы входного люка. Иначе, они грозятся вскрыть обшивку. Я не сомневаюсь, что они способны на такое варварство.

— Вскрыть обшивку? — вклинилась в разговор Лариса. — Что это значит?

— Вскрытая обшивка, фреляйн Лора, — перевёл своё внимание капитан на девушку, — означает разгерметизацию корабля и гибель пассажиров. Прецеденты были.

— Нет, нет, о сопротивлении не может быть и речи, — замахал руками Даррес. — Шлюзы надо открыть. Но прежде, следует узнать, на каких условиях нам предлагают сдаться.

— При отсутствии сопротивления, пассажирам и экипажу будет сохранена жизнь.

— Вы им верите, капитан? — опять напомнила о себе Лариса.

— Фреляйн Лора! — Даррес окатил её ледяным взглядом.

— Да, герр Даррес. Смею напомнить, что именно я являюсь владелицей яхты.

— Простите, фреляйн, — перевёл на неё внимание капитан, — меня нанял представитель компании и…

— Вы хотите сказать, что вопрос нам с гером Дарресом следует обсуждать на равных?

— Наверно вы правы, Фреляйн.

— В таком случае ответьте: какова вероятность, что пираты выполнять свои обещания?

— Очень высокая, фреляйн. Обычно, они так и делают. Бывают, конечно, недоразумения и досадные инциденты, но в их основе, обычно лежит никому не нужный героизм пассажиров…

— Спасибо, капитан. Вы правы, герр Даррес: о сопротивлении не может быть и речи.

Даррес криво улыбнулся:

— Благодарю за благоразумие, фреляйн Лора. Выполняйте приказ, капитан.

Похоже, что рубка напрямую прослушивала разговор в кают-компании. Потому, что лишь Даррес произнёс эти слова, как на мониторе, по полупрозрачным стенам перехода замелькали бегущие тени. Шлюзы открыты, и ничто больше не препятствовало пиратам в захвате корабля. Ещё через несколько минут голос из селектора объявил: «Всем пассажирам и членам команды приказываю собраться в кают-компании корабля! Всякий, найденный вне кают-компании через десять минут после сообщения, будет расстрелян на месте. Всякий…» — голос трижды повторил предупреждение. Кают-компания быстро наполнялась. Лариса даже не догадывалась, что покой и комфорт пассажиров на яхте обеспечивается таким количеством народа: штурманская служба во главе с капитаном, механики, прислуга. Почти шестьдесят человек на двадцать восемь путешественников. Почти, потому, что Лариса не знала, можно ли в число обслуги включать трёх телохранителей, один из которых, Дени, был, в согласии с контрактом, приставлен к ней.

Скоро в кают-компании появились и пираты. Выглядывая из-за плеча прикрывающего её Дени, Ларисо зло и заинтересованно разглядывала четырёх разбойников. Все четверо носили пёстрые комбинезоны космо-пехов, без нашивок, но украшенные массой эмблем в виде костей, черепов и прочих устрашающих картинок. Лица их предусмотрительно скрывались под дымчато-серыми шарообразными шлемами из стеклопластика. У каждого на правой руке — пистолет-перчатка.

Устрашающе — обезличивающие шлемы захватчиков, вызвали у Ларисы острое желание содрать их, заглянув в лица людей. Даже биоры на военной базе лиц не закрывали.

На проверку всех отсеков корабля пираты затратили не больше пятнадцати минут. Видеоаппаратура бесстрастно сообщала новым хозяевам о месте нахождения всех людей на корабле. Демонстрируя серьёзность намерений, пираты за ноги втащили в кают-компанию два окровавленных тела. Скорее всего, так показалось Ларисе, два механика просто не успели дойти до безопасной кают-компании. Мысль эта ещё больше разозлила её. Да тут ещё один из пиратов, рисуясь, снял шлем (под ним, правда, на человеке была матерчатая маска) и наступил на тело убитого:

— Вот так, господа! А теперь прошу всех пройти на мой корабль. Там, сознаюсь, не будет таких удобств, но это и к лучшему. Вы не захотите слишком долго злоупотреблять нашим гостеприимством. Прошу!

И тут Лариса сорвалась. Она вывернулась из-под руки Дени, попыталась задать вопрос:

— А когда…

Телохранитель рывком вернул её себе за спину, но девушка вынырнула с другой стороны:

— Как долго мы пробудем на вашем корабле?

Взгляд пирата был тяжёл и властен, но Лариса со зла даже не заметила этого. Она просто смотрела человеку в глаза и ждала ответа. Поняв, что пауза недопустимо затягивается, мужчина растянул губы в улыбке-оскале. Так скалится при встрече с соперником дикий зверь. С соперником? Почему-то поведение смазливой малолетки наводило пирата на мысль о сопернике и сопернике опасном. Злясь на себя за беспричинную робость, атаман процедил снисходительно:

— Как только будет уплачен выкуп, вы все сможете продолжить ваше путешествие.

— А какой выкуп?

— Ты так богата, крошка?

— Нет, но я хочу знать…

— Узнаешь, — рука пирата легла ей на грудь. Дени попытался вклиниться между ними. Дуло пистолета упёрлось ему в лицо. — Это ваш жених, леди, или просто обожатель? Имейте ввиду: я ревнив.

— Это Дени, — ответила Лариса так, будто в сложившейся ситуации имя могло что-то значить.

— Ах, это Дени! Как же, как же! Не жених, не обожатель, а просто Дени. Но этот Дени, как я вижу, тоже ревнив? А? — с усмешкой продолжал атаман и, вдруг, согнав ухмылку, закончил. Жёстко, почти устрашающе. — Мы поговорим об этом на моём корабле.

…………………………………………….

— Зачем ты обратила на себя внимание?! — зашипел ей в самое ухо Даррес.

— Я спросила.

— Господь Всемогущий! Она спросила! Лариса, неужели ты не понимаешь, где мы очутились? Это же обыкновенные бандиты! А ты так разговаривала с их вожаком!

— Но я только спросила!

— Только спросила? Тебе что? Не терпится стать подружкой пирата?!

— Я не буду его подружкой.

— Не будешь? Да кого интересует твоё мнение? Кого? Мы все в полной власти этих чудовищ! Или ты надеешься на защиту телохранителя? Не обольщайся, девочка, он и пальцем не пошевелит, а если и шевельнёт… — мужчина сделал движение, словно спускал курок. — И смерть его будет на твоей совести.

— Я только спросила, — упрямо повторила Лариса.

— И абсолютно напрасно. Зачем ты спрашивала? Как только пираты определят размер выкупа и способ его уплаты, они тут же известят нас сами! Куда ты торопишься?

— Не знаю, — ответила Лариса уже без прежней уверенности. Мысль о том, что расхлёбывать её авантюру, возможно, придётся телохранителю, огорчила девушку, лишив на какое-то время уверенности.

Пираты поместили пассажиров в один из грузовых трюмов. Этакая железная коробка с пластиковыми полками для сна и сидения, с минимумом удобств. Тесное, неуютное и неопрятное помещение. Но даже с этим жилищем пленникам не суждено было познакомиться как следует. Вместе с ними в трюм спустился атаман пиратов. Его сопровождали три вооружённых охранника. Не говоря ни слова, он подошёл к Ларисе и, схватив её за руку, потянул к себе. Девушка упёрлась, извернулась, стремясь освободиться от захвата. Дрожащий Дени попытался вклиниться между ними, умоляюще шепча:

— Господа, господа, прошу вас, не надо. Неужели для вас нет никаких законов? Сеньорита, прошу вас, будьте благоразумны… — Три пистолетных дула смотрели ему прямо в лицо, и он повторил едва слышно. — Сеньорита, прошу вас…

Лариса, вывернувшись из руки бандита, поднырнула пирату под руку, толчком сбивая прицел:

— Какого чёрта!

Ловкость и подвижность жертвы ошеломили атамана. Ни одна женщина до этого не освобождалась из его рук. Непонятное, почти звериное ощущение смертельной опасности опять царапнуло сердце человека, но он смирил его. Гордость не позволила мужчине отступать, особенно перед женщиной. Поэтому атаман сухо приказал спутникам:

— Оружие в кобуру. Малыш интересуется нашими законами. И только.

Дени попытался (опять-таки безуспешно) затолкать девчонку себе за спину. Он был мокр, натужно улыбался. Атаман, демонстративно не замечая девушку, встал перед ним, продолжая говорить. Громко, чтобы слышали все:

— Наши законы просты и понятны, господа. Добыча принадлежит всем и делится согласно оговорённым в контракте паям. Принимая в команду нового человека, мы определяем, какую часть условного полного пая ему назначить для начала. По мере увеличения заслуг, повышения в должности и увеличения опыта растёт и доля человека. Самая маленькая доля: треть пая для новичка, самая высокая: три пая для капитана. Но, пока добыча не оценена и не разделена, ею полностью распоряжается капитан! Так капитан имеет полное право взять себе на время приглянувшуюся ему женщину или дать (опять же на время) эту женщину любому или любым из своих товарищей. Я привык относиться с уважением к чужой храбрости. Но я бы не хотел, чтобы кто-то попытался противопоставлять себя нашим законам.

Дени опять улыбнулся. Он тоже подписал договор, в котором обязался защищать жизнь и здоровье порученного его заботам клиента. В другой же инструкции парню предписывалось ни на минуту не оставлять именно эту девушку вне поля зрения. Облизнув пересохшие губы, парень попытался продолжить переговоры:

— Даже самые совершенные законы не могут предусмотреть всё. Всегда остаются спорные ситуации. Например, если кто-нибудь из команды… нет, нет, я не имею ввиду грубое неповиновение! Но бывают же случаи, спорные, даже с точки зрения ваших законов?