Когда Марисса проснулась, солнце уже светило в большое окно ее спальни. Тяжелые шторы не пропускали настырные лучи, но и не сохраняли полного мрака в комнате. Вероятно, сейчас почти полдень. Приподнявшись на подушках, Марисса вдруг заметила, что не одна. В кресле возле туалетного столика спал Рей. Это не могло не удивить. Ее муж не был похож на человека способного провести ночь у постели больного. И, тем не менее, факт оставался фактом.

Осторожно покрутив головой, она обнаружила, что саднящая боль в затылке исчезла, как и противный шум в ушах. Марисса чувствовала себя почти прекрасно. Наличие Рея в кресле у ее постели даже несколько уменьшило это «почти», практически стирая его в порошок. Взглянув на мужа, Марисса вспомнила о причине вчерашнего инцидента и огляделась по сторонам, надеясь увидеть вышеупомянутые документы. Они обнаружились на прикроватной тумбочке.

Поднявшись с постели, девушка набросила на плечи пеньюар и потуже завязала пояс. Отметив, что снова переодета, даже не удивилась. Похоже, это становится первой семейной традицией. Открыв одну штору, чтобы не тревожить Рея светом, просмотрела бумаги. Судя по ним, она теперь была хозяйкой траста. Оформление занимало несколько месяцев. Если верить датам на договорах, Рей уже давно перетаскивал на себя одеяло, точнее, на нее. Теперь все финансы трастового фонда принадлежали его единственному владельцу — Мариссе Харпер-Кларк. Девушка медленно повернулась лицом к мужу. Рей продолжал спать, не подозревая о той буре, что начиналась в душе его жены. Вчерашняя ситуация перестала казаться такой ужасной. Вернувшись к постели, Марисса присела на край и задумчиво посмотрела на мужа. На лице девушки отразилась крайняя степень замешательства. Впервые она смотрела на Реймонда, и ей не хотелось выцарапать ему глаза.

— Может, все же станешь хорошей женой на… минут пятнадцать, — открыл Рей один глаз, — и сваришь мне кофе. Я бы сам, но у меня получается жуткая бурда.

В это утро Марисса была настроена дружелюбно. Пожалуй, в этот раз Реймонд заслужил чашечку хорошего кофе. Может, даже и круассан, если найдется мука на кухне.

— Не знал, что ты умеешь печь, — проговорил Рей, сидя на кухне через полчаса и набивая рот свежими круассанами.

— Я еще не раз тебя удивлю, — мило заулыбалась та ему в ответ, пододвигая еще тарелочку с выпечкой.

Почти полностью доев очередной сдобный шедевр под сладким взглядом Мариссы, Рей внезапно замер. Он поставил перед собой недопитый кофе и, с трудом проглотив половину плохо прожеванного круассана, поднял на нее испуганный взгляд темных глаз.

— Отравлены? — предположил Кларк.

— Если я захочу тебя убить, сделаю это по-другому, — успокоила его девушка, наблюдая, как Рей продолжил трапезу, немного выждав, добавила. — Может быть…

Рей снова чуть не поперхнулся, но от колкости, что была уже готова сорваться с языка, предпочел воздержаться. Он все еще чувствовал себя виноватым перед Мариссой, поэтому решил не усугублять. Впрочем, жена казалась вполне мирной и даже ласковой, если так можно было назвать приторный тон ведения беседы. Иногда Марисса становилась такой сладкой, что начинало подташнивать. Реймонду было бы легче, если бы девушка топала ногами и била посуду, но право выбора оставалось за ней. Собственно, сейчас Марисса пыталась вызвать его хоть на какие-то эмоции, но Рей стойко держал оборону.

— Послушай, — начал Кларк, отодвигая в сторону чашку с кофе. — Я хочу, чтобы ты знала. Эти документы… Я не знал, что отец хочет обанкротить «Харпер Корпорейшн».

— И ты наивно полагаешь, что я тебе поверю? — вскинула бровь Марисса.

— Как раз на это я даже не надеюсь, — покачал головой Рей. — Но прошу тебя все же выслушать меня. Спокойно выслушать.

— Валяй, — великодушно разрешила девушка, откидывая на спину рыжие кудри. — Я сегодня добрая.

— Марисса, я понимаю, что тебе все это поперек горла, — вздохнул Реймонд. — Но так сложилась жизнь и пока мы не можем ничего изменить. Мы можем только попытаться как-то улучшить наше положение.

— Продолжай, — заинтересованно прищурилась миссис Кларк.

— Я хочу исправить сложившуюся ситуацию. Ты должна мне помочь в этом.

— Каким образом? — рассмеялась Марисса. — Мне набросать для тебя план? Указать точные цели и желания?

— Как минимум, не воспринимать в штыки все, что я делаю, — спокойно сказал Реймонд. — Пойми ты, я не желаю тебе зла. Никогда не желал, — он протянул руку и накрыл ладонью ее дрогнувшие пальцы.

Марисса дернулась, но руки не отняла. Прикосновение его теплых пальцев оказалось приятным. Даже после того, что произошло на свадьбе, Марисса не испытывала к Реймонду отвращения. В конце концов, они оба ничего не обещали друг другу и клятв тоже никаких не давали.

— В этом я как раз и сомневаюсь еще… — тихо сказала Марисса, впервые открыто взглянув на Реймонда Кларка. И этот взгляд словно поглотил ее. Миндалевидные глаза, окруженные густыми, черными ресницами, излучали то притяжение, сопротивляться которому было просто невозможно.

— Я оформил на тебя трастовый фонд, — Рей не отпустил ее руки. — Когда отец узнает, будет в бешенстве. Львиная доля нашего капитала отмывается именно этим фондом. Разве это не гарантия? Разве нет?

— Я не знаю, могу ли доверять тебе, — отвела взгляд Марисса, впадая в замешательство. О том, что сказал сейчас муж, она даже не задумалась, когда просматривала документы. Действительно, все активы фонда переходили к ней, и распоряжаться ими теперь могла только она, как единственная хозяйка. Право подписи было только у нее.

Рей тяжело вздохнул, всматриваясь в столешницу. Затем он поднял глаза и чуть сильнее сжал пальцы девушки.

— Эй, что за мусор у тебя в голове, малышка? Марисса, посмотри на меня, — потребовал Кларк, и когда она подчинилась, добавил. — Ты должна научиться доверять мне хоть немного. Это так сложно? Я ведь не прошу тебя взломать базу Пентагона.

— Это я бы смогла, — улыбнулась девушка. — Я очень не плоха в информатике и прочей компьютерной ереси.

— Именно об этом я и говорю, — удовлетворенно сказал Реймонд. — Вот ты и рассказала о себе хоть что-то.

Марисса снова взглянула в его глаза. Увидев там что-то еще, не замеченное ею ранее, девушка все же высвободила руку из плена его сильных пальцев. Мариссе вдруг стало как-то не по себе, но сейчас это чувство граничило с приятным волнением.

Реймонд молча перевернул руку ладонью вверх, продолжая удерживать взгляд девушки. Подождав несколько секунд, он приподнял брови, продолжая ждать. Замешкавшись на какое-то время, она все же вложила узкую, слегка повлажневшую ладонь в его — крепкую и успокаивающе-теплую.

— Тебе плохо со мной. Я хочу это исправить, — тихо, почти шепотом, сказал Реймонд. — Раз уж мы вынуждены жить вместе, давай, попробуем наладить отношения.

Марисса вдруг почувствовала, что ей трудно дышать. Голова закружилась, и появился шум в ушах. Её словно окунули головой в ведро с водой и не давали вынырнуть на поверхность. Сердце начало пропускать удары один за другим.

— Что ты делаешь, Рей? — резко отдернула руку Марисса. — Зачем вот сейчас все это? Ты пытаешься поговорить по душам?

— Это плохо? — удивился Реймонд. — Я хочу понять, чего ты хочешь.

— Чего я хочу? — Марисса вскочила со своего места и обошла стол. Развернув Рея к себе лицом, она наклонилась к нему, опустив руки на широкие плечи молодого мужчины. — Я хочу, чтобы ты исчез из моей жизни так же стремительно, как ворвался в нее — вот чего я хочу!

— Без проблем, — улыбнулся Реймонд, думая о том, что мирной беседы все же не получилось. — Пройдет положенное время и… Черт! Мы же венчаны. Да все равно можешь потом жить так, как тебе вздумается. Бог не уследит за всеми.

— Какая же ты сволочь, Кларк! — толкнула его Марисса. — Хотя бы Бога не впутывай в ваши грязные игры.

— Я уже говорил, что ничего не знал о планах отца! — теперь уже вскочил Рей. — Я до сих пор не могу понять, почему он точит зуб на твоего отца. Может, ты в курсе?

— Не знаю я ничего! — закричала Марисса, запуская пальцы в распущенные волосы. — Как же ты меня достал! Как вы все меня достали!

— Успокойся, — Реймонд попытался погасить разгорающийся скандал. Он взял девушку за плечи, вынуждая остановиться, так как дочь Итана Харпера бегала по кухне из угла в угол.

— Оставь меня! — оттолкнула она мужа. — Дайте мне делать то, что я хочу! Я не могу уже так больше, не могу так… — она провела ладонью по раскрасневшемуся лицу и повернулась к мужу, прижимая руку ко лбу. — Я задыхаюсь, Рей.

— Эй, — подошел он к ней. — Я пока не знаю как, но мы вылезем из этого дерьма, — Реймонд погладил ее по щеке тыльной стороной ладони, стирая слезу. — Я обещаю тебе, Марисса. Слышишь? — он взял ее за скулы большим и указательным пальцами. — Верь мне.

Внезапно Марисса подалась к нему и поцеловала. Рей настолько опешил, что даже не успел прийти в себя, чтоб ответить на поцелуй, когда она отпрянула. Выставив перед собой руки, Марисса попятилась.

— Это я… я. Я — дура! — тяжело дыша проговорила девушка. — Не надо было это делать. Прости…

— Да я не против, — улыбнулся Рей, с трудом сдерживая смех. Она выглядела такой растерянной, словно впервые поцеловала мужчину. Еще никогда женщина не реагировала на него подобным образом. Что угодно, но только не просьба о прощении. Словно он монах, давший обет безбрачия, а она осквернила его уста греховным поцелуем.

Заметив его веселье, Марисса вспыхнула лихорадочным румянцем. Шея девушки покрылась красными пятнами, как и открытая часть груди. Сделав еще несколько шагов назад, она дошла до лестницы и натолкнулась на ступеньку. Не устояв на ногах, с размаху села на нее же, затем стремительно подскочила и снова чуть не упала.

— Да тише ты, — бросился к ней муж. Он со смехом поймал девушку за талию и притянул к себе. — Нормально все. Подумаешь, поцелуй… Мы ведь женаты. Да, мы не спим вместе, но поцеловаться иногда можно. Успокойся.