— Вы не кажетесь мне противником насилия, — уточняет немного времени спустя.

— Да, но..., это мое личное упущение. Моя семья действительно такова, только я кровожадна. И вы же должны понимать, что для вегетарианской семьи... это действительно проблема.

Я выбрала симпатию, надеюсь это выигрышная линия.

— Вы вегетарианка? Действительно? — спросил он меня так, будто я прилетела с Марса.

— Абсолютно точно, — говорю я, ни капли не смутившись.

— И при этом вы участвуете в охоте? — сразу же задал он вопрос.

— Надеюсь, вы оцените этот жест. Чего только не сделаешь ради Вашего общества.

— Ага, значит вегетарианка с чувством иронии! А я-то думал, что вам хватает силы есть только брокколи, — говорит он мне с веселой ноткой в голосе.

— Однако, я вегетарианка, а не веган, я не лишаю себя практически всего, — объясняю ему.

— Насколько интересными можно назвать ваши вкусовые привычки, я бы хотел затронуть этот особенно интересующий меня вопрос, если вы позволите, — сказал он серьезно. Я почти начинаю волноваться.

— Спрашивайте.

— Почему Йен? — спрашивает он, внимательно глядя на меня. — Я имею в виду, что он замечательный парень, голубой крови и все прилагающееся к этому, но я подозреваю, что для вас это не представляет особой ценности.

Кто бы говорил, мужчина способный на проницательность. Эта его реплика меня почти расслабила. Наконец-то, хоть кто-то это понял.

— Думаю, Йен все еще не присоединился к нам, — говорю ему, повернув голову.

— Слишком зациклен на себе, — раскрывается герцог.

— Разве в семье он белая ворона? — рискую задать вопрос.

Старик снова рассмеялся.

— К концу дня я изменю свое мнение о вас. Кто бы мог подумать. Очень ограниченное число людей способны удивить меня, мисс Перси.

— Прошу вас, не стоит. Мне стоит защищать свою репутацию, — умоляю его.

— Однако Вы не собираетесь за него замуж? — спрашивает он меня неожиданно серьезно.

Не знаю так это или нет, но мы, кажется, пришли к наиболее серьезному вопросу.

— Замуж? За Йена? Мы говорим об одном и том же человеке? — спрашиваю его с широко открытыми глазами.

— Йен не предсказуем, поверьте мне, — убеждает он меня. — Подобная глупость вполне в его стиле.

— У меня нет абсолютно никаких намерений относительно женитьбы с ним, — убеждаю его. У меня нет ни малейшего понятия, почему он хочет быть абсолютно в этом уверен, но нет никакого смысла лгать ему.

— Не поймите меня неправильно, вы действительно привлекательная и яркая, но в будущем Йен станет герцогом и рядом с ним должна быть женщина, привычная к такому образу жизни, не знаю, как еще объяснить...

Было очевидно, что рано или поздно мы придем к ядру проблемы.

— Все предельно ясно, — убеждаю его. На самом деле он был бы ошеломлен, если бы понял, что я разделяю его мысли.

— Итак, вы не в обиде? — спрашивает он меня облегченно.

— Ни капли, — убеждаю его.

— Значит, вам придется придумать способ, как освободить моего внука, — предполагает он.

— Почему? — спрашиваю его удивленно.

Внезапно дедушка Йена хмуро посмотрел на меня. Очевидно, что он привык к покорности, которая не допускает возражений.

— Потому что вы очень нравитесь ему и будет лучше не слишком торопить события.

«Я нравлюсь Йену? Но это же безумие», — я почти сказала ему это, как вспомнила о тех фото, которые были для спектакля, по нашей сделке, в конце концов.

— Йену всегда надоедают те женщины, с которыми он появляется в обществе, — говорю ему. — И я больше чем уверенна, что мой час пробьет в ближайшее время.

Герцог взволнованно посмотрел на меня, пока мы скакали бок о бок.

— Я думал, Вы более внимательная наблюдательница. Но я представляю, что достаточно трудно быть объективным, когда речь идет о нас самих. Скажу прямо, лучше прекратить все сейчас. — Его тон был серьезен, властен и не требовал ответа.

— Я подумаю об этом, — ограничиваюсь. С меня уже хватит разговоров на эту тему.

В данном случае моих слов было достаточно, так как он кивнул. Затем он начал осматривать горизонт и заметил что-то.

— Фазан, — с энтузиазмом шепчет он мне, показывая на точку перед нами. Его голос очень тихий, собственно, чтобы не испугать добычу. О, нет!

— Давай, Генри, подай мне ружье! — приказывает он мальчику, который появился перед нами и следует на небольшом расстоянии.

Мы все приблизились к добыче, и герцог спускается с лошади для того, чтобы прицелиться. Вижу, как он вытягивает руку, чтобы нажать на курок, и в следующую секунду я знаю, что делать. Прежде чем дедушка Йена разрешит мне это, я чихаю со всей силы, на которую способна. Фазан, испуганный, поворачивает голову за секунду до выстрела. Луна, так же удивленная звуком, в свою очередь пугается и поднимается на дыбы, подбрасывая меня вверх и заставляя не слишком достойно шлепнуться на землю.

Все застыли от страха, не зная помочь мне либо оставить меня там, где я нахожусь, учитывая то, что я натворила. Прежде чем кто-либо решит предпринять что-то, решаюсь подняться сама.

Герцог косо смотрит на меня. И мне пришлось постараться, чтобы привести себя в человеческий вид. С этим чихом разлетелись все.

— Прошу прощения, — говорю страдальческим голосом. — Но эта аллергия меня когда-нибудь убьет.

И улыбаюсь самой невинной улыбкой в мире.

Когда в тот вечер я переступила порог моего дома, я почувствовала себя такой уставшей, что не могла ничего делать, кроме как плюхнуться на диван. Жалко, что вышло это у меня не очень, из-за ноющей пятой точки, нежеланный подарочек от долгой прогулки верхом и очаровательного эффектного падения.

— Все в порядке? — спрашивает Лаура, удивленно поднимая бровь.

— Не совсем, но спасибо, что спросила, — отвечаю улыбаясь. К счастью, я все еще могу улыбаться.

— Веры нет, — говорит она. — Но я не дождусь ее прихода. Ну же, расскажи мне все! Все!

— Клянусь, у меня нет сил, — говорю, уже распластавшись на диване.

Она бросает мне подушку в лицо.

— Прошу тебя! Я должна знать, что произошло! Пресса молчит! — жалуется Лаура.

— К счастью! — замечаю я. И вправду, не хватало только фото моего полного поражения... — Вперед, что ты хочешь узнать? — спрашиваю, сдаваясь.

— Все! Абсолютно все! — говорит она, вскакивая.

— Пожалуйста, не двигайся, у меня болит попа, — отвечаю ей.

— Из-за чего?

— Я упала с лошади, — признаюсь печально.

— И что же ты делала на лошади? — спрашивает она смеясь. На самом деле я совсем не выгляжу как наездница.

— Я спасала фазана, — отвечаю на полном серьезе.

— И как? Спасла? — она смотрит на меня все более изумленно.

— Конечно. Я пожертвовала своей попой, но это того стоило, — гордо подтверждаю.

— Это должно быть, были очень оживленные выходные, — говорит она.

— Ты понятия не имеешь, насколько, — слегка поднимаюсь, чтоб лучше ее рассмотреть.

— Ты хочешь поделиться интересными деталями?

— Дорогая... мое шумное падение с лошади весьма интересная вещь! — отвечаю ей.

Лаура смотрит на меня совсем не убежденная.

— Хорошо, хорошо! Расскажу тебе вкратце, — сдаюсь. — Итак, посмотрим: замок огромный, невиданная вещь, и полон слуг, обожаемых Йена. Ах, его семья не в восторге от того, что он не работает в одной из их фирм. И чтобы красиво закончить, они нас разместили в одной комнате.

И после этих слов лицо Лауры превращается в маску изумления и энтузиазма.

— Место, гончая собака, вот кто ты, — торможу ее сразу. — Ничего не произошло. О боже, да совсем ничего, абсолютно ничегошеньки!

Ну вот, последнее можно было не говорить.

— Дженни! — восклицает Лаура. — Я хочу узнать!

— Он всего лишь меня поцеловал, — спешу уточнить. — И это был крайний случай!

— Да, да, продолжай так же говорить, но ты только и делаешь, что целуешься с ним! — сердится моя подруга.