Перемещались ночью, а днем отдыхали и заготавливали продовольствие в ближайших деревнях.

Из-за машин марш был трудным, они нуждались в дорогах. А где их найти в лесу, если порой двигались по азимуту, через кустарники? Вначале оставили кухни, потом «сорокапятки». Вскоре оказались обузой и сами машины.

19 июля вышли в лес восточнее хутора Карповича и севернее Глуска. Остановились на дневной отдых. По договоренности с председателем колхоза, который продолжал руководить хозяйством и после прокатившихся через деревню фашистов, получили десяток голов крупного рогатого скота. До вечера готовили еду. Подкрепились. Отдохнули и — снова в путь.

Еще засветло подошли к большаку Бобруйск — Глуск. Комбриг решил дорогу переходить, не дожидаясь темноты. Охранение вышло на фланги, и колонна двинулась.

Поначалу все шло хорошо, но вскоре появилась вражеская машина. Завязалась перестрелка. Переход большака застопорился. Комбриг приказал усилить охранение и продолжать движение — все равно уже обнаружены.

В итоге боя с охранением десантников фашисты, потеряв пятерых солдат, откатились за поворот. Туда же убралась и их машина. Переход дороги закончился. Колонна продолжала движение, но под вечер за десантниками увязались преследователи. С тыла наседали автоматчики, а впереди громыхали взрывы. Не менее трех батарей с двух направлений били по лесу в одно место, преградив путь бригаде. Лишь решительным броском можно было выйти из этого огненного «мешка». Густой, почти непроходимый орешник разрознил десантников. Наступившая темнота довершила дробление бойцов на отдельные группы. Взводы и роты уже распались. В каждой группе — свой старший. По его командам и действовали.

В середине ночи фашисты прекратили артиллерийский обстрел и преследование. Стало тихо. Но это не успокаивало.