Я хотела бы, чтобы у меня все легко получалось.

Мы молчим, пока идем по гравию. Единственный звук, который разносится по округе, это звук наших ботинок по камешкам.

Куинн все еще крепко держит меня за руку, и я позволяю вести себя в неизвестность. Но меня совсем это не тревожит. Наоборот, мне больше интересно, куда он меня ведет. Парень приводит меня за угол мотеля, и мы начинаем подниматься вверх по холму.

– Эй, куда мы идем? – спрашиваю я. Я крепко держусь за его руку, так как вся местность завалена камнями, а я боюсь упасть.

Куинн ухмыляется.

– Ты скоро все увидишь. Мы близко.

Чем дальше мы идем, тем круче становится склон холма, и тем невероятнее становится рельеф. Подошва на моей изношенной обуви прекрасно держится на такой поверхности, и я не так сильно скольжу. К счастью, Куинн помогал мне справиться с самыми крутыми подъемами. А иногда наоборот, я сама рефлекторно цеплялась за Куинна, чтобы удержать равновесие и не свалиться вниз.

– Давай, Рэд, будь мужиком, – шутит тот, кто вообще никогда не запинался.

Со стороны может показаться, что ему всю равно на меня, но я замечаю, как осторожно он посматривает на меня через плечо, чтобы убедиться, что со мной все в порядке.

Это почему-то меня так умиляет.

Наконец мы добираемся доверху, и мне не хочется этого признавать, но я немного запыхалась.

Куинн отпускает меня и смотрит куда-то вдаль. Мне интересно, что привлекло его особое внимание. Поворачиваюсь, и у меня захватывает дыхание, когда я смотрю на то, что видит он.

Огни Южного Бостона предстают передо мной, и этот вид поистине прекрасен. Забравшись на этот холм, можно рассмотреть город вокруг себя с высоты птичьего полета. Сейчас я не могу сконцентрироваться ни на одном человеке или событии, так как мой разум полностью опустошен. Он полностью охвачен представленным пейзажем. Я улыбаюсь от того, что так и должны поступать нормальные люди.

– Это просто восхитительно. Мы так высоко, – отмечаю я, все еще осматривая вокруг себя каждую деталь.

Куинн ничего не говорит, но расчищает себе место руками, и садиться на землю, располагая колени перед собой. Я чувствую себя глупо от того, что все еще стою, и присаживаюсь рядом с ним. Мои глаза не отрываются от городского пейзажа.

Увидев город с этой высоты, все смотрится по-другому. Все кажется таким крошечным и простым, что мне хочется остаться здесь навсегда. Я даже начала забывать реальность, кто я и что сделала. Здесь наверху я просто могу сделать вид, что я девятнадцатилетняя девушка без темного прошлого, которое все равно однажды нагонит меня.

– Могу я спросить тебя кое о чем? – говорит Куинн, вторгаясь в мои откровенные размышления.

– Конечно, – отвечаю я, веду руки по коленям и обнимаю их с обеих сторон.

– Ты когда-нибудь задумывалась, а какой смысл?

– Какой смысл в чем? – спрашиваю я, перемещая подбородок на руки, и поворачиваюсь к нему.

Лунный свет отражается в его зеркальных глазах, когда Куинн обдумывает следующую фразу.

– Смысл во всем. В жизни. Почему мы так упорно стараемся добиться чего-то, когда другие просто плюют на это. Посмотри туда, – говорит он, указывая подбородком на город внизу, – этот город заполнен людьми, которые улыбаются, и которые легко проживают свои обычные дни. Они живут каждый день, не прикладывая особых усилий, и когда идут спать им даже не интересно в чем смысл их существования. Когда все вокруг быль.

Я не знаю, что сказать, потому что Куинн высказал все, что я чувствую каждую секунду, каждого дня. Я знаю, что внутри Куинна заперты демоны, которые ждут момента слабости, чтобы прорваться наружу.

– Я думаю, что мы все равно должны идти вперед, потому что другого выбора у нас нет? Мы можем либо сдаться, либо идти и сражаться. И думаю, что ты совсем не похож на того, кто может сдаться, – говорю я, смотря на него внимательным взглядом. – Поэтому мы стараемся, мы живем, так как можем жить, в надежде, что когда-нибудь найдем смысл своего существования. И это лучшее для нас.

Куинн кивает, соглашаясь с моими словами.

– А ты нашла свой смысл?

Я смотрю на беззвездное небо, которое освещается лишь светом с земли.

– Нет, но я пытаюсь. И будь я проклята, если моя жизнь станет хоть на секунду еще лучше, чем есть сейчас.

Вау, в первый раз я высказала кому-либо то, что действительно думаю. Но начинаю чувствовать себя глупо, что вообще открыла рот. Мне лучше просто закрыться в себе.

– Эй, не делай этого, – говорит Куинн, его зеленые глаза мерцают в лунном свете. – Никогда не чувствуй себя глупо из-за честности. Особенно со мной, – искренне добавляет он.

Понимаю, что речь идет о нем, но я чувствую себя вполне комфортно рядом с ним, и действительно доверяю ему. Мысль о том, что мне нужно держаться от него подальше теряется на короткое время. Я осознаю, что это не правильно, но не могу противиться.

– Рэд... от чего ты бежишь? – настоятельно шепчет он, боясь, что я вдруг взорвусь или убегу.

Вздыхаю, и я удивлена, что я тут же не убежала отсюда, когда он задал такой сложный для меня вопрос.

Смотрю на Куинна, вглядываясь в эти глубокие зеленые глаза, и понимаю, что никогда я не чувствовала душевную связь с кем-то.

– Я не могу тебе сказать, – говорю я, не раздумывая.

– Почему нет? – спрашивает парень. – У всех у нас есть собственные демоны. Я никогда не буду судить тебя. Я просто хочу...

– Чего ты хочешь? – спрашиваю я, вдруг начиная нервничать от того, что он сейчас скажет.

– Это связано с тобой. И я не могу остаться в стороне. Но я не хочу напугать тебя или слишком сильно давить. Но чем больше я хочу узнать тебя, тем глубже я падаю. Мне никто так никогда не нравился прежде. Я всего лишь хочу узнать тебя, настоящую тебя, – признается он, и я знаю, что это откровение ему далось нелегко.

Назовите это интуицией, но я знаю, что у него есть тот же «багаж» за спиной, что и у меня. Справедливости ради надо признать, что его проблемы не такие паршивые, как у меня, и это не значит, что они менее важны. Но я не могу сделать этого. Это не по плану. Я пришла сюда не для того, чтобы заводить друзей или чувствовать... это. Я даже не знаю, что именно я чувствую. Но понимаю, что это приведет к неприятностям.

Я резко вскакиваю, чувствую себя слишком беззащитной и уязвимой под его проницательным взглядом.

– Мне нужно идти, – мне еле хватает воздуха, чтобы ответить.

– Что? Почему? – спрашивает Куинн, быстро поднимаясь на ноги. Он боится, что сказал что-то не так.

– Я просто должна уйти, – невнятно отвечаю я. И ускоряю шаг, когда вижу боль в его глазах.

Конечно, в этот самый момент небо решает вылить на меня сверху вниз все, что накипело. Я пытаюсь как-то маневрировать, спускаясь с холма, чтобы не сломать себе шею. Слышу сзади, как Куинн зовет меня, но я не останавливаюсь. Его голос эхом придает мне силы двигаться дальше по склону вниз в более быстром темпе. Я совершенно не забочусь о том, что дождь полностью застилает глаза, и мне приходится щуриться, чтобы хоть что-то увидеть.

– Рэд! Стой! Дай мне помочь тебе, – слышу я позади себя, но я не могу.

Мои ноги сами стали в панике двигаться быстрее, боясь того, что произойдет, если Куинн догонит меня. Дождь ручьем стекает по бокам от меня, тем самым превращает траву в скользкую грязь, но я не останавливаюсь.

К счастью, земля становиться более плоской, я прыгаю вниз и хочу быстро попасть в свою комнату. Слышу, что Куинн совсем рядом со мной, от чего мое сердце начинает колотиться в бешеном ритме, словно заиграла болезненная симфония с острыми ударами.

Обувь Куинна громко скрипит по гравию. Я чувствую его запах до того, как он, немного запыхавшись от бега, притягивает меня к промокшей груди.

– Перестань убегать, – отвечает парень, глубоко дыша.

Я улавливаю двойной смысл в его словах.

Он обхватывает сильной рукой мою крошечную талию, прижимается передом к моей спине, заставляя меня перестать пытаться высвободиться из этого захвата. Мы оба мокрые насквозь, и дождь продолжает поливать нас, но Куинн не отпускает меня. Он не ведет меня в безопасное место на аллее и не укрывает меня от беспощадного дождя. Но, не смотря на это, я никогда еще не чувствовала себя такой защищенной, как сейчас в его объятиях.