Видимо, имеется в виду празднество в храме Камо-дзиндзя, проводившееся в 10-й день 11-й луны. Перед храмом в день праздника устраивались обрядовые танцы, исполнители которых назначались специально.

Танка содержит омонимы: киру – «носить» и «приходить», нарэ — «привыкнуть носить» и часть слова нарисомэ – «быть в близких отношениях». Слово мэдзураси – «красивый», «замечательный» включает слово цураси – «жестокий». Таким образом, второй смысл танка: «Я привыкла видеть тебя, который так долго приходил ко мне, и как мне теперь горько!» Рукава одежд – образ встречающихся и разлучающихся влюбленных.

Танка содержит омонимы: Идэ – название местности и форма глагола «быть», ори – «рвать», «ломать» и «находиться», «пребывать». Иной смысл четвертой строки стиха: «Грустно быть одному». Идэ – местность, славящаяся красотой цветов ямабукй. Танка помещена в Кокинрокутё, 6 (раздел «Ямабуки»).

Сита-ни в танка означает «в глубине души» и «под небом», «в Поднебесной». Дама хочет сказать, что она думала, что лишь она одна плачет, но вот и осеннее небо проливает дожди.

В другом списке во второй строке вместо наноми имеется более вероятный вариант нами-но (нами – «волна»). В танка обыгрываются омонимы: нами – «волна» и нами – «нет», нэ – «корни» и «голос», накару «течь» (здесь о корнях водорослей переведено «колебаться») и «плакать». Другой смысл этого иносказания: «Не встречаться нам с тобой, и в вечном смятении я лишь плачу в голос». Нами – «волна», ми – «вода», нагару – «течь» связаны по типу энго. Танка помещена в Синкокинсю, 15, с пометой: «Автор неизвестен».