Он хотел коснуться ее, но не ради его или ее наслаждения. Он хотел коснуться ее, потому что что-то горячее и болезненное сдавило его грудь и мешало дышать. Он хотел поцеловать ее медленно и нежно, пробовать ее, познавать ее, создавать связь между ними, чтобы понять эту странную боль. Он хотел держать ее и никогда не отпускать.

Лир хотел ее так сильно, но еще ни разу не ощущал эту сторону желания. И он боялся.

Не думая, он поднял руку, словно ею управляла невидимая сила, словно у Клио была афродизия, и она влекла его к себе.

Его пальцы задели ее нежную щеку, ее кожа была теплой от ее румянца и в каплях дождя. Он нежно провел пальцами к ее шее, его ладонь обхватила ее шею. Он провел большим пальцем от ее челюсти до уголка рта.

Лир собирался поцеловать ее. Хоть он знал, что не должен. Хоть это было глупо и опасно для них обоих. Он не мог удержаться.

Лир не успел склониться и поймать ее губы своими, холодная дрожь пробежала по его спине, стала осколками льда. Он напрягся, инстинкты кричали на него.

Они были не одни.

Не убирая ладонь с шеи Клио, Лир прислушался. Темная улица тянулась в стороны от них, скрытая ливнем, свет редких фонарей отражался от луж и не помогал видеть.

— Лир? — прошептала Клио с тревогой.

Он искал угрозу и молчал. Страх пронизывал его все сильнее, граничил с паникой. Он снова осмотрел улицу, искал источник опасности.

И увидел его. Не скрытый, а на виду. Следящий. Ждущий.

В конце улицы, в пределах его ограниченного поля зрения, стояла темная фигура. Ноги широко расставлены, оружие выпирало на силуэте, руки были скрещены. Дождь лился вокруг наблюдателя, но он не вздрагивал. Ждал.

Ждал, пока его заметят.

Сердце Лира колотилось о ребра. Он знал этот силуэт, как и ледяной холод в теле.

Эш.

Эш нашел их.

Когда Лир посмотрел на него, дракониан пошевелился. Он вытащил из-за плеча длинный изогнутый меч. Свет тускло сиял на клинке, деймон поднял его в позиции готовности. И ждал.

Страх Лира рассыпался, включились инстинкты выживания.

Почему Эш ждал? Зачем раскрыл себя? Почему пожертвовал элементом неожиданности? Если бы он сразу напал, мог бы убить Лира и Клио одним ударом, не рискуя собой.

«Почему, Эш?» — ему хотелось кричать эти слова в расстояние между ними. Он знал, что переговоров не будет — меч ясно это показал. Он раскрыл себя не просто так, и это была не доброта — напасть на Лира открыто, не убив его из засады.

Справедливого боя между теми, кто учился биться на тренировочных землях Аида, быть не могло. Но что тогда?

— Лир? — снова прошептала Клио и начала поворачиваться.

Меч Эша двигался, свет вспыхивал на клинке.

Лир сжал ладонь на Клио, удерживая ее, и холодное осознание наполнило его.

— Зачем тебе нужно найти ее?

— Все тут гадкое. Этот город. Деймоны в нем. Мы. Мы черные от грязи этого места. Она — нет. И я не дам им испортить ее. Я не хочу, чтобы она закончила как мы.

Лир вспоминал темную крышу, где они обменялись этими словами пару дней назад. Он помнил каждое слово, каждый миг, так что помнил и Эш.

Их с Эшем души были черными от тьмы Асфодели. Но у Клио — нет.

Лир сжал Клио и приготовился к предательству. У него не было выбора. Он не упустит шанс, что Эш дал ему. Он отогнал слабые эмоции и выпустил инстинкты. Резкая агрессия пронзила его.

Он сбросил морок.

По телу пробежало мерцание. Клио охнула. Лир поймал ее лицо ладонями, прижав их к щекам. Прикоснулся.

Он посмотрел ей в глаза. Поймал ее взглядом.

— Клио, — проворковал он, используя гипнотизирующие тона полного облика инкуба. Голос.

И он обрушил на нее заряд магии соблазнения.

Клио выгнулась, рот раскрылся, зрачки расширились. Прикосновение, взгляд, голос — три условия, что усиливали силу афродизии до максимума. Его магия смела ее волю, оставила ее беспомощной.

— Беги, — приказал он, сила гудела в голосе, взгляде, прикосновении. — Беги к станции метро. Не останавливайся. Не возвращайся.

Она смотрела на него пустыми глазами, дрожала от его магии.

Лир отпустил ее и отпрянул на шаг.

— Иди!

Горшок выпал из ее рук и разбился об асфальт. Она сломя голову побежала по улице. Клио не замирала, не оглядывалась, быстро пропала за углом, направляясь к станции метро и относительной безопасности рынка надземников.

Лир медленно выдохнул. Он говорил Клио, что Эш не знал пощады, но это… это была его пощада. Он дал Лиру шанс спасти Клио.

Лир взглянул на лозу, примятую дождем, осколки горшка валялись на тротуаре, и ливень уже смывал землю. Он не позволял себе чувствовать, сожалеть, страдать. Он не давал себе думать, простит ли его Клио.

Скорее всего, он будет мертв раньше, чем его афродизия рассеется вокруг нее и даст ей понять, что он сделал… и почему.

Глава одиннадцатая

Лир сошел с крыльца и активировал чары защиты в цепочке на шее: одни для магической защиты, другие — для физической. При этом он вытащил из-за пояса перчатку лучника с тремя пальцами и надел ее.

Дождь лил стеной, Лир повернулся к темной улице, где стоял Эш… но улица была пустой.

«Проклятие».

Он снял лук с плеча и вытащил три стрелы из колчана. Он вложил первую, паника ударила его, как волна океана. Ужас терзал его разум, замораживал тело, словно цепи льда сковали его конечности.

Если бы он впервые столкнулся с паникой, вызванной драконианом, он бы тут же умер.

Он вырвался из паралича и развернулся, поднял лук. Из дождя и тьмы развернулись широкие крылья, Эш падал с неба.

Лир выпустил стрелу, их разделяли дюжина футов. Эш повернулся, стрела пронеслась мимо его горла, не попав лишь на дюйм. Он рухнул рядом с Лиром, чудовищный клинок в руке уже кружился. Лир отскочил от него и вложил вторую стрелу.

Все противники Лира, столкнувшись с лучником, обычно быстро отступали.

Эш вместо этого бросился вперед. Он схватил лук, наконечник стрелы гремел о броню на его перчатке. Он толкнул лук вверх, заставляя Лира открыть защиту. Эш взмахнул жутким мечом, клинок сиял в дожде.

Лир активировал чары на наконечнике стрелы. Чары взорвались, меч Эша почти врезался в грудь Лира.

Они отлетели. Лир врезался в тротуар, легкие сдавило от удара. Его щиты спасли его от острого края оружия и отразили часть силы, но не весь удар, а Эш ударил его сильно.

Не дожидаясь, пока он сможет дышать, Лир вскочил, готовый стрелять. Эш оставался на ногах, его влажная одежда дымилась от взрыва. Он изменил стойку, взгляд был цвета темных туч. Холодный, без эмоций.

Страх гремел в Лире, фальшивый ужас дракониана заражал его, и Лир понимал, почему драконианы, как и инкубы, оставались в мороке даже в их мире.

Черные крылья дракона поднялись за спиной Эша, длинный хвост удерживал его равновесие, заканчивался черной кисточкой. Обсидиановая чешуя была на его скулах, шесть рогов, по три с каждой стороны головы, изгибались за ушами, придавая его лицу жестокий вид.

Та же черная чешуя была на его руках сверху, щитки защищали голые части с другой стороны. Оружие было пристегнуто на всем теле, но он двигался легко, вес не мешал ему. Черная повязка закрывала нижнюю половину лица, и знакомой в его облике была лишь красная лента, заплетенная с одной стороны.

Руки Эша сжалась, и его длинный изогнутый меч, предназначенный только до убийств, дрогнул. Сила срывалась с клинка, черный огонь трепетал на стали, словно она была покрыта бензином.

Лир натянул тетиву и выпустил вторую стрелу. Эш отскочил в сторону, прижал крылья, чтобы они не пострадали, а потом бросился к Лиру. Он выпустил третью стрелу.

Взмахом меча дракониан разрезал стрелу в воздухе. Его клинок взмыл, и Лир отпрянул. Лезвие плашмя ударило по его луку, выбивая его из рук. Лук пролетел по воздуху и застучал по асфальту в десяти футах от него.

Эш врезался в Лира плечом, его меч последовал за ним. Он попал по телу Лира, скользнул по щиту, окруженный темным огнем.

Лир ощущал, как его плоть разделяется от опасного клинка.

Меч вырвался, и Лир пошатнулся, потрясение затуманило его мысли. Кровь пропитала его футболку. Его щит не справился? Эш пронзил его? Как?

Эш снова атаковал мечом.

Лир удвоил защиту, окутав ладони щитами, поймал клинок и запыхтел, когда сила оттолкнула его. Эш расправил крылья, толкал Лира, заставляя меч опуститься.

Огонь на мече обжигал щиты Лира, выедал их. Стиснув зубы, Лир послал магию в клинок дракониана. Быстрее, чем когда-либо, он сплел простые чары, что должны были выжить в поглощающем огне. А потом толкнул меч вверх и отпустил.

Золотой свет вспыхнул на стали. Заряд тока скользнул по клинку в Эша. Ноги дракониана подкосились, и Лир побежал к луку.

Трещащая сила, не связанная с Лиром, заполнила воздух. Черная магия вырвалась из Эша — взрыв, сила которого порвала парализующее плетение. Сила долетела до Лира и оттолкнула его. Он рухнул в двух футах от лука.

Он схватил лук одной рукой, стрелу — другой, перекатился на спину. Он снова был вооружен, но держал оружие не теми руками — лук был в правой ладони вместо левой.

Эш бросился, магия окутала тело. Он не закрывался, не избегал, зная, что Лир не успеет поменять руки и выстрелить.

Лир, лежа на спине, вложил стрелу в лук и выпустил ее в дракониана.

Эш дернулся в сторону. Стрела, пробивающая щит, не попала по его груди, вонзилась в предплечье над щитком.

Взмахнув крыльями и хвостом, Эш отскочил на пару шагов. Он схватил стрелу, торчащую из его руки, сломал ее и отбросил кусок. Дракониан выдернул другую половину, Лир поменял руку на луке, сжал цепочку на шее. У него было время и место развернуть бой в свою пользу. Он сорвал камень, активировал чары и бросил его в пространство между ним и Эшем.

Свет вырвался из камня сложной паутиной линий и рун. Они сияли, клинки магии вырвались из плетения — атака, что прорвет щиты Эша и пронзит его.

Эш поднял ладонь и колдовал, но было поздно останавливать чары.

Огонь вырвался из дракониана жутким вихрем и столкнулся с плетением Лира. Золотой свет боролся с эбонитовым огнем с ревом силы, и дождь испарялся с шипением. Взрыв вспыхнул и угас.