- Давай пиццу.

Светлана запихнула пиццу в микроволновку, и принялась за кофе.

- О запах уже хороший. - Прокомментировала Наталья кофейный аромат.

- Что, ты говорила, нужно добавлять в него? Имбирь, корицу…? Что ещё?

- Так, ты запомнила рецепт моей знакомой осетинки?

- Не до конца…

- А вот про прищепки запомнила.

- Ещё бы.

- Ааа. – Протянула Наталья удовлетворённо. – Это, всё-таки, зацепило тебя в тот вечер? Почему тогда ушла? Вначале была не против продолжения…

- А ты заметила?

- Чего тут замечать, сразу было ясно, чем дело кончится.

- Ох ты… - Светлана поставила, на стол тарелки с пиццей, кофе и тоже села напротив, причём полы её халата, предательски разъехались.

Наталья тут же воспользовалась этим, протянула руку, и погладила сосок левой груди. - Болит?

- Да.

- Приятно?

- Да.

- Ещё хочешь?

- Да.

- Хорошо.

- Рассказывай, что там в Пятигорске.

- Ну вот, начинается проза жизни. Ладно слушай - Кашина была у них и смотрела новые поступления. Среди прочего, её сильно заинтересовали письма Эмилии Александровны Клингенберг…

 - Это которая Верзилина, и с которой разговаривал Лермонтов во время ссоры с Мартыновым?

- О, хорошие знания темы, для новичка.

- Да что тут особенного, я всё уже знаю, и про ссору, и про дуэль, так что…

- Так уж и всё?

- Да, всё.

- Ну что, например?

- Повод для ссоры был.

- О как. – Иронично отреагировала Наталья, и приготовилась оппонировать. – Какой интересно, из-за Верзилиной, которая Клингенберг?

- Как один из вариантов, но это только повод, причина же, в пропавших письмах сестёр Мартыновых.

 - Да ну? Ты про историю с возвращением трёхсот рублей?

- Да о ней. Очевидно, что Лермонтов вскрыл пакет, письма прочитал, а потом, в качестве прикрытия придумал историю, с ограблением.

- Допустим и что?

- Как что? Это и была причина дуэли, а поводом стала безобидная шуточка про костюм горца.

- Ты где услышала эту версию? Не в музее Лермонтова часом?

- А что?

 - А то… Знаешь в каком году была эта несчастная история с письмами?

- Какая разница?

- Очень большая разница. История эта случилась в 1837-м году, а дуэль когда была?

- В 1841-м.

- Вот именно, четыре года прошло. Чего ж, так долго Николай Мартынов искал повод? Не подворачивался всё никак?

- Наверное.

- Ну конечно, а тут раз - и подвернулся? Хорошо, тогда следующий вопрос: почему Мартыновы продолжали пускать Лермонтова в свой дом, если так обиделись на него? Почему поэт спокойненько приходил к сёстрам, и те с ним мило флиртовали. Это как то не вяжется с тайной вендеттой. За что же мстил Николай, в таком случае, если никто не был обижен?

- А слухи? Слухи о каких-то компрометирующих сведениях, которые начали распространяться о сёстрах?

- Это какие же? Я что-то не помню ни о каких слухах. И если было хоть малейшее подозрение в том, что Лермонтов что-то там распускает, то повторяю тот же вопрос: почему сёстры продолжали к нему хорошо относиться? Смотри - с 1838-го по 1839-й годы Николай  Мартынов служит в Санкт-Петербурге. Лермонтов регулярно бывает там и, наверняка, они встречаются. И что? А ничего, никаких ссор и никаких поводов для дуэли никто не ищет. Более того, с начала 1840-го года по май включительно, Лермонтов чуть не каждый день посещает дом Мартыновых в Москве, и со слов их матери, которая его не любила за злой язык, сёстры им очарованы. Это как? И кстати, этот факт отсекает ещё одну версию, о якобы имевшем место неудачном сватовстве поэта к младшей сестре Наталье Мартыновой в 1837-году. Если бы это было, то о какой дружбе и, тем более очарованности, могла идти речь, спустя три года, после того, как ему дали от ворот поворот?

- Вот чёрт, только всё устаканилось, только всё стало ясно, как опять полный раздрай. Получается, не было кражи писем, и не было обиды?

- Была кража или нет, неважно. Важно, что обиды никакой не было, это точно. Что там ещё? Секунданты? Есть объяснение их противоречивым показаниям?

- Да, есть. Глебову и Васильчикову, пришлось прикрывать участие Трубецкого и Столыпина в дуэли, так как они уже были в опале у царя, и уже были сосланы на Кавказ. Ещё одна провинность с их стороны и это бы уже грозило им, самыми серьёзными последствиями.

- Ну ясно. – Скептически отозвалась Наталья. – И поэтому Васильчиков и Глебов путались во всём: и как они добирались до места дуэли, и кто из них был секундантом Мартынова, а кто Лермонтова? Что сложного было договориться об этом заранее? И почему, кроме Васильчикова в будущем, никто из них ни словом не обмолвился о дуэли? Через несколько лет, только ленивый не писал о том, что случилось, а они нет. Почему? Стеснялись? Или скрывали что-то? Что дуэли не было, например?

- О боже, только всё стало ясно… А что же было?

- Например пикник. Есть свидетельства, что на месте так называемой дуэли были не только эти четыре псевдосекунданта, а гораздо больше народу, да ещё ящик с шампанским с собой взяли.

- Ну правильно, все надеялись на примирение, что дуэль не состоится, и собирались отметить это дело шампанским.

- Пять человек собирались уговорить целый ящик шампанского? Нет, это были дворяне, а не алкаши, так что, по всем косвенным данным, народу там было гораздо больше. И что, все прятались в кустах? Или наоборот стояли, как на футболе и болели каждый за своего стрелка? А говорят, там ещё и женщины были. Они что, тоже на дуэль приехали? И так, как эти факты оспорить становится всё сложнее, горе учёные выдумали версию, что именно из-за этих зрителей Мартынов не смог пойти на примирение. Чушь какая…

- Но то, что Лермонтов был убит, с этим-то ты хоть не споришь?

- Не спорю, был убит, это факт. Но тогда сразу вопрос: если на месте дуэли было столько народу, почему никто не помог ему? Почему не отвезли его в город? Шампанское было на чём привезти, а раненого не было? Почему они бросили Лермонтова с одним Глебовым, а сами, всем табором, поехали в город, и там целых три часа не могли нанять повозку? Какая повозка? Они все были богатыми людьми, у каждого были слуги и прочее. Почему надо было искать и нанимать кого-то? Своими силами справились бы, если захотели.

Они помолчали.

- Ты забыла сказать мне про пистолеты. – Продолжила Наталья. – Допустим дуэль была и, допустим, горе дуэлянты не смогли найти ровной площадки. Из каких пистолетов они стрелялись, по-твоему?

- Из дальнобойных, с нарезными стволами…

- Да, да из пистолетов мастерской Кухенрейтера, принадлежавших Столыпину, и поэтому вначале, вместо них предъявили другие, Лермонтовские. Так? – Продолжила за неё Купцова.

- Так.

- А вот и не так – ни в одном протоколе не упоминаются эти самые Кухенрейтеровские пистолеты. Хотя описание вещей есть и есть описание изъятых пистолетов, но в них, нет ни слова о моделях. – Наталья уверенно смотрела на Светлану и готова была продолжать. – Ты забыла упомянуть про обруч.

- Точно. – Отозвалась Волкова, чувствуя при этом ловушку. – Пуля попала в обруч, в кармане мундира Лермонтова, от него срикошетила и отсюда такая странная траектория пули.

- Да-да. Обруч для волос его кузины. А из чего он был сделан, по-твоему?

- Не знаю.

- Предположи сама, из какого материала он должен был быть, чтобы ударившись в него, пуля так резко сменила направление?

- Стальной, наверное.

- Именно, а он был золотой.

- Вот как…

- И если бы в него попала пуля то, на нём обязательно осталась бы вмятина, так?

- Так.

- Но её не было. Есть описание этого обруча, но при этом, ни слова о следе от пули на нём. А вот ещё любопытный факт – после следствия, кузина поэта, Екатерина Быховец, хотела забрать свой обруч на память, но не смогла, он якобы был утерян. Это как?

- Не знаю… Может быть спёрли, золотой ведь?