Подруга пожала плечами.
- Не знаю, сама давно с ней не общалась. Но по слухам - захомутала твоего бывшего.
Виктория подняла бровь.
- Которого?
- Сереженьку. Одноклассничка нашего.
Виктория рассмеялась и махнула рукой.
- А, как всегда подбирает отбросы. Флаг ей в руки.помолчали.
- Да, кстати, насчет принца-то. Может, и не хуже, вот только придется тебя расстроить - он тоже вроде как женится.
- Да ну? Вот несчастье!
Еще выпили мартини.
Кристина скорчив прискорбную мину, пожала плечами.
- Что ж, придется искать других аристократов. Может, за лорда какого-нибудь выйти замуж? Впрочем, ну их, все они нищие. Лучше уж тогда за американского бизнесмена.рассмеялась и вновь принялась рассказывать о своей жизни в Лондоне, особенное место уделяя своим романам. Ей нравилось, когда ее слушали, нравилась аудитория, пусть даже и состоящая из одного человека, лишь бы этот человек ее слушал.
Покончив с историями, которые по правдоподобности нужно было делить на два, она глотнула мартини, которое приятно потекло по пересохшему горлу.
Кристина, воспользовавшись наступившей паузой, хотела что-то сказать, но Виктория ее снова перебила:
- Когда полетим в Милан за шмотками? Мне так скучно дома. Может, послезавтра, а?
- Да ведь у твоего папы совсем скоро день рождение, - возразила подруга. - Разве вы не заняты приготовлением вечеринки?
Виктория прищурилась. Интересно, чего это она лететь не хочет? Ясно же, что вечеринка предлог, поэтому и вспомнила. Но ее, Викторию, так просто не собьешь с цели. Когда она чего-то хотела, то возражений не принимала.
- Так до него еще целых две недели, - беспечно махнула рукой она. - Мы слетаем на денек, туда и обратно.
- А вы точно успеете? - недоверчиво осведомилась Кристина.
- Ну конечно! К тому же, при чем здесь я? Пусть мама этим занимается. Давай полетим, я так хочу.
- Ладно, давай тогда слетаем. Я и сама не прочь скупить новинки.
Виктории не зря хотелось пораньше слетать в Милан за одеждой. Теперь, когда неизвестно как сегодняшний инцидент отразится на папочке, если он о нем узнает, нужно торопиться и просчитать все варианты наперед. Наверняка он не захочет давать ей денег на обновки, ведь кроме вмятины на Мазерати, такая же вмятина красовалась и на капоте ее Порше Кайена, который теперь отчаянно нуждался в ремонте. Он хоть и был щедрый, но в таких вопросах становился строгим и непреклонным, ибо ненавидел безалаберность. Кристине же об этом знать было необязательно. Пусть думает, что она так торопится от банальной скуки. Не будет же она показывать, что у нее нет лишних денег и она в этом вопросе так зависима!
- Так кого пригласим сделать нам маникюр? - спросила Кристина. - Может Яну?
Виктория скривилась.
- Не ее однозначно. Ее лицо меня раздражает! Его будто пчелы покусали. А что у нее с глазами? Они какие-то странные. Да еще этот ужасный ее длиннющий нос и точно мочалка волосы - непонятного цвета с не выкрашенными корнями. Ей бы не помешало пластику этого носа сделать, а то все кажется будто она тебя так и зацепит им. А помнишь, как она попыталась нарастить волосы? Я говорю, попыталась, потому что по-другому это назвать нельзя, это не наращивание волос. Смех, да и только, они даже по цвету отличались. Не зря говорится, что скупой платит дважды. А еще строит из себя мажорку и все в подруги набивается. Совсем страх потеряла. Никогда не забуду, как она пыталась скопировать наш с тобой стиль в одежде. Даже забавно наблюдать за этим. Взять наши с тобой возможности и ее! Но то, что она шубу себе купила наподобие моей, только дешевую несуразную подделку, это меня, конечно, взбесило не на шутку. Я ей недвусмысленно посоветовала ее не надевать вообще, или надевать так, чтобы я этого не видела. В общем, я терпеть ее не могу. Так что, давай позовем лучше Алену. Она и сплетни нам интересные расскажет.
- Кстати, у этой Яны еще и ноги прямо колесом, страшно кривые, - с азартом добавила Кристина. - Замечала? А походка какая идиотская! Вся сутулая, будто горбатая - фигура точно вопросительный знак. Но самое интересное, она еще думает, что ей все завидуют. Вот уже где мозгов совсем нет! Или это все от комплекса неполноценности, оно ведь и понятно, с такой-то внешностью. Ну, ты меня поняла. Прикинь, я слышала, что какая-то бывшая подруга ей эти ужасные прицепные волосы клеем вымазала! А она подумала, что это все от зависти к ее трем волосинкам и якобы крутому гардеробу. Скорее это месть за то, что она за глаза обсуждать всех любит.
Подруги рассмеялись.Точно, давай лучше Алену позовем, узнаем все, что здесь произошло, пока нас не было, - согласилась Кристина, уже отыскивая нужный номер в своем айфоне.
Через три часа попрощавшись с подругой, Виктория отправилась домой. Там на нее налетела обеспокоенная мама, театрально державшаяся руками за свою рыжую голову, и о чем-то сильно переживавшая.
- О, Викуличка, зайка..., - рассеянно сказала она. - Ты где пропала? Я тут вся забегалась, устала страшно. У меня одни проблемы! Я ничего не могу решить. Помоги матери.
- Что случилось? - недовольно спросила Виктория. - Какие у тебя могут быть проблемы? Я у Кристины была, она из Нью-Йорка прилетела тоже на каникулы.
- Да как же? Проблем уйма и все такие серьезные! - в отчаянии проговорила мама. - У отца ведь юбилей через две недели, пятьдесят лет. Вечеринку нужно готовить. А я никак не могу выбрать место. В ресторане ли, в клубе как-то уже не по возрасту, что ли, или, может, на Неве яхту арендовать? Я так запуталась! А, может, плюнуть и дома устроить? Места хватит, дом огромный. Весь мозг уже кипит, я вся измучилась!
- Зачем так переживать? Спроси лучше у папы и сделай как хочет он.
- Ах, ну, папа страшно занят и просил не беспокоить. Все на мне, понимаешь? Говорит - делай как знаешь, я тебе доверяю. Такая ответственность, уйма гостей, а я ничего не могу придумать! Ты должна мне помочь, я сама не справлюсь. Боже, осталось ведь всего две недели! Так хорошо, что ты прилетела. Я сама ничего не могу сделать.сразу поняла, что Милан отпадает и накрылся медным тазом. Мама в панике и все сейчас свалится на нее, Викторию. Все организовать придется ей, а осталось действительно всего лишь две недели! До смешного маленький срок для организации такого события. Она-то думала, что хоть немного, но уже что-то готово, хотя бы место выбрано.
- Я думаю, нужно арендовать яхту, все-таки ведь юбилей, - сказала Виктория, подумав с минуту. - Только теперь не знаю, сможем ли мы найти подходящую, осталось так мало времени, и денег в десять раз больше запросят.
- Боже, тогда нужно спешить! Давай действуй, я буду тебе помогать. Что мне делать?
Виктория объяснила план действий под одобрительные кивки матери. В свои тридцать восемь лет мама выглядела очень молодо, а по характеру и поведению (сегодняшнее поведение было нормой для нее, так как по части выдумыванию проблем ей не было равных), она напоминала молоденькую девочку и, казалось, такой и останется до глубокой старости. Она нуждалась в постоянной опеке и заботе, чем и занимался папочка последние двадцать с чем-то лет. Но он ее любил и, казалось, души в ней не чаял, так что обременительными эти заботы вряд ли были.
- Ах да, чуть не забыла, - спохватилась мама. - Тебе отец на карточку денег скинул.
У Виктории настроение поднялось до небес. Теперь она сама быстренько отремонтирует машину и никто ничего не узнает.
- Хорошо, - небрежно бросила она матери. - Я тогда сейчас поеду, узнаю насчет яхты.
Мама энергично закивала:
- Да-да, зайка, поспеши.
И Виктория с радостным сердцем поспешила, только в сервисный центр. Денег на ремонт у нее хватало, все разрешилось наилучшим для нее образом. Папочка теперь ничего не узнает, она легко сумеет скрыть от него свою оплошность.
Две недели подготовки к юбилею выдались для Виктории бешеными. Она металась, бегала, злилась, нервничала, у нее ничего не получалось. Мама все приготовления дотянула до последнего, и теперь все делалось через пятую точку и в бешеном темпе. Вместо толковой помощи мама лишь крутилась под ногами, разжигала беспокойство, торопила, ныла, то и дело грозила и каркала, что они нечего не успеют. Яхту так и не удалось заказать, кроме того папочка захотел праздновать дома. И Виктория пыталась всю вечеринку организовать дома, а дни пролетали с бешеной скоростью, первая неделя заканчивалась, она ничего не успевала, все валилось из рук, а люди раздражали своим неумением и медлительностью. Про Милан нечего было и думать.