Раздосадованная приманка начала возмущаться и грозить непонятно кому. - Им, что больше мест для пикника нету? Такой улов испортили! - Рыболов - спортсмен с досады развел руками. - Килограмм на восемьсот могло потянуть...

       - Не меньше! - авторитетно поддержали его в голове.

       - Так, гости дорогие! Сейчас я вам покажу "Кузькину мать"!    

       Послышался топот копыт и на дикий пляж лесного озера "на рысях" выехала большая группа всадников. Лошади постепенно начали заполнять пространство перед путешественником, оттесняя его к воде. Многие из наездников были в боевых доспехах, с оружием и щитами. Следом за ними из леса на берег стали выходить крестьяне с рогатинами и палками. Люди молча, окружали Рязанцева.  

       Стараясь, защитится от напирающих со всех сторон незнакомцев, Алексей схватил за ствол ружьё, оторвал его от земли и отступил на несколько шагов в воду.      

       Высокий, с гордой осанкой, рыжий мужчина на крупном жеребце выехал из-за спин вооруженных людей. Он был в дорогом, расшитым золотом кафтане, ярких красных сапогах, соболиной шапке. Особо бросалась в глаза яркая, огненная борода. Из-за голенища незнакомца торчал короткий нож, сверкающий в лучах солнца разукрашенной камнями рукояткою.

       - Кто таков? - он спросил, проявляя беспокойство. - Что делаешь на чужой земле? Рыжебородый внимательно осматрел странника и его большое ружье.

       - Я, Воронцов Алексей Петрович! - новоиспеченный хозяин угодий ответил незнакомцу. - И это моя земля!  

       - А почему, ты, один? - суровый гость пристал на стременах, оглянулся по сторонам. - Холопов не нажил или казна маловата?   

       - Охочусь я так! По-своему! Вот, устал бегать по лесу, подошел к воде. Решил отдохнуть, - произнес охотник, тяжело опираясь на ружье.

       - Людишки мои - там, - Рязанцев показал рукой, в сторону неизвестного наблюдателя сидевшего на высокой березе. - Они по всему лесу. Зверя, птицу высматривают. Сигналы тайные подают. Все при деле. Если, что, то стреляют без предупреждения.   

       Приезжие настороженно стали осматриваться по сторонам, выискивая спрятавшихся в лесу наблюдателей. За спиной бородатого гостя возник недовольный ропот прислуги.

       - И вообще, у меня, такая тактика, - Рязанцев крутанув ружье, деловито забросил его за спину. - Сперва разведка, затем долгий анализ с выбором крупной добычи и только потом - охота! Мелочи мне не надо! К вечеру думаю, возов пять зверья добуду, - по-деловому отчитался новатор. - А вот,... что, вы делаете на моей земле? - Строгий хозяин добавил металла в тембр голоса. - Когда я был в разрядном приказе... решал вопрос по наследству... то мне... думный дьяк... ничего про...   

       - Так ты сосед наш новый! - перебил Рязанцева незнакомец. Его глаза хитро как у кота, прищурились. На лице появилась доброжелательная улыбка. - Видали, каков... сын Петра Воронцова! - развел руки собеседник, обернувшись к своим спутникам. - А похож-то как! Одно лицо... Вылитый отец в молодости!  

       - Ну, прости, не серчай - не признал тебя, сразу... - неизвестный снова привстал на стременах, а потом опустился в седло. - Богатым будешь!   

       - Я, Киреев Григорий Иванович, - глаза человека стали добрыми, а голос мягким и напевным. - Что же ты друг ситцевый сразу-то не сказал про себя? Почему не известил о приезде? Не ждал я тебя, не гадал здесь встретить! - Наездник подъехал к Рязанцеву почти вплотную.   

       - Верно, говоришь... Земля-то - твоя! А вот озеро - мое. Так, что ты стоишь на моей территории, - собеседник внезапно весело рассмеялся. - Без спроса залез! Без разрешения! Ах, ты негодник!

       - Какое озеро? Без чьего разрешения? - Алексей растерянно стал отнекиваться, делая вид, что ничего не понимает.   

       - Послушайлушай, соседушка! А может, помиримся? Заодно и познакомимся? - новоявленный приятель внезапно произнес миролюбиво. Он спрыгнул с лошади.   

       - Ну-у-у, не знаю, - протянул Алексей. Странник пожал плечами. - У меня обед скоро. Тем более режим питания на охоте... Нарушить нельзя! У меня все четко! По учебникам и справочникам! Евро-пейская система поведения. И обед там строго по рас-писанию.

       - Это хорошо, что обед по писанию! - Киреев оглядел пустую поляну и отсутствие, каких либо припасов у путника. - Повезло нам!

       - Правда? А в чем нам повезло? - ничего не понимая, произнес странник.

       - Давай мы с тобой, мой новый друг, перекусим! Хлеба-соли откушаем. Ты мне про свою охоту расскажешь, - рыжий товарищ начал хитро юлить. - Мне твой способ так понравился! Особенно это? Как её, там? Пей-скорей-ская система! Да ещё по писанию... Очень красивое и верное название.

       - Тогда угощай, - на лице путешественника появилась выражение самой "простоты и доверчивости". - А за щедрым угощением я, про, что угодно расскажу... Это мы любим!

       Золотое солнце играло небольшой рябью, дробясь миллиардами искр на хрустальной поверхности воды. Легкий, теплый ветрок приносил со стороны озера запах водорослей и мерный шелест сонной волны, со вздохом ласкающей берег. С жалобным курлыканьем летали над озером, выискивая добычу, встревоженные чайки. На небольшом песчаном пляже был разостлан большой ковер, уставленный посредине яствами и питьем. Возле него весело расположились и душевно вели разговор два "старых" друга - приятеля. Один из друзей возможно из-за неумения пить, а может по молодости, не ведая, что творит, - был абсолютно пьян. Второй дабы не обидеть первого делал вид, что пьян ещё больше. Дойти до такого состояния каждого из двух проходимцев заставили свои интересы.

       - Пятая чарка крепит, как в народе говорят, а седьмая веселит, - змей - искуситель с рыжей бородой выразительно посмотрел на молодого собеседника и снова разлил вино по сосудам.

       - Так ты говоришь, что серьезный охотник? Да ещё и с большим, многолетним опытом?   

       - А то! - белобрысый добытчик, выпил спиртное и оторвал рассеянный взгляд от пустого дна кубка. - Мы новгородцы с детства, - все, бывалые воины и знатные бойцы!

       - У нас, - в "стельку трезвый юнец" помотал головой, скидывая наваждение. Неопрятно провел ладонью по губам. Взял в руки большую луковицу. Сжал её до хруста и начал махать ею перед своим лицом. - Пока зверя голыми руками не завалишь - оружие носить не дадут. Да, что там оружие - нож заточить не разрешат!   

       - Ого! - оторопело промолвил хитрый собеседник. Он крякнул "от всей души" и осушил чарку. Вытер бороду. - Эко же у вас суровые нравы! Не зря говорят, что ваших дружинников даже викинги бояться! Ну, а шведы или ливонцы там всякие и подавно Новгород стороной обходят. Даже товары свои стали кругом, через северный Архангельск возить!   

       - Чего там оружие! - закусывая хрустящей куриной ножкой, продолжал гордо хвастаться странник. - Здороваться с тобой не будут, пока первый трофей не принесешь. И по фамилии нигде не представят. А про дворянство? Я вообще молчу! Вот и приходиться с малолетства... Почти с малёнок-пеленок... Ни свет, ни заря добывать какое-нибудь чудище. Доказывать всем, что относишься к своему роду по праву. Иначе засмеют... или с безымянными отправят в песочницу играться.      

       - Вот это я понимаю - воспитание ратников! - новый друг глубоко вздохнул, а затем снова разлил вино по бокалам. - Вот она суровая школа жизни! Не то, что у нас! За мамками, да за няньками - просиживают штаны. К коню подойти бояться - уже не говоря о том, чтобы его запрячь.

       - А если подвиг в бою совершишь! - "ветеран боевых действий" пел соловьем, уже не останавливаясь. - То дадут красивое прозвище!