— Встань, Милена, — сказал Люцифер и я встала, отметив про себя, что моего отца повелитель Преисподней так и оставил стоять на коленях, с опущенной головой. — И зачем же ты хотела видеть… своего отца? — с некоторой заминкой, произнёс мужчина, показывая этим своё неприятие к моему отцу.

— Я хотела бы вернуть его в семью Кавэлли, — ответила я. — Я знаю, что для этого мне нужно ваше согласие, но… Я просто хотела поговорить с ним перед этим.

— Зачем принимать в семью изгнанника, Милена? Вряд ли, от этого будет какая-то польза, — Люцифер посмотрел на моего отца таким взглядом, как будто смотрел на что-то ужасно отвратительное.

— Почему же, не будет? — возразила я. — У моего отца, в отличие от меня самой, большой опыт в управлении. А так как я только начинаю править, мне нужны чьи-то советы. Кто лучше подойдёт на эту роль, как не бывший правитель и глава?

— С этой задачей могут прекрасно справиться твои дядя и братья.

— Простите меня за мою откровенность, мой повелитель, — начала я. — Но я терпеть не могу этих своих родственников. И я не собираюсь принимать от них какие-либо советы, ни под каким видом. Неважно — правильные они будут давать советы или нет, но… У меня к ним слишком предвзятое отношение, — «Особенно, если учесть то, что один из старших братьев хотел убить, а дядя, с другим братом, хотели сделать безвольную куклу». - уточнила я про себя.

— Если ты не доверяешь своим родственникам, то я могу сделать твоим временным советником (пока ты, полностью, не будешь править сама) кого-то из Верховных демонов, — предложил Люцифер.

— Нет, благодарю, повелитель, — быстро ответила я, вздрогнув от мысли, что кто-то из моих знакомых Верховных демонов (например, Аббадон) будет постоянно рядом со мной. — Я хочу научиться всему, если и не своими силами, то, по крайней мере, с помощью тех, кому я полностью доверяю. К таким, как раз, относится Саварис Кавэлли — мой отец.

— Ты ему, действительно, доверяешь, Милена? — обычно бесстрастное и холодное лицо повелителя посетила злая усмешка. — Доверяешь тому, из-за кого погиб твой возлюбленный?

— Вы прекрасно знаете, повелитель, что в смерти Кая вины моего отца нет! — излишне резко, ответила я. — Это сделал мой муж — Ферокс и только его я виню в смерти своих близких!

— Ясно. А как ты думаешь, Милена… Как к тебе относится твой отец? — задал неожиданный вопрос Люцифер.

— Что значит «как»? — не поняла я. — Конечно, как к своей дочери.

— Ты в этом уверена? Подойди, — не дожидаясь моего ответа, приказал повелитель Преисподней.

Я подошла. Люцифер сделал шаг ко мне, приблизившись ко мне вплотную. Затем, последовало одно резкое движение, после которого платье, в котором я была, разорвалось по швам, упав на пол бесформенной тряпкой. Я чуть не отпрянула от неожиданности, но взгляд демона заставил, буквально, прирасти к полу.

— Снимай, — последовало коротко.

С учётом того, что на мне, кроме нижнего белья, больше ничего не было, я сразу поняла, что мужчина имел в виду.

— Но, ведь!.. — я бросила отчаянный взгляд на своего отца, всё также стоявшего на коленях и устремившего взгляд вниз.

— Снимай, — угроза в голосе и лёд во взгляде дали понять, что ещё раз Люцифер повторять не будет.

Я, дрожащими пальцами, расстегнула застёжку лифчика, сняла его… Затем, я сняла трусики… Я старалась не смотреть в сторону отца, не думать о нём, но… не могла. Было мерзко и отвратительно от того, что отец присутствует при этой сцене. И я боялась, что если Люцифер продолжит, он не выгонит отца, а оставит его здесь.

«Но, это же, невозможно, верно? Люцифер такого не сделает!» — мысленно постаралась уверить я себя.

Пока же я занималась самовнушением, Люцифер стал избавлять от одежды себя. Выражение его лица, при этом, так и оставалось холодным и… даже, каким-то, отстранённым.

— Повелитель! — не поднимая головы и с, еле сдерживаемой яростью в голосе, произнёс отец. — Если вы не против, я бы хотел вас покинуть.

— Против. Я хочу, чтобы ты остался, Саварис, — остановил Высшего демона повелитель Преисподней, когда тот, уже было, начал вставать с пола.

Для меня, да и для моего отца, эти слова прозвучали, как гром среди ясного неба.

— Зачем, повелитель?! — я не могла поверить в те слова, что услышала. — Прошу, пусть мой отец уйдёт! Не заставляйте его… не заставляйте его смотреть!

— Саварис, ты же хочешь вернуться в Зиграден и всегда быть рядом с дочерью? — как будто не услышав меня, обратился Люцифер к отцу.

— Да, повелитель, — еле слышно, произнёс мужчина, уставившись в пол и впиваясь ногтями в ладно так, что я видела, как они начинают кровоточить.

— Если ты хочешь, чтобы я дал своё согласие на это, то ты будешь исполнять мои приказы, — продолжил повелитель Ада. — И ты остаёшься здесь.

— Нет, пожалуйста, повелитель! Это… это слишком! — других слов я подобрать не могла.

Я была согласна и готова на многое. Секс на публике, жёсткий секс или даже жестокий секс… Я была согласна на секс не с одним мужчиной! Но… делать это на глазах у моего родного отца? Как такое возможно?!

— Нет, не надо!.. — начала я, всё ещё надеясь «достучаться» до Люцифера.

Но, в этот момент, Люцифер меня поцеловал. Жадно, страстно!.. Что никак не вязалось с его холодными, как лёд, глазами. Правда, я на этот поцелуй, всё равно, не ответила. Хотя, не думаю, что Люцифер этого ждал. А когда мои губы, наконец, оставили в покое, повелитель, буквально, приказал мне лечь на кровать, а, затем, он обратился к моему отцу:

— А ты подними голову, Саварис, и смотри внимательно на всё то, что будет происходить.

Я не понимала мотивов Люцифера. За что он так поступал со мной и моим отцом?! Чем мы заслужили такой жестокий поступок со стороны повелителя Ада?! Зачем?! Я уже и так носила на шее рабский ошейник Люцифера! Я и так уже не могла не исполнить все его желания! Так, зачем ещё и это унижение?! Как мой отец сможет смотреть на то, как мной владеет Люцифер?!

В этот момент, я встретилась глазами со своим отцом. Сколько же в его глазах было отчаяния и безнадёжности! Столько, что я выдержала этот взгляд всего несколько секунд и отвернулась. Мне было невыносимо осознавать, что в этой ситуации мы с ним, оба, абсолютно беспомощны. Мы оба были, полностью, во власти Люцифера.

«Чёртова беспомощность! Как же я ненавижу это чувство!» — подумала я прямо перед тем, как Люцифер овладел мной.

Никакой прелюдии, предварительных ласк не было и в помине (кроме того самого первого поцелуя). Мною просто сразу овладели. Причём, довольно грубо. Но, затем… Во время секса, повелитель демонов повёл себя совершенно по другому. Я никогда не получала от него столько ласки и даже нежности, как в тот раз. Он изучал моё тело сантиметр за сантиметром. Он целовал меня, ласкал!.. В его прикосновениях присутствовала нежность и, вместе с тем, настойчивость. Ласки смешивались с его сильными властными движениями. Страстные и, одновременно, требовательные поцелуи заставляли отвечать этому мужчине, почти, против воли. И первый стон удовольствия вырвался у меня, довольно, быстро.

— Давай, моя хорошая, — тем временем, шептал мне Люцифер, между поцелуями. — Кричи! Покажи своему отцу, насколько тебе хорошо со мной!

Только после этих слов, я вспомнила о невольном зрителе этой сцены. Я чуть не задохнулась от ужаса. От осознания того, как я сейчас показала себя перед отцом. Мне хотелось крикнуть ему в этот момент: «Пожалуйста, не смотри на меня! Не смотри! Я отвратительна!». Но, вместо этого, я застонала, когда Люцифер, неожиданно, ласково погладил моё перьевое крыло.

— А Асмодей был прав, — произнёс он. — Твои крылья, действительно, очень чувствительны.

— Зачем, повелитель?! Ответьте мне! Это слишком жестоко даже для вас! — я, всё ещё, пыталась найти логику в действиях повелителя Преисподней, несмотря на то, в каком положении я сейчас находилась.

— А откуда ты знаешь, Милена, что для меня жестоко, а что — нет? — поинтересовался Люцифер, шепча все эти слова непередаваемо-ласковым голосом, а, затем, делая резкий толчок. — К тому же, я не думаю, что сейчас удачное время задавать вопросы. Разве, нет?