— Да, я ненормальный, — легко согласился Рейф. — Я псих и шизофреник. Но, а что насчёт тебя, Милена?

— А что насчёт меня?

— Ты считаешь себя нормальной? — Рейф схватил меня за плечи и резко развернул к себе лицом, смотря мне в глаза. — Ты, правда, думаешь, что психиатр не поставит тебе никакой диагноз, приди ты к нему? Ты забываешься в ощущении боли. Ты бьёшь зеркала, изрезая себе руки в кровь, ненавидя своё отражение. Ты начинаешь получать удовольствие от жёсткого, местами жестокого и кровавого, секса. Ты растворяешься в моём безумии, чтобы окончательно не сойти с ума самой. А если бы у тебя не было своего безумия, ты бы не смогла так легко чувствовать моё. Ты сама, Милена, не более нормальна, чем я.

— Может быть и так, — не стала я отрицать. — Но, я не такая, как ты.

— Не такая?! — в комнате, вновь, раздался смех безумца. — Не будь слепой! Мы оба, с удовольствием, убили бы друг друга, если бы была такая возможность! Хотя, я бы это сделал более… извращённым способом. Мы оба — звери, запертые в одной клетке, которые вынуждены сосуществовать друг с другом!

— Ты сосуществуешь со мной с большей радостью, чем я с тобой, — заметила я, не желая признавать того, о чём говорил гипнотизёр (хотя, где-то глубоко внутри я понимала, что в чём-то этот псих прав — я тоже уже была, отчасти, безумна).

— Потому, что мне нравиться смотреть, как ты мучаешь себя, не желая признавать своей собственной природы, — ответил Рейф. — Мне нравится самому тебя мучить своими действиями, словами… И, разумеется, мне нравится твоя кровь. Поэтому я, вполне, могу смириться с тем, что не могу разорвать тебя на части.

— И как же я ещё не плюнула на свою собственную жизнь и не прикончила тебя? — с деланым изумлением посмотрела я сама в его бирюзовые глаза.

— Потому, что тебе очень хочется жить, — ухмыльнулся Рейф, отпуская меня. — Вот и всё объяснение. Кстати, Милена, а тебе никуда сегодня не надо идти? День-то к концу подходит.

Мне, действительно, уже пора было идти. По человеческому времени, до полуночи оставалось, всего, несколько часов. А если я приду после полуночи, с Аббадона станется сказать, что клятву я не исполнила, ведь, фактически, день прошёл. Так что, откладывать больше уже было нельзя. Да и этот разговор с Рейфом… Я была рада, что он закончился. После этого разговора остался очень неприятный осадок. Надеялась ли я услышать, на самом деле, историю о тяжёлом детстве, с издевательствами и родителями алкоголиками? Да, надеялась. Мне казалось, что это просто невозможно, чтобы Рейф стал таким сам по себе. Возможно, тогда я бы, отчасти, смогла его оправдать. Скажете: «Но, ведь, его оправдывает его болезнь — шизофрения Разве, нет?». Я так не думала. Рейф был слишком умным и, иногда, очень логичным человеком, пусть и маньяком-извращенцем. Он прекрасно отдавал себе отчёт во всех своих действиях. Я, вообще, сомневалась, что он, на самом деле, болен шизофренией. Ведь, этой болезнью и справкой о ней, так здорово прикрываться, совершая преступления. Тем более, если ещё и в роду были шизофреники. Но, даже если это и не так… если Рейф, на самом деле, болен… Я, всё равно, не могла его оправдать. А его слова обо мне? Он сказал, что я такая же, как он. Это бесило и злило. Бесило, большей частью, потому, что я чувствовала, что Рейф прав если и не во всём, то в части. Безумие… оно во мне есть — я знаю. Много или не много — это уже другой вопрос. Но, оно есть и этого не изменить. Что я могла сказать в своё оправдание? Только то, что меня довели до такого состояния. Слабое оправдание, но всё же…

— Госпожа Милена, мне отвести вас к демону Аббадону? — передо мной возник Драйк, лишив меня возможности дальше размышлять о своём психическом здоровье.

— Нет, Драйк, — отказалась я. — Просто сделай мне портал в его дворец, а дальше я сама разберусь.

— Как прикажете, госпожа.

Астарту я не стала предупреждать. Я знала, что если Верховная демонесса захочет, она сразу узнает — пошла я к Аббадону или нет. Хотя я, всё равно, боялась, что она может передумать. Да, умом я понимала, что этого не будет — демоны жёстко чтят правило «равноценного обмена» и от своих слов владычица мёртвых душ не откажется, но… Мой страх говорил другое. Он говорил, что Верховная демонесса не придёт, что она не заберёт меня. И я останусь у Аббадона, который, я была уверена, придумает, что со мной сделать.

«Успокойся, Милена, — приказала я себе. — Даже если Астарта, вдруг, и не придёт, тебе, всё равно, придётся идти к Аббадону. Ты должна выполнить клятву, во чтобы то ни встало».

Драйк сделал портал, как я и приказала. Оставалось только шагнуть в него, и я окажусь у Аббадона. Всего один шаг, а казалось — пропасть. Мне было страшно. Дико страшно! И сколько бы я не обзывала сама себя последними словами — это не помогало. Аббадон… Мои страхи и ненависть во плоти. Тот, кого я, до этого дня, ненавидела больше всех (если бы не поступок Люцифера, то, до сих пор, был бы на первом месте). И тот, к кому я сейчас должна была пойти по собственной воле, надеясь лишь на то, что меня спасёт другой Верховный демон, в лице Астарты.

«От одного Верховного демона спасаемся с помощью другого, — с иронией, подумала я про себя. — Рассказать кому — не поверят!» — и я шагнула в портал.

«Мрачноватое место» — была моя первая мысль, когда я вышла из портала.

Я стояла перед дворцом Аббадона. Чувства, которые вызывал вид жилья демона бездны были, отнюдь, не радостными. Самый настоящий замок из фильмов ужасов. Чёрный, готический… Не вызывающий ни малейшего желания зайти внутрь, а скорее, наоборот.

«Хоть, желания и нет, а надо» — вздохнула я про себя, открывая дверь во дворец.

В огромном зале, видимо, замещающего холл, меня встретил слуга, который сказал, что его хозяин приказал отвести меня к нему. Я последовала за ним.

«И почему я не удивлена, что это — спальня?» — со злостью, подумала я, когда демон-слуга привёл меня к Аббадону.

М-да, спальня-то, на вид, была шикарная: большая кровать, роскошная мебель, мягкие ковры… Совсем не такого ожидаешь, когда видишь дворец Верховного демона. Но, эта обстановка радует глаз только в том случае, если вы не знаете её хозяина. А я его знала прекрасно. Я знала, что стоит Аббадону сюда кого-то привести, как вся эта шикарная мебель и всё остальное, будет испачкано кровью несчастной жертвы. Я просто не могла представить, чтобы Аббадон получал удовольствие от секса, без мучений своего партнёра. Правда, если верить Лилит, то у демонов это просто заложено в природе.

— А я уже начал думать, что ты решила не исполнять клятву, Милена, — произнёс Аббадон, довольно улыбаясь, сидящий в кресле и обнажённый по пояс.

— Ты и сам прекрасно знаешь, что я не могу стать клятвоотступницей, — резко ответила я, но, сама хорошо слышала, что в этом резком ответе, пусть и не отчётливо, слышался страх.

— Боишься меня, Милена? — от Аббадона это, разумеется, не скрылось.

— Было бы глупо отрицать очевидное, — не стала я скрывать то, что понятно было и слепому.

Аббадон встал и приблизился ко мне. Я смотрела на него снизу вверх, впиваясь ногтями в свои ладони, пытаясь подавить желание наплевать на клятву, развернуться и убежать.

«Как его можно хотеть?! — вспомнила я в тот момент Лилит. — Этот мужчина не может вызвать ничего, кроме ужаса и ненависти! Какое уж тут сексуальное желание!».

— Обожаю этот твой взгляд! — засмеялся демон. — Взгляд испуганного затравленного зверька!

Смех и слова Верховного демона меня разозлили. Разозлили настолько, что даже чувство страза притупилось. Теперь, я смотрела я на демона бездны по-другому. И судя по тому, что его улыбка превратилась в оскал, такие перемены ему не понравились.

— Что? Взгляд, полный злости, тебе не нравится, Аббадон? — поинтересовалась я.

— Что твой страх, что твоя злость… Ни одно из этих чувств тебе не поможет и не спасёт! — как рассерженная змея, прошипел Аббадон.

— Да, не спасёт. Но, страх для тебя был бы предпочтительнее, верно?