ГЛАВА 25

— Бензином воняет, — сказал Федор.

— Да? — удивился Виталик. — А я и не чувствую ни хрена.

— Бензобак пробит, — сказал я. — Авось зарастет.

— Не рванет? — спросил Федор.

— Не должно, мы ж не в фильме.

— Жаль, что не в фильме, — сказал Федор. — Иногда так и хочется режиссеру по голове настучать.

Бензин наконец-то перестал течь. То ли дырка заросла, то ли просто уже весь вытек. В любом случае, сидеть в машине без крыши и над лужей бензина было глупо, и я предложил переместиться в подъезд.

Кодовый замок оказался сломан, так что мы беспрепятственно проникли внутрь, и Виталик предложил не останавливаться на достигнутом. Мы поднялись на второй этаж, потом он одним ударом ноги вынес хлипкую деревянную дверь, обитую дерматином, схватил бросившегося на него упыря за шкирку, поднял в воздух и подержал так, пока я не разнес незадачливому зомби голову битой.

С паршивого упыря хоть опыта клок.

За дверью обнаружилась захламленная однокомнатная квартирка, но мы были не в том положении, чтобы привередничать. Федор свалил тряпье с кровати на пол и немедленно улегся. Я занял единственное в комнате кресло. Виталик тщательно занавесил шторы, хотя, как по мне, это было совершенно излишняя предосторожность, так как жечь костры и устраивать вокруг них пляски мы все рано не собирались, и уселся на стул.

Понимания, что делать дальше, не было абсолютно.

Если с местными зомби мы худо-бедно справлялись, то против новых парней шансов не было никаких. Роберт-Ну-Зачем-Ты-Так-Быстро-Прокачался Полсон, в сущности, был не виноват. Сократил нам сроки относительно безопасного существования на неделю, но я понимал, что эта неделя нам все равно ничего бы не дала.

Против того, что сейчас лезло из порталов по всему городу, и на сотом уровне не потянуть. Меня скорее удивляли слова Соломона о том, что четверть имеющегося на данный момент населения таки выживет и вольется в Систему. Как? Как она, черт побери, выживет?

Или он просто наврал нам, потому что расстраивать не хотел. Не так уж просто, наверное, объявить в лицо человеку, что его планета обречена.

Я думал, что мы может противопоставить вторженцам, и в голову приходила только фраза из очень старого фильма.

— Нам нужны пушки побольше, — сказал я Виталику.

— Нужны, — согласился Виталик. — Миниган и БФГ-9000. Есть хоть какие-то идеи, где их, сука, взять?

— А у тебя? — спросил я. — Ты, вроде, из СВР. Должны же у тебя какие-то связи быть.

— Мои связи, скорее всего, сейчас друг друга в овраге доедают, — сказал Виталик. — Твой друг что-то про "калаши" говорил. В доме еще.

— "Калаши" есть, — сказал я. — Три штуки. И патронов куча в инвентаре. Но есть также и понимание, что из "калаша" такую тушу можно и не завалить.

— Все равно, лучше иметь "калаш", чем, сука, не иметь, — сказал Виталик.

— Еще два гранатомета, — сказал я.

— На короткой дистанции против них и мой дробовик танцует, — сказал Виталик.

— На короткой дистанции я и битой врезать могу, — сказал я. — Но ты еще попробуй к ним на такое расстояние подойди. Ты того чертова снайпера видел?

— Нет.

— Вот и я о том же. А он, между прочим, в нас почти попал.

— Кстати, об этом, — сказал Виталик. — Ты где так рулить научился?

— На "скорой" в молодости подрабатывал, — сказал я. — Водителем.

— Ага-угу, — сказал он. — Там вот именно такой стиль вождения и отрабатывают. С уклонением, сука, и уходом с возможной линии огня.

— Случайно так получилось, — сказал я.

— Где служил? — спросил он.

— В войсках дяди Васи.

— Я так и подумал, — сказал он.

Мы замолчали, Федор захрапел.

Я достал из инвентаря пачку сигарет и зажигалку, пошел на кухню, открыл форточку и закурил. Шансы, что я склею ласты от рака легких, улетучивались прямо на глазах.

— Демаскируешь к хренам, — сказал притащившийся за мной Виталик.

— Без разницы, — сказал я. — На их уровнях уже наверняка какие-нибудь заклинания обнаружения чего угодно где угодно есть, и вряд ли они их дома оставили. Захотят найти — найдут.

— Это, сука, да, — сказал Виталик. — Хотя я думал, что ты особо не играл. Но рассуждаешь правильно.

— Это не игровой опыт, — сказал я. — Это здравый смысл.

— Которого тут явно не хватает, — сказал Виталик. — Эльфы, сука. Никогда в жизни еще живого эльфа не видел.

— Учитывая обстоятельства, я предпочел бы смотреть на мертвых эльфов, — сказал я. — На большую гору чертовых мертвых эльфов. Но на самом деле меня беспокоит другое.

— Например?

— Эльфы, гоблины, орки — это все представители волшебных миров, — сказал я. — По сути, персонажи и детских сказок. Они опасны, но, по крайней мере, мы представляем, чего от них можно ожидать. А что, если сюда заявятся пришельцы из миров технологических, а такие тоже есть? Припрется толпа алиенов с предаторами и будет тут кислотной слюной с лазерным наведением плеваться.

— Баланс, сука, — сказал Виталик. — В любой игре должен быть баланс.

— Ага. Я уже видел, как этот баланс за нами со скоростью девяносто километров в час бежал.

— Ты не понимаешь, — сказал Виталик. — Баланс — это когда эльф сто пятидесятого уровня по силам примерно равен предатору сто пятидесятого уровня, и в прямом столкновении победит тот, у кого руки прямее. А у нас тут, сука, не тот случай. Земля — это нуболокация, в которую пришли развлекаться хайлевелы. И тут уже решают не прямые руки, а разница в уровнях. Я просто к тому, что предатор не будет намного опаснее равного ему по уровню эльфа.

— Но для нас это ничего не меняет.

— Это да, — сказал Виталик. — Нам, сука, кранты.

Я докурил сигарету, швырнул окурок в грязную раковину и закрыл форточку.

— Ты не находишь забавным, что из всех возможных сценариев апокалипсиса случился самый, сука, идиотский?

— Животик уже от смеха надорвал, — сказал я. — Ты-то на что жалуешься? Для тебя это второй шанс, если б не этот апокалипсис, ты б сейчас лежал в своем лесу, тихо разлагался и не чирикал.

— За державу обидно, — сказал Виталик. — Долго мы тут торчать будем?

— Пока тачка не восстановится, — сказал я. — Ходить по улицам пешком я никакого желания не испытываю.

— А ехать-то, сука, куда?

— Это же очевидно, — сказал я. — В центр.

— Так там же…

— Угу, — сказал я.

— А смысл?

— Давай начистоту, — сказал я. — Что в наших условиях точно не имеет смысла, так это бежать и прятаться. Потому что догонят и найдут в любом случае. Выжить можно, только сражаясь, потому что прокачка, а от нее тут зависит все. В центре этого города сидит натуральный рейд-босс, и, если я правильно понимаю психологию игроков, скоро там начнется настоящая мясорубка. И в этом бардаке, как ни странно, наши шансы выше.

— А если они его, сука, двумя пинками вынесут?

— Тогда мы сдохнем быстро и красиво, — сказал я. — В огненных сполохах и разрывах гранат. Все лучше, чем остаток жизни по лесам прятаться.

Часа через два я, соблюдая все возможные меры предосторожности, то бишь, слегка пригнувшись и постоянно крутя башней, сходил посмотреть на свою "ласточку".

Процесс восстановления шел, но медленно. Машина постепенно зарастала крышей, бензин больше не тек, но накапливался в баке со скоростью литр в час, и его все еще было мало.

Я вернулся в квартиру. Федор дрых, Виталик сидел на кухне и, судя по сосредоточенному выражению лица, копался в интерфейсе.

— Что слышно? — спросил я.

— Китайцы, сука, усиленно отбиваются, — сказал Виталик. — В топ сто их уже чуть ли не половина. Эту бы энергию, да в мирных целях…

— Мирных целей не осталось, — сказал я.

— И то, сука, верно.

Восстановление машины закончилось только глубокой ночью. К этому времени Федор уже несколько часов, как проснулся, и ныл, что хочет есть. К его великому сожалению, еды к занятой нами квартире не оказалось от слова "вообще ни крошки", а пойти затариться в магазин я ему не дал, потому что незачем внимание раньше времени привлекать.

На улицу мы вышли часа в два ночи. Там было темно и там было тихо. То ли предаторов с алиенами еще не подвезли, то ли оружие у них было таким же бесшумным, как луки эльфов и топоры орков. По крайней мере, нигде ничего не взрывалось, энергетическое оружие не бахало, лазерные лучи по ночному городу не шарили.

Скукота.

Мы сели в машину, и я потянулся к ключу зажигания.

— Ты ж понимаешь, что как только мы выедем на улицу, сразу же превратимся в мишень? — спросил Виталик.

— Альтернативные предложения есть?

— Да я просто так спросил.

Я завел мотор. Хотя глушитель полностью восстановился до состояния "вчера с конвейера", в ночной тиши этот звук показался ревом раздраконенного охотниками гризли. И, поскольку о маскировке не могло быть и речи, я решил положиться на скорость.

Зомби на дороге не было. То ли они сменили жизненные приоритеты и попрятались, то ли пришельцы уже всех перебили.

В принципе, ночью по Москве, без пробок и светофоров, расстояние практически из любого спального района до центра можно преодолеть минут за десять максимум. Президентский кортеж, например, когда для него Кутузовский перекрывают, от Кремля до МКАДа вообще за пять минут долетает. "Девятка", конечно, не "мерседес пульманн", и даже не "аурис", но я рассчитывал, что минут в десять мы уложимся.

Если ничего не пойдет не так.

Но оно, конечно, пошло.

До Третьего транспортного кольца оставалось всего полтора-два километра, как длинная эльфийская стрела, прилетевшая из ночной тьмы, прошила заднюю — бронированную, хочу заметить — дверь моего автомобиля и пробила Виталику обе ноги навылет.

Я ударил по тормозам, и следующая стрела пролетела перед нами в свете фар. Неприятное оружие — лук. Не бахает, никаких вспышек при выстреле, так и не определишь, откуда стреляли.

Сразу после торможения я снова нажал на газ, вильнул рулем, и в третий раз эльф снова промазал.

— Я в порядке, если кому, сука, интересно, — сказал Виталик. — Наверное, должно быть больно, но нет.

Он разломал стрелу на части и выдернул обломки из своего тела. Кровь у элитного зомби оказалась черной, но это неудивительно. Нежить же.